Обуздать пламя (СИ) - Кострова Кристи - Страница 28

― Ты невероятно сильна! ― присвистнул отец. ― Раньше я был самым сильным магом в Киаринте, но ты с легкостью перехватила у меня пальму первенства.

― Полагаю, это и есть первородный огонь? ― спросила мама.

― Именно. Раньше им обладали лишь драконы, но предки вашей семьи не были драконами, мы уже проверили. Сейчас мейстеры исследуют магию Сильвии, но пока что ни к чему не пришли. Вы позволите взять у вас несколько анализов?

― Конечно.

― На этом я прощаюсь и оставляю вас, ― Эйдан поднялся с дивана. ― Я отправлю горничных разбудить Эстер и Мелиссу, думаю, скоро они присоединятся к вам.

― Спасибо! ― беззвучно выдохнула я, благодаря его за тактичность. Конечно, нам нужно побыть наедине.

Едва Эйдан ушел, взгляды родителей обратились на меня. Я поежилась и с тоской посмотрела на захлопнувшуюся дверь. Конечно, теперь родители возьмутся за меня всерьез!

― Кажется, он любит тебя, ― констатировала мама. ― Когда он смотрит на тебя, в его глазах столько тепла! А что чувствуешь ты?

― Что? Наверное… То есть, конечно, мы же женаты, ― затараторила я.

― Ричард, оставь нас ненадолго, пожалуйста.

Отец возвел глаза к потолку и, обняв меня, заговорщически прошептал:

― Держись, Огонечек!

Когда он вышел, я налила себе остывший чай в чашку и залпом выпила. Мама вздохнула и погладила меня по волосам:

― Не хочу лезть в вашу семью, но, кажется, вы еще не разговаривали нормально о браке?

Я дернула плечом:

― А что о нем болтать? Все произошло быстро, я была не готова. Сперва даже хотела оспорить волю стихий. В одном из свитков говорилось: если спустя месяц после благословения татуировки исчезнут, значит, стихии ошиблись. Брак будет считаться расторгнутым.

Мама внимательно посмотрела на меня:

― Разве ты сама хочешь этого? Ты ведь переживала, как мы с отцом воспримем Эйдана. Не похоже, что ты готовишься к разводу. Кстати, герцог мне понравился.

― Просто я хочу быть уверенной… ― замялась я. ― Через две недели срок истечет, и в замке состоится свадебное торжество.

― Я не буду лезть тебе в душу, ― покачала головой мама. ― Решать тебе. Ты всегда отличалась храбростью, порой безрассудностью! На моей голове прибавилось немало седых волос, когда ты возвращалась из очередного «приключения» со своим другом из оленеводов… И мне кажется, что сейчас тобой движет страх.

Я отвернулась, до боли прикусив губу. Мама была права: я действительно боялась признать, что влюбилась в Эйдана. Не знаю, когда это произошло… День за днем я привязывалась к мужу все сильнее, скучала по его мальчишеской улыбке и янтарным глазам. Даже случайное прикосновение наших рук заставляло мое сердце биться чаще!

Мама понимающе улыбнулась:

― Подумай об этом.

Я рассеянно кивнула, собираясь с мыслями. Впрочем, отвечать мне не пришлось. В комнату ворвались сестры, за ними вошел отец.

― Вас помиловали! ― Мелисса обняла маму и тихонько заплакала.

Кажется, ей разлука с родителями далась тяжелее всех.

― Король сказал, что наш род полностью оправдан. Вскоре нам вернут поместье и титул.

Я улыбнулась. Наконец-то наша семья свободна!

Конечно, мы с сестрами просидели у родителей до самого утра. Взахлеб рассказывали о себе, расспрашивали про то, как на них повлияло снятие проклятья. Оказывается, Его Величество не лукавил. Стихия действительно захватила не только тело, но и разум родителей. Племя оленеводов охраняли люди короля, чтобы их ненароком не зацепило огнем.

Лишь под утро, когда возбуждение от встречи сошло на нет, мы отправились по своим спальням. Глаза слипались сами собой, да и родителям пора было отдохнуть. Лекарка, приставленная мейстрессой Пэрри, не раз заглядывала к нам, но не посмела прервать разговор.

Я распрощалась с сестрами в одном из коридоров и украдкой зевнула. Мой путь лежал дальше, в хозяйское крыло, где располагались герцогские покои. Мимо сновали слуги, день уже начался ― на горизонте уверенно сияло солнце.

