Никому не позволю (СИ) - "Рада Девил" - Страница 135

Репортер не стал вслух подвергать сомнению предложенный вариант истории по уничтожению Темного Лорда, хотя, похоже, не все в его глазах выглядело логичным. На вопрос об участии в операции министра и еще трех уважаемых магов, занимавших ответственные посты, Снейп, отчетливо сознавая, что от «помощи» жертв ритуала отказываться чревато последствиями, довольно правдиво изобразив удивление, ответил:

– Вы же не думаете, что я так силен, чтобы в одиночку справиться со столь сложным колдовством?

В общем, история получилась складной, и у обычного волшебника не должна была вызвать подозрений. Учитывая, что уже с утра жители магической Британии отмечали победу над Темным Лордом и освобождение от ига Пожирателей Смерти, такая интерпретация обещала прижиться без проблем. Заручившись вынужденным согласием Снейпа и Поттера на дальнейшее сотрудничество – намечалась серия репортажей о жизни каждого из героев – журналист отправился писать статью.

Северус, в меру повозмущавшись, что он не планировал проводить дни напролет в праздной болтовне, утоляя репортерское любопытство, поспешил скрыться в своих апартаментах. Дамблдор лишь по-отечески улыбнулся ему вслед, а затем предупредил Гарри, что хотя лично он и не пустит корреспондентов из прочих печатных изданий в Хогвартс, но им с Северусом все же нужно быть готовыми к тому, что придется дать еще не одно интервью и посетить целый ряд мероприятий, которые наверняка организует Тикнесс.

– А он это сделает, иначе я ничего не смыслю в жизни, – бросил со вздохом Дамблдор. – Министру, как и остальным, кто присутствовал на ритуале, не отыскать лучшего способа укрепить собственные позиции, чтобы сохранить за собой должности после того, как они три месяца работали под руководством Пожирателей. Однако, Гарри, это меньшее из зол, и вам с Северусом следует смириться с этим. Фоули и Тикнесс, занимающие сейчас главные административные посты в нашем мире, все же не так плохи, и они под нынешним давлением общественного мнения смогут навести порядок и быстро вернуть хотя бы видимость прежнего благополучия, – Дамблдор помолчал, будто раздумывал, стоит ли говорить что-то еще. А потом решился: – Но будь предельно осторожен, мой мальчик, не допускай даже мысли, что они на твоей стороне. Их волнует исключительно личная судьба и, как мне это ни неприятно признавать – власть. Запомни, власть – могущественная сила, в одних руках она приносит пользу, а в других – опасна. Не отказывайся от власти, которую тебе дадут по праву победителя Темного Лорда, это может пригодиться в жизни, но пользуйся ею в добрых целях. Иди, Гарри, – директор снова сменил серьезность, с которой давал свои советы, на теплую улыбку. – Твои друзья уже заждались тебя.

***

Факультетская гостиная, куда Поттер наконец-то смог добраться, встретила его шумом и весельем – гриффиндорцы праздновали победу. Заметив осчастливившего их своим приходом Избранного, они устроили ему восторженные овации, а несколько ребят-старшекурсников даже попытались носить на руках над рукоплещущей толпой. Минут десять ушло на то, чтобы все достаточно успокоились и были в состоянии слушать рассказ о том, как герои за один вечер избавились от Волдеморта и его власти над волшебниками Британии. Недавнее интервью послужило Гарри неплохой тренировкой, так что он без проблем повторил историю, подкорректированную для широкой публики, и ответил на большинство заданных вопросов. Многие удивились тому, какую роль сыграл Снейп в удачном плане по нейтрализации Темного Лорда, однако в словах Поттера не усомнились и, коротко все обсудив, сошлись на том, что среди преподавателей он, пожалуй, самый сильный колдун после Дамблдора.

Студенты вдоволь наохались и от души повосхищались хитростью и отвагой Гарри, рискнувшего добровольно встретиться с Риддлом, а затем сходили на ужин в Большой зал и поделились новостями с друзьями с других факультетов. Так что Гарри хотя бы был избавлен от необходимости рассказывать свою версию событий всем любопытным подряд. Вечером в гриффиндорских апартаментах празднование победы продолжилось со сливочным пивом и горой сладостей – кто-то явно вопреки запретам успел смотаться в Хогсмид.

