Другая жизнь (ЛП) - Энгелидц Питер - Страница 42

— Я имел в виду «да, я шучу».

Джек неодобрительно поцокал языком, но он улыбался. Йанто улыбнулся в ответ.

— Мне сказали, что на этой неделе у них закончился кофе с кошачьим дерьмом. Вроде бы их грузовики не могут добраться до места по такой погоде. Так что это обычный кофе. — Он наклонился над столом, чтобы убрать с подноса блокнот.

Джек откинулся на спинку стула и смерил Йанто оценивающим взглядом.

— Ты такая дерзкая задница, Йанто. Ты когда-нибудь был итальянским официантом?

— Я предпочитаю френч-пресс[70], — он протянул Джеку блокнот с телефонными сообщениями. — Тот вопрос может быть расценён как сексуальное домогательство на рабочем месте.

— Только если ты действительно вежливо меня попросишь, — Джек помахал в воздухе блокнотом. — Что это?

— Не знаю подробностей. Они сказали, что у них проблемы, и попросили перезвонить в «Blaidd Drwg».

— Что за проблемы? Йанто покачал головой.

— Они не захотели уточнить. Голос звучал немного расстроенно, но он извинился за звонок. Действительно, как-то странно.

Джек допил кофе, спрыгнул со стула, пробежал по комнате и включил верхний свет. Йанто зажмурился из-за болезненного контраста, когда на потолке зажглись яркие лампы. Джек выставил на стол телефон и бросил Йанто блокнот и телефонную трубку:

— Позвони им, пока я переоденусь. Нет, нет, — сказал он, когда Йанто жестом показал, что может выйти из кабинета. — Я не настолько застенчив.

Он вытащил из располагавшегося рядом шкафа одну из полдюжины одинаковых синих рубашек, разорвал ногтем целлофан и выбросил упаковку в мусорную корзину вместе со старой рубашкой.

Йанто закончил набирать номер. В кабинете прозвучала короткая мелодия мобильного телефона, а затем послышался голос:

— Алло? Джонатан Мидоуз.

— Прямая линия? — тихо спросил Джек Йанто, застёгивая рубашку. — Никаких секретарских прикрытий. Значит, дело важное. — Он крикнул в сторону телефона: — Джонатан! Кажется, мы только вчера разговаривали. Что, утренняя смена?

— Учитывая обстоятельства… — даже по этим кратким словам было понятно, что Мидоуз пытается сдержать упрёк. Качество звука было достаточно хорошим, чтобы Йанто мог слышать, как учёный делает глубокий вдох, чтобы успокоиться. — Мистер Харкнесс, мы очень благодарны…

— Капитан Харкнесс, — перебил его Джек. — Но зовите меня Джеком.

Ещё один вздох.

— Капитан Харкнесс. Мы, конечно, очень благодарны вам за то, что вы вернули нам те топливные пакеты.

— К вашим услугам, Джонатан. Если мы не можем помочь нашим коллегам из «Blaidd Drwg» вернуть своё утерянное по неосторожности ядерное оборудование, то для чего мы вообще нужны? — Джек широко улыбнулся Йанто.

— Мы очень вам благодарны, — упорно продолжал Мидоуз. — И мы… хорошо, мы знаем, что вы, люди из Торчвуда, любите предъявлять свои права на вещи, с которыми сталкиваетесь.

— Позвольте заверить вас, Джонатан, что мы не нуждаемся в ядерном топливе. Поверьте, здесь всё работает от пальчиковых батареек.

— Тогда что вы сделали с остальными? — жалобно спросил Мидоуз.

Джек посмотрел на Йанто.

Йанто посмотрел на блокнот, как будто записанное там исходное сообщение могло дать ему подсказку. Не дало.

— С остальными чем? — поинтересовался Джек.

— С остальными двумя ядерными топливными пакетами, — сердито ответил Мидоуз. Последовала долгая пауза. — Вы понимаете или нет, что Уайлдмен забрал шесть из них?

Всю ночь гром не давал Гвен спать. Сначала она, как в детстве, пыталась посчитать, сколько времени проходит между вспышкой молнии и громом, но очень скоро стало ясно, что гроза совсем близко. Шёпот дождя не успокаивал её, как раньше, когда она была маленькой. В конце концов она встала с кровати и пошла в туалет, а потом на кухню – выпить стакан воды. Рис храпел, несмотря на бурю, конечно, не обращая внимания на шум дождя и бессонницу Гвен. Вернувшись в спальню, она обнаружила, что он растянулся на три четверти кровати.

