Рыцарь Англии (ЛП) - Бей Луиза - Страница 62

И конечно же я жаждал услышать ее голос.

Мне хотелось, чтобы наши отношения изменились.

Поймет ли она, что мое присутствие в ее университете доказывает, что я способен создать будущее с ней? Она была единственной, кроме моей работы, что было очень важно для меня и ее отъезд глубоко меня ранил. Это изменило меня навсегда.

Я вытащил телефон. Я хотел позвонить ей. Предупредить.

Стук сердца отдавался в ушах, как только я набрал номер.

— Алекс? — Удивленно спросила она, словно не веря, что это я. Я стиснул зубы при мысли, что мне больше нет места в ее жизни.

— Да. Это я. Приятно слышать твой голос.

Я вздохнул от звука ее дыхания на другом конце линии.

— С тобой все в порядке? — спросила она. Голос звучал грустно, как будто я приносил ей страдания, я возненавидел эту мысль.

— Я хотел, чтобы ты знала, что я теперь преподаю в Колумбийском на юридическом факультете. Несколько месяцев. И я хотел бы спросить, пока буду здесь, не согласишься ли ты со мной встретиться. Мне бы очень хотелось извиниться перед тобой лично.

— Ты преподаешь?! — спросила она.

Я хотел рассказать ей более подробно, но не был уверен стоит ли рассказывать об этом по телефону.

— Да. В последний момент человек отказался.

— И поэтому ты оставил свою работу? Ты больше не адвокат?

Я присел на ступеньки библиотекой Батлера.

— Я не увольнялся из палаты. Просто взял творческий отпуск. Мне нужно время, чтобы пересмотреть приоритеты. Шанс искупить свою вину. Я скучаю по тебе.

— Я должна была хоть как-то уберечь свое сердце, Александр.

— Я знаю, и ты была полностью права. Я никогда не обещал тебе, что смогу дать тебе намного больше, чем крохи своего времени помимо работы.

— Но мне не стоило так спонтанно убегать, я сожалею об этом. Я должна была найти в себе смелость и сказать тебе, что не вернусь, — ответила она и замолчала.

— Я не виню тебя за то, что ты убежала. Я понимаю.

— И сейчас ты в Нью-Йорке, — произнесла она.

Я вздохнул.

— Да. Я перегорел. Вымотался. Потерял что-то важное для себя, и это сказалось на мне… — Ей не нужно было знать о моей агонии после того, как она ушла. Я уже достаточно причинил ей боли. — Я поговорил с Лэнсом, и он предложил мне занять место преподавателя, чтобы я смог взять передышку и подумать о своем будущем.

— Такое огромное совпадение, что ты в Колумбийском.

— Лэнс дружит с ректором кафедры.

— Я этого не знала, — сказала она, ее голос был задумчивым и успокаивающим.

— Счастливое совпадение, я надеюсь. — Замолчал, в надежде, что она согласится со мной. По крайней мере, она не бросила трубку. — Я хотел бы узнать, встретишься ли ты со мной. Я бы хотел поговорить и, если возможно, обсудить то, что произошло в Лондоне. Я понимаю, что был идиотом, и хочу загладить свою вину.

Она вздохнула.

— У меня ограничено время. Я стараюсь исключительно сосредоточиться на программе и освоиться здесь.

Я закрыл глаза, стараясь заглушить боль от ее отказа. Но я пробуду здесь три месяца, и так просто я не сдамся.

— Может позже за семестр, когда у тебя будет немного больше времени.

— Может, — ответила она.

Я сглотнул.

— Я скучаю по тебе.

Прежде чем она ответила, сначала последовала пауза, словно она тщательно взвешивала свой ответ.

— Мне пора идти. Надеюсь, тебе понравится преподавать.

Похоже, она не собиралась со мной встречаться.

— Хорошо, было приятно услышать твой голос. И я свободен в любое время, когда ты будешь готова поговорить.

— До свидания, Александр.

Я не мог с ней попрощаться. Я был не готов.

