В оковах проклятого (СИ) - Зеленоглазая Елена - Страница 48

— Госпожа, — вымолвила она с порога.

— Что случилось? — спросила, глядя на ее встревоженный вид.

— Господина, его отравили, — выпалила, прижимая ладонь ко рту.

— Как? Где он? Он жив? — вскочила с кровати, в поисках обуви, слегка морщась от боли.

— Не знаю, он просил принести ему выпить, в кабинет, пришла, а он на полу с пеной у рта.

Лиа, не дослушала, бросилась в его кабинет, ничего не замечая вокруг, пока бежала, думала, что потеряет на ходу сердце от страха за чужую жизнь.

В кабинете уже столпились слуги, не приближаясь к хозяину, а жались к стене.

— Ард, — бросилась к нему с диким воплем, утирая пену у рта, рукой, гладила волосы и прижимая его голову к своей груди.

Следом в помещение вбежала Ангелика, оглядела всех и присела рядом:

— Не реви, — приказала, пытаясь оторвать ее от демона.

— А…если…он…, - заикаясь, произнесла, не скрывая своих эмоций и слез.

— Дай посмотрю, не вой ты, — попросила, отстраняя девушку от мужа.

— Нет, не уйду, — прижала ухо, к груди прислушиваясь к звукам, — стучит, Лика, оно стучит.

— Конечно, стучит, его не так просто убить, все с ним будет хорошо. Дай, посмотрю.

— Если с ним что-то случится…я не смогу жить…без него, я так его люблю…, - перешла на шепот, поддавшись на уговоры подруги.

Она поднялась на ноги и оглядела слуг, мгновенно меняясь из напуганной, во властную хозяйку:

— Кто? — грозно спросила, задала вопрос.

Молчание, никто не спешил признаваться, но кроме слуг этого никто не смог бы сделать.

— Лиа, нужно противоядие, он уже синеть начинает, я не знаю, чем его так накачали, — сообщила Лика, отвлекая ее от допроса слуг.

— Какое? Где? — присела рядом с мужем и погладив его тыльной стороной руки по бледной щеке.

— Не знаю, я бессильна!

Лилиана, перевела взгляд на стол, где все еще стоял бокал и какая-то тетрадь. Медленно, как в замедленной съемке, поднялась и не чувствуя ног подошла к столу. На поверхности лежал ее дневник, открытый на той самой странице, где она желала ему смерти, та первая запись, написанная в период ее заточения. Вот только она не знала, дочитал ли он до конца.

— Я, последний раз спрашиваю, кто посмел? Вам дали шанс, — двинулась в сторону слуг, — исправиться, начать новую жизнь, а вы чем оплатили? — требовала ответа на свой вопрос.

— Это я, — сделала шаг вперед Турана, — я его отравила, за то, что он с вами жестоко обращается!

— Тура?

— Да, я его отравила и не жалею, женщин нельзя трогать и уж тем более бить, а за это я их всегда наказывала. Мужчин.

— Чем вы его отравили? — встряла в разговор Лика.

— Белоной, — ответила на вопрос.

— Госпожа, я знаю, чем ему помочь, — привлек внимание Карл, теребивший край своего фартука, — я принесу лекарство?

— Да, конечно, Карл. Март, уведите ее и заприте где-нибудь и глаз не сводите с неё. Я потом с ней поговорю, сама.

Лиа, села на пол, положила голову мужа себе на колени, гладила его по волосам, лицу, ожидая, когда повар принесет ей противоядие. Он нервничала, то и дело, слушая, бьется ли его сердце.

— Ардин, если ты умрешь, я за тобой в ад спущусь, слышишь? — словно в бреду шептала она ему, не переставая плакать, словно он уже погиб.

— Ты что его простила? — спросила сидящая рядом Лика.

— Угу, — издала звук похожий на согласие.

— Дура.

— Ну и пусть, зато влюбленная в демона дура это ядерная смесь, взрывоопасная.

— Вот уж точно, тогда не ной, проснется тебе еще с ним разговаривать.

Карл, появился быстро, как только смог. В руке был прозрачный бутыль с мутной жидкостью. Он протянул его Лие со словами:

— Влейте, половину в рот.

С помощью Лики, девушка влила в Арда, содержимое склянки, как и велел повар.

— Он скоро очнется? — повернулась к Карлу с вопросом.

— Должен скоро очнуться, ждите госпожа, это поможет. Я знаю.

— Спасибо, оставьте нас одних, — попросила, отпуская слуг.

Время шло, но ничего не менялось, Ардин по-прежнему не приходил в сознание, зато цвет лица изменился, дыхание было ровным, словно он спит.

— Ардин, ты меня слышишь? Очнись, пожалуйста, я не сержусь, правда, — гладила его по щеке, пытаясь достучаться до его сознания.

Прошло еще пару минут, он вдруг резко дернулся, вздохнул, словно бы вынырнул из воды и жадно глотал воздух, сел и огляделся.

— Наконец-то, — бросилась обнимать его, — я так испугалась, — призналась, не стесняясь своих эмоций.

— Не стоило, — оторвал от себя ее руки, — ты же этого хотела, разве нет?

— Нет, не хотела. Ардин, давай поговорим, пожалуйста. — Схватила его за руку, привлекая к себе внимание.

— О чем о том, как ты грезишь о моей смерти и все твои слова и действия — ложь! — Высказал ей в лицо, вырвал руку, поднимаясь на ноги слегка шатаясь.

— Нет, это не правда, ты как обычно делаешь неправильные выводы.

— Ардин, вы не правы, — заступилась за подругу Лика, — вы же не знаете ничего!

— А ты, наверное, ей помогала, да? Верная подруга, да?

— Я ей всегда помогаю, но в твоем отравлении мы не виновны, — попыталась заступиться за Лию.

— А кто же тогда это сделал?

— Турана, — поведала Лилиана, пытаясь отвести от себя ложные обвинения.

— Да?

— Она сама призналась.

— Что же, пойду, послушаю, кто ее на это надоумил или приказал.

Март, открыл дверь в комнату, где сидела Тура. Женщина сидела на стуле в комнате, где ночевала женская часть слуг.

Все трое выстроились стеной перед домоправительницей, ожидая, что она скажет в свое оправдание.

— Меня, с детства избивал отец, а потом тот, кому меня продали как рабу, били жестоко, но я выжила, и поклялась, что никогда не позволю избивать женщин, если увижу такое несправедливое обращение к ним. Многие мои хозяева были мужчины и некоторые из них остались живы, но были и те, кого я лично убила, лишь за то, что они подняли руку на дочь, мать, жену, служанку. Я каждый такой удар, ощущала на себя, возвращаясь в прошлое. Вы, господин Ардин, вчера очень грубо повели себя с женой, а потом весь дом слышал ее крики, я решила наказать вас, и знаете, не жалею. Вы не имеете право, так с ней обращаться, она всегда вежлива, почтительна и на «вы» с нами, а вы ее подавляете, силой заставляете подчиняться.