Сквозь занавески в спальне пробивался тусклый свет раннего утра. Гвен начала думать, что наконец сможет нормально поспать, когда вдруг зазвонил телефон и разрушил эту надежду.

Рис что-то пробормотал из-под подушки и, не глядя, потянулся к стоящему на тумбочке телефону. Он не рассчитал расстояние, и телефон грохнулся на пол вместе с запутавшимися проводами. Рис выбрался из-под простыней, взъерошенный, ворчащий и хмурый.

— Гвен, это твой мобильник. Возьми трубку. Он резко плюхнулся обратно на подушку.

Гвен нашла свой телефон возле комода. Трубка была включена в розетку, она стояла на подзарядке, но ещё работала. На экране было написано, кто звонит: «Торчвуд».

— Йанто? — сказала Гвен. — Привет. Господи, посмотри, который час. Да, извини. В чём дело?

— Проблемы, — сообщил ей Йанто. — Тебе нужно вернуться, прямо сейчас.

— Я еду, — Гвен захлопнула крышечку телефона. Она обернулась – Рис уже сидел на кровати, с негодованием близоруко глядя на неё.

— Я думал, сегодня утром ты останешься дома, — сказал он ей. — Я думал, мы оба будем дома. Я обещал тебе завтрак. Грибы. Сосиски. Мне хотелось приготовить яйцо в хлебе.

— Какой стимул. Но, честно, мне нужно идти. — Она через голову стянула ночнушку и начала искать трусики. — И не надо так на меня смотреть. У нас нет времени.

— У тебя нет времени, — с упрёком отозвался Рис. Он закрыл глаза и снова улёгся на простыни. — Мы даже больше не едим вместе, Гвен. Я начинаю думать, что ты предпочитаешь столовую на работе.

— Опять этот Гэз.

— Может быть, он прав, — пробормотал Рис из-под одеяла. — За прошедшие несколько недель я видел его чаще, чем тебя, даже учитывая, что последние две недели он был в рейсе. И, держу пари, он не откажется от моих грибов.

— Не уверена, что могу вежливо ответить на это.

Она оделась всего за несколько минут. Подойдя, чтобы поцеловать Риса перед отъездом, Гвен обнаружила, что он опять заснул, обняв подушку.

Облокотившись на кухонную стойку, Тошико смотрела в окно. Дождь стучал по подоконнику и брызгал в стекло. Под ливнем на улице соседский кот – Тинки? Винки? В общем, кто-то из Телепузиков – перебежал через улицу в поисках укрытия и исчез под автомобилем соседа. Тошико всматривалась в стену дождя за окном и улыбнулась перспективе ленивого завтрака в тёплой ванне.

Она успела съесть всего две ложки мюсли, когда ей позвонил Йанто.

— Да, это всегда проблема, — сказала она ему. — Я еду. И передай Джеку, что он вообще-то сказал «завтра поваляйся в постели подольше, Тош».

Йанто нашёл Джека развалившимся на стуле в зале заседаний. Он забросил ноги на стол, глаза его были закрыты. Йанто слишком хорошо его знал, чтобы предположить, что он спит.

— Оуэн не отвечает, — сказал Йанто Джеку.

Джек приоткрыл один глаз.

— Где он?

— Его мобильный, должно быть, выключен. Нет сигнала. Глаз снова закрылся.

— Напомни мне, чтобы я дал ему по башке, когда он вернётся.

Узколицый человек дважды властно хлопнул Оуэна по плечу.

— Вы не можете использовать это здесь, — он показал пальцем на висящую на стене пластмассовую табличку, которая гласила: «Пожалуйста, выключите мобильные телефоны, находясь в отделении неотложной помощи. Они могут помешать работе чувствительного медицинского оборудования».

Оуэн приподнял свой мобильный телефон, экран которого не светился.

— Я выключил его сразу же, как только пришёл. — Он сунул телефон в карман своего белого докторского халата и заискивающе улыбнулся.

Стоящий перед ним человек был чуть старше пятидесяти, с седеющими волосами. Его лицо было немного рябым, как осыпающийся песчаник. Тёмные глаза оценивающе смотрели на Оуэна сквозь очки в черепаховой оправе. Качественная рубашка и шёлковый галстук, тщательно начищенные башмаки из лакированной кожи и лёгкая властность говорили о том, что это начальник, а не злой пациент, жалующийся на то, что ему пришлось ждать четыре часа.