Флаги над замками (СИ) - Фламмер Нат - Страница 25

— О-о... — Ёситада нахмурился и задумался: — Похоже на то... Когда ты рюкзак свой забирал с ленты — вокруг тебя какой-то отаку крутился.

— Отаку?..

— Ну да. Пацан в жилетке с кучей значков. И прическа такая... анимэшная, когда волосы во все стороны.

— Хм... не видел никакого отаку. Ёситада, у вас что, реально воруют?!

— Ну... — Ёситада смущенно опустил глаза, — обычно нет, то есть редко и не посреди токийского международного аэропорта. Надо сообщить в полицию — они проверят записи с камер и... — он внезапно вскинулся и замахал руками: — Так вот же он! Вон он, отаку!

Сандер посмотрел в сторону, в которую указывал Ёситада, и сначала не разглядел ничего, кроме причудливых теней, которые отбрасывали деревья аллеи. Но тут одна из них шевельнулась, и он отчетливо увидел «отаку». И правда, пацан был едва ли не с ног до головы увешан значками, а на голове красовалась яркая, то ли красная, то ли оранжевая повязка. Сандер неодобрительно дернул плечом. Это слепым надо быть, чтобы сразу такого не заметить. И решительно пошел к пацану.

— Эй! — окликнул он. — Стой!

Мальчишка остановился, обернулся и внезапно припустил что есть мочи.

— Во я дура-ак, — протянул Сандер и рванул за ним. И тут же понял, куда так мчится воришка — вон к тому припаркованному мотоциклу, рядом с которым буквально мгновение назад неспешно курил другой парень — в черном блестящем шлеме. Как только мальчишка побежал, тот немедленно выплюнул сигарету и вскочил в седло.

«Вот черт, не успею», — с досадой подумал Сандер, замедляясь, а отаку с разбегу вскочил в седло сзади своего подельника и мотоцикл рванул с места, едва не встав на дыбы.

— Вот уроды! — в сердцах воскликнул Сандер.

— Догоним! — Внезапно услышал он крик Ёситады. И, ни на миг не раздумывая, помчался обратно к машине.

— Наперерез! — завопил он, когда они сдали назад.

— Ну нет, — Ёситада выкрутил руль и вдавил педаль газа, — мне не нужны заголовки «В аварии с участием наследника Токугава погибли двое школьников». Я же сказал: догоним.

— И что делать будем? Ехать рядом и уговаривать, что красть нехорошо?

— Они на выезде остановятся в любом случае — там их и возьмем.

Ёситада прибавил газу, и они едва не коснулись бампером заднего крыла мотоцикла. Сандер высунул из окна телефон, нажал запись и завопил:

— Эти люди украли последнее у бедного русского туриста! Они — позор Японии! Сейчас мы догоним их и восстановим справедливость. Не забывайте ставить лайки!

Внезапно мотоцикл резко свернул в сторону, поднялся на одно колесо, взлетел на бортик ограждения и помчался прямо по траве вверх по склону. Пара секунд — и он уже скрылся в тоннеле под взлетной полосой.

Ёситада сбросил скорость и с досадой стукнул кулаком по рулю.

— Не парься! Зато я это снял, — рассмеялся Сандер.

— Угу, — Ёситада стиснул зубы, — извини, пожалуйста, я не ожидал такого. Это же полное безумие.

— Ага, парни конченые, ты прав был. Запросто могли в нас вписаться. Пусть подавится, крысеныш.

— Блокируй карты. Ты с телефона свои российские сможешь? Документы еще восстанавливать. Ну что за... Я звоню в полицию — может их успеют задержать.

— А-а-а, — отмахнулся Сандер и сунул руку в карман куртки: — Забей. Все карты тут. А документы в кармане рюкзака. Я в бумажнике только нал ношу. Ну и всякую фигню, вроде визиток. Жалко просто: отец подарил, и дорогой, зараза. И карта там.

— Какая карта?

— Русского острова, на удачу... а, ладно. Зато хорошее начало, а?

— Отличное, — хмыкнул Ёситада, — надо выпить. — И он свернул на главную дорогу.

Когда Сандеру было тринадцать, отцу кто-то порекомендовал бехеровку: якобы она хорошо идет при всяких проблемах с пищеварением. Но отцу она не пошла, и литровая бутылка оказалась в баре вместе с «женским» вином, на случай прихода маминых подруг, и водкой, которую по выходным употреблял перед едой отец. Водка постоянно заменялась новой, а вот про бехеровку, по всей видимости, давно и прочно забыли. И поэтому Сандер был уверен, что никто и не заметит, если он иногда будет отливать из огромной бутылки буквально пару крышечек. Настойка приятно обжигала горло, и по телу разливалось тепло, а самое главное — Сандер себя чувствовал совсем взрослым.