Поэтому подождал, когда она повесит трубку, а потом убрал телефон обратно в карман пиджака. Сегодня была только вступительная речь. Моя борьба за Вайолет даже еще не началась.

36.

Вайолет

Меньше всего я ожидала звонка от Александра. Найтли относился к типу мужчин, которые не будут гоняться за женщиной.

Но он оказался здесь. В Нью-Йорке.

Сказать, что я была польщена и удивлена, это все равно, что ничего не сказать.

Я сбежала из Лондона, бросила его, думая, что он не способен стать тем мужчиной, который мне нужен, мужчиной, который не будет думать только о своей работе. Мне никогда не приходило в голову, что он может приехать в Нью-Йорк на три месяца. Казалось, это за пределами реальности.

Я подумала, что это полная бессмыслица, и решила, что должна удостовериться во всем сама. Поэтому потратила уйму времени, совершенно бессмысленно, на сайте юридического факультета, после чего мне все же удалось найти расписание занятий Найтли.

Я была немного старше, чем большинство студентов, записавшихся на его лекции, но меня никто не остановил и ничего не сказал, когда я сидела в самом конце аудитории, скрываясь в полумраке.

Найтли вошел в аудиторию в красивом, сшитым на заказ, костюме так, словно входил в палату адвокатов. Эхом разошлось хихиканье студенток по всему помещению. Бьюсь об заклад, в истории Колумбийского университета настолько красивых лекторов еще не было.

Он стал обращаться к студентам в своей обычной уверенной манере и, казалось, знал отлично весь материал, несмотря на то, что проработал всего пару недель. Он был безнадежно умен. И ужасно раздражающе очарователен.

Я с трудом могла сосредоточиться на его лекции, … от одного его вида, все мои чувства со свистом вернулись. Я решила проверить себя, не излечилась ли от любви к нему. Я надеялась, что чувства утихли, но нет. Я любила этого человека. Все еще любила.

С тех пор, как он позвонил мне чуть более двух недель назад, я ничего не могла с собой поделать, постоянно размышляла о том, что означало его пребывание в Штатах, вернее может означать, для него, для меня, для нас.

Он больше не пытался каким-то образом связаться со мной после того раза. Я бы узнала, если бы он позвонил или написал, потому что фактически все время держала телефон при себе в шаговой доступности, если можно так выразиться. На всякий случай.

Я не могла понять, как человек, настолько преданный своей карьере, вдруг смог так легко нажать на паузу. И его поступок заставил меня задуматься, правильно ли я поступила, сбежав от него. Я должна была поговорить с ним, озвучив свои желания. Может мне следовало сказать ему, что я люблю его? Может дать нам больше времени?

И судя по его лекции, первые ряды были забиты на столько, я никогда такого не видела. Но я жаждала научиться всему. И наблюдая за ним, мне уже казалось, что он не мое прошлое, а, возможно, часть моего будущего.

Когда лекция закончилась, множество студентов выстроились в очередь, чтобы задать вопрос. Было совершенно очевидно видно, настолько они восхищались этим мужчиной, и я не была исключением.

Мои чувства не изменились, я была в этом уверена. И теперь, увидев своими собственными глазами доказательства того, что он изменил всю свою жизнь, я была готова к разговору. Готова выслушать его.

Александр

Мои ассистенты отлично помогали мне отбиваться от вопросов в конце лекций, но все равно я вынужден был отвечать на вопросы вереницы студентов, уходящую за дверь аудитории, поэтому сейчас я распрощался с последним ровно через тридцать минут после окончания лекции. Я наслаждался их энтузиазмом и умными вопросами. У них было время подумать, обсудить и поразмыслить… я совершенно забыл, насколько захватывающими и стимулирующими могут быть студенты. Я чувствовал себя таким же, как они до того, пока адвокатура не стала моей непосредственной работой, пока она полностью не завладела всей моей жизнью. Иногда студенты задавали вопросы немного личного характера. Я был поражен с каким напором некоторые девушки интересовались моим семейным положением, но мне удалось довольно расплывчато уходить от ответов, не поощряя их и не обманывая.