Спустившись по лестнице, я свернула в коридор и вдруг наткнулась на Лиззи. И как она догадывается, где именно меня ждать? Вздохнув, подошла ближе. Горничная присела в реверансе и, оглянувшись, прошептала:

― Ваша Светлость, я кое-что узнала для вас.

Сердце сжалось от тревоги. Неужели герцогиня все еще не угомонилась? Она ведь дала понять, что больше не станет мешать нам ради будущего рода.

― Я еще не выполнила твою просьбу, ― покачала головой я. ― Жду Театрального вечера, чтобы перемолвиться словечком с графом Веллером. Посылать записку слишком рискованно для моей репутации.

Лиззи недовольно поморщилась, но быстро стерла это выражение со своего лица.

― Как вам будет угодно, Ваша Светлость. Я очень благодарна вам за помощь! Несколько дней не имеют значения, я все равно не буду избавляться от ребенка.

― Так что ты хотела мне сообщить? Леди Эвелин что-то задумала?

Впереди показался кто-то из слуг, и мы с Лиззи нырнули в нишу под лестницей. Я все еще собиралась оставить наше общение в тайне.

― Нет, Ее Светлость больше не вызывала меня, ― удивила меня горничная. ― Я хотела рассказать о леди Лилиан Бермон.

Ну да, как же я не догадалась! Она тоже питает ко мне «нежные» чувства, особенно после стычки с Искрой. На публике девушка носила головные уборы, наверняка ее прическа здорово пострадала.

― И что она?

― На кухне работает повариха Молли Уайт. Она готовит супы на обеды, это ее конек. Она же кормит прислугу вечером. Вчера я услышала, как она разговаривала с леди Лилиан. Они прятались в кладовке, но у меня острый слух и хорошая память. Я узнала голоса.

Я удивленно вскинула брови. Это уже становится интересным. Я знала, что Лилиан злобная завистница, но не думала, что она отважится на новую пакость!

― О чем они говорили?

― Точно я не поняла… Кажется, леди Лилиан велела Молли подсыпать в суп для Его Светлости какое-то средство. Судя по всему, оно очень редкое и дорогое.

― Повариха согласилась?

Лиззи развела руками:

― Этого я уже не услышала. Половица подо мной скрипнула, пришлось сматываться. Но вполне возможно, ― кажется, Молли боялась Лилиан.

― Понятно… ― протянула я.

Наверняка суп с сюрпризом подадут на сегодняшнем обеде! Я уже заметила, что в еде Эйдан был непривередлив и, несмотря на разнообразие блюд, почти всегда выбирал одно и то же.

Нужно предупредить его! Неизвестно, что именно добавила Лилиан. Какое-нибудь редкое любовное снадобье или яд? Но муж наверняка спросит, откуда я знаю это!

― Спасибо, Лиззи! ― с чувством поблагодарила я горничную. Конечно, она лукавила. С такой информацией она должна была напрямую отправиться к герцогу. Она же предпочла услужить мне. ― Я сообщу тебе, как переговорю с графом.

Остаток пути до покоев я размышляла. Даже сон пропал. И чего Лилиан неймется?! Скорее бы кончился Сезон Тишины, чтобы аристократы наконец разъехались по домам! Без них в замке станет гораздо приятнее!

На пороге гостиной я наткнулась на выходящего из дверей мужа. Он держал в руках папку с бумагами. Заметив меня, Эйдан улыбнулся:

― Я уже и не чаял увидеть тебя. Сегодня утром у меня много дел, встретимся за обедом? Роберт представит твоих родителей. Как они?

― Хорошо! Кстати, ты им понравился.

― Это здорово! Я думал, твой отец во мне взглядом дырку прожжет.

Я вошла в гостиную и потянула мужа за собой. Как же сказать о нависшей над ним угрозе?

― Я хотела поговорить о другом. Сегодня за обедом тебе стоит отказаться от супа.

Эйдан удивленно уставился на меня.

― Я, конечно, знал, что ты непредсказуема, но чтобы настолько?! Причем тут мой суп?

― Тебя могут отравить. Или напоить любовным зельем. Я точно не знаю!

Брови мужа поползли вверх. Прикусив губу, я глухо выдохнула. Придется рассказать все. Стоило мне заговорить о Лиззи, как Эйдан отшвырнул папку с документами в сторону. Он был явно недоволен тем, что его бывшая любовница обратилась ко мне за его спиной. Мысленно я порадовалась, что гнев мужа направлен не на меня.