– Ты как? Еще держишься? – Рон вручил Поттеру бутылочку сливочного пива и пристроился рядом с ним на диване в углу гостиной.

– Честно? Тошно. Мне бы хотелось оказаться подальше от всей этой суматохи. У меня еще руки не перестали трястись – так мне было жутко вчера, – Гарри продемонстрировал другу, что его пальцы и в самом деле подрагивали. Он два месяца пил специальные снадобья, чтобы контролировать свои эмоции – такое не проходит бесследно. Гарри и сейчас чувствовал, что ему не обойтись без зелий, пока его состояние не стабилизируется. – Но я понимаю, что требуется потерпеть, потому что это нужно всем им, – он кивнул на веселившуюся молодежь. – Они стараются убедить себя, что все ужасы правления Пожирателей позади, и я не могу их в этом винить.

– К тому же ты рассказал им далеко не все, что случилось. Не так ли? – Рон проницательно посмотрел на Поттера.

– В принципе, я не особо все приукрасил. Но ты прав, кое-что пришлось утаить – таково распоряжение министра. Да и здравомыслие подсказывает, что не надо людям знать всю правду. Ты и сам догадываешься, что я имею в виду, – Поттер тяжко вздохнул.

– Вы их все уничтожили? – простой вопрос был полон тайного смысла лишь для двоих в шумной гостиной.

– Да, Рон. Все. Он больше не вернется, я тебе это гарантирую, – наклонившись к уху Уизли, заверил Гарри.

– Жаль, что я не сумел чем-то помочь, – невзирая на слова, сильного расстройства в облике Рона не наблюдалось.

– Я тебе уже говорил и повторю еще раз – ты не в силах себе представить, насколько твоя поддержка была для меня ценной! Не уверен, что справился бы без тебя. Я, конечно, постоянно утверждал, что все в порядке, но атмосфера, что создалась после захвата власти Риддлом, очень давила: на меня все смотрели так, будто я им что-то должен или не оправдал их надежд. А я не мог сообщить, что не сдался, а ищу выход из положения. Директора тоже обвиняли в бездействии, – Гарри взглянул на Лонгботтома, который также предпочел выбрать место в углу, где было потише. – И лишь ты все время находился со мной рядом и не требовал никаких объяснений, а просто заботился о моей безопасности. Знаешь, даже Снейп оценил твою помощь. Да-да, я не шучу, – заметив, как брови Рона удивленно поползли вверх, Поттер выпалил: – Он как-то сказал, что никогда не думал, что ты способен быть мне таким отличным другом. А в его устах это…

– Это больше чем похвала! Это признание моих заслуг! – Рон рассмеялся, словно дурачился, но было видно, что ему польстили слова Снейпа. Как бы там ни было, он оставался обычным человеком, которому приятна похвала, особенно столь заслуженная. – Сегодня здесь ночуешь?

– Придется, – уныло бросил Поттер, а затем спохватился, поняв, как странно это прозвучало. – Головная боль меня уже вроде не мучает, но мне бы хотелось найти для отдыха местечко поспокойнее – тут, похоже, до утра будут гулять.

– Так попроси зелье Сна без сновидений – тогда никто не помешает тебе выспаться, – предложил Рон, не догадываясь, что отыскал другу повод, чтобы хотя бы ненадолго сбежать из гриффиндорских апартаментов.

– Точно, это выход. Пока не слишком поздно, нужно запастись снотворным, – ну не рассказывать же Рону, что уже давно не рисковал заснуть без специального снадобья. И в ближайшее время Гарри тоже не собирался экспериментировать – он решил, что следует немного подождать, чтобы перестать, вопреки доводам разума, ожидать возвращения кошмаров.

– Ты в Больничное крыло или… – Гарри не дал Рону договорить, а, вспомнив инцидент, случившийся на допросе, выпалил:

– Ну уж нет, туда я больше ни ногой, даже если сдыхать буду. Представляешь, эта ду… – Поттер силой воли удержал себя от ругательств. – Помфри обсуждала мое самочувствие со своей подружкой за чашкой чая, да так громко и подробно, что какой-то там следователишко сегодня меня расспрашивал, с чего это у меня голова болела и почему я в Святого Мунго не отправился… к мозгоправам? Я еще разберусь с этим. Она не имела права вести такие разговоры ни с кем, кроме коллег.