...Ровно до того момента, пока отец не пожелал угостить пришедших в гости и не пьющих вина дам. В бутылке к этому времени оставалось чуть больше половины — и спать бы Сандеру неделю стоя, если бы мама, быстро сообразив, что к чему, не «созналась»: это она пила настойку вечером «от головы». Ураган благополучно пролетел мимо, а Сандер навсегда полюбил этот эксклюзивный чешский напиток.

— Она вот так запросто здесь продается?! — восхитился Сандер, взяв в руки зеленую бутыль, заботливо поставленную на специальный поднос официантом. — И ты не забыл!

— Тебя послушать, так Япония — это какая-то задница мира. Если бехеровка продается в России и США, то что ей мешает продаваться в Японии? И ты все же не рассказал, что именно за дело ты планируешь открыть здесь.

— Я? — Сандер отодвинул пустую тарелку из-под еды, подтянул поближе блюдо с закусками и наполнил стопку.

Ёситада с задумчивым видом накладывал в свой стакан с виски лед из хрустального ведерка.

— Я собираюсь открыть тут школу боевых искусств. Под названием «Русский медведь».

— Что?.. — Ёситада от неожиданности разжал щипцы, и кубик льда плюхнулся в стакан, разбрызгав по сторонам содержимое.

— Школу. Боевых искусств. Русский национальный кулачный бой. Понимаешь, у нас издревле деревнями ходили стенка на стенку.

— Скажи, что ты пошутил...

— Когда это я шутил? — Сандер нагнулся над столом и вытянул вперед руку:

— Гляди, — он загнул один палец, — во-первых — экзотика, у вас такого нет. Второе — вы, японцы, обожаете иностранщину, — он загнул второй палец. — И третье! — Сандер выставил вперед средний палец. — Здесь никто не знает, как это должно выглядеть реально! — он рассмеялся и убрал руку.

— А кто будет тренером?

— Я, конечно, ну по началу. А если пойдет — выпишу из России парочку бывших вэдэвэшников покрупнее. Да должно пойти.

Ёситада усмехнулся и покачал головой. И поднял стакан:

— За встречу. И пусть у нас все получится! Кампай!

— Кампай! — подхватил Сандер и залпом проглотил настойку.

— И ладно, со мной все понятно, по ходу дела разберусь. Ты. Ты мне хотел что-то рассказать. Про духов предков. А я расскажу про призрака, которого видел я.

Ёситада поднял руку и выставил ее ладонью вперед.

— Это... понимаешь, просто так не расскажешь. Я и сам, если честно, даже и не знаю, что думать. Я тут с одним человеком встретился... И мне еще самому надо все как следует переварить. Кроме того, скажи-ка мне, что ты вообще знаешь о нашей истории?

— Хм... — Сандер почесал нос и внезапно вскочил: — Я — демон седьмого неба! Я — Ода Нобунага! — завопил он и изобразил одной рукой над головой что-то вроде нимба, а другой — развевающийся сзади плащ.

— Понятно, — закивал Ёситада, — «Самурайские войны» или «Сёгун»?

— Обижаешь! Это для детей. «Сэнгоку Басара».

— Это «Сёгун» для детей? Да я до сих пор не весь прошел!

— Потому что это не твое, мой дорогой друг. Занимайся своей экономикой и не пытайся понять высокодуховное.

— Это «Басара» — высокодуховное? Ну да.

— Да ты не играл.

— Я видел скрины, мне хватило. И м-да, в качестве информации об истории Смутных времен — мягко скажем, не самый подходящий источник.

— Эм... а что не так? Ода Нобунага пытался захватить Японию, убил своего вассала Акэти Мицухидэ, его потом убил Датэ Масамунэ, потом пришел Тоётоми Хидэёси, и его убил Токугава Иэясу. Верхом на роботе. А Исида Мицунари хотел отомстить, и у него был еще друг такой противный, на подносе...

— Са-андер!.. — Ёситада прикрыл лицо рукой. Плечи его содрогались в беззвучном хохоте.

— А что?! — Сандер возмущенно вскинулся, потом тоже расхохотался, сел и плеснул себе еще. — ...Ну, у меня так получилось, что я могу сделать?