Ведьма и зеркало (СИ) - Пьянкова Карина Сергеевна - Страница 67

С такой стороны я на тот кошмар, который смерчем кружил вокруг, не смотрела. Кирилл действительно снова мог взлететь, если удастся повязать Костика.

— Вы умеете подбирать нужные аргументы, Анна Георгиевна, — озадаченно уставился на мать супруг, кажется, мысленно репетируя будущий разговор с отцом. — Ну, на войне, как говорится, все средства хороши.

Мама взяла меня за руку и под каким-то глупым, откровенно надуманным предлогом отвела меня на кухню. Кирилл посмотрел на меня так, будто бы собирался броситься на помощь по первому же зову. Такая глупость. Ну что же мне может грозить рядом с собственной матерью? Разве что меня насмерть запытают очередными нотациями.

— Хорош зятек, хорош, — неожиданно выдала моя родительница. Причем похвала, кажется, была полностью искренней. Удивительное дело, — Размяк, конечно, малость, после стольких неудач, однако скоро оклемается. У него теперь ты есть, а он мальчик правильный, жену нужно беречь и баловать, для этого сильный мужчина нужен. Я-то уж грешным делом думала, все, так ты у меня одна и помрешь.

Одна… Была и такая вероятность.

— Я просто Кирилла всю жизнь ждала, вот и все. Поэтому и была одна. А теперь все уже хорошо.

Мама хотела еще что-то сказать, но в последний момент сдержалась и коротко произнесла:

— Благословляю, дочка. И с внуками не затягивайте.

ГЛАВА 18

Никогда бы не подумала, что удастся увидеть за обеденным столом магов и колдунов, причем ведущих конструктивную беседу. Каждую секунду казалось, что вот-вот кто-то сорвется и устроит свару, а то и драку, но прошло уже два часа, а все участники разговора все еще держались в рамках приличий. Ну, насколько это вообще было возможно в нашей ситуации.

Оптимизм во всей компании сохранял разве что Никита Павлицкий. Его никто не звал, но ушлый маг каким-то чудом сам просочился на "военный совет", а потом сделал вид, что он тут был всегда и никуда исчезать не собирается. То есть совершенно никуда.

Дружеское расположение Ника к Кириллу не приходило в голову ставить под сомнение даже моей матери, которая Павлицкого не особо терпела, так что с его существованием в мире в целом и в нашей с мужем квартире в частности все примирились достаточно быстро.

— Лично мне до безумия любопытно, что именно Стахович хочет провернуть, — протянула через полчаса пустопорожних бесед матушка со свояком. Вернувшись в квартиру сына, Александр Левин решил для разнообразия вести себя как адекватный цивилизованный человек и не пытался нахамить всем и вся. — Мальчик непрост, и если уж хотел прибрать к рукам мою дочку, то ради конкретного плана. Ему понадобились на что-то силы, силы и верный соратник.

Левин-старший покачал головой задумчиво.

— Поверить не могу до конца во всю эту чертову историю, Анна, — пробормотал маг, поведя плечами. — И что Леша Одинцов с женой взялись помогать… Это же бред. Я этих двоих едва не с пеленок знаю.

Мама покачала головой.

— Добро пожаловать в мой мир. Я эту, — кивок в мою сторону, — в прямом смысле с пеленок знаю, а по сути, с еще более ранних времен. И ведь не могла даже представить, что Сонька моя в героиню решит поиграть, да еще с кем-то вроде вашего Кирилла свяжется. Она же у меня та еще тихушница, сколько лет даже из дома выходила только по необходимости. А тут в логово черного колдуна добровольно отправилась, только чтобы Кирилла вытащить.

Надо сказать, что рассказ о моем подвиге несколько смягчил сердце Александра Васильевича. По крайней мере, он перестал смотреть на меня как на бельмо на глазу.

— Верно, даже близкие порой преподносят сюрпризы, — согласился со вздохом маг и покосился на сына.

Очевидно, женитьба Кирилла на мне удивила его не меньше, чем мою мать удивило стремление спасти Левина любой ценой.

— Но как нам прижать эту тварь? — задался наиболее важным вопросом свекор, раздосадованно вздохнув. — Насколько я понял, Кирилл, прямых доказательств нет, а ваши слова он оспорит?

Мы с мужем одновременно кивнули. Вообще, я отметила, что многое мы стали делать синхронно, словно всю жизнь репетировали, а теперь пришло, наконец, время для выступления. Даже дышали — и то в такт. Верно в этом и заключается особенное волшебство, возникающее между сужеными.

Рука мужа легла мне на живот, моя тут же скользнула поверх, хотя я и не особенно задумывалась над тем, что делаю и зачем. Просто было хорошо, спокойно, правильно. Даже перспектива снова схватиться с Костей воспринималась как нечто очень далекое от моей жизни, почти нереальное.

— С поличным надо твареныша ловить, — внес свою лепту в обсуждения Никита, попивая чай. Чай у Кирилла был очень даже неплохим, такой налить гостям не стыдно. — А заодно тряхануть Инспекцию, чтобы вытащили головы из задниц. Ну как так можно — люди пропадают сплошь и рядом, но наши ни сном ни духом.

Говорил Ник так, словно себя и Кирилла к Инспекции не причислял. Вроде как Инспекция — одно, а они с другом — наособицу, сами по себе.

— Ты не больно-то распаляйся, — шикнула на него мама. Она Павлицкого только терпела и ни на йоту больше. — С поличным — это, конечно, хорошо, но только ловить-то Костика придется или на Соньку или на Кирилла. Чутье мне подсказывает, что вот ради того, чтобы добраться до кого-то из них, Костенька и собственной шкуры не пожалеет. В остальном же… Он гаденыш скрытный, осторожный и увертливый ну прямо как таракан, иначе и не сказать.

Я подумала о том, что пока мы рассуждаем, Костя, вполне возможно, убивает еще кого-нибудь. От этого стало на редкость тошно.

— Если нужно, я готова рискнуть.

Собственный голос звучал словно бы издалека. Мне думалось, будто я вообще не способна говорить так твердо, уверенно и спокойно. А мама всегда твердила, что мне по силам только мямлить. Кажется, матушка и на этот счет изрядно ошибалась.

— Так, стоп, — тут же возмутился богоданный супруг, разворачивая меня к себе лицом. — Готова она. Я в жизни не позволю моей супруге подставляться ради чего бы то ни было. Даже и не надейся провернуть что-то вроде этого.

Я как-то сразу сникла, хотя всегда не выносила, когда мной пытались управлять, и неизменно выражала протест, пусть чаще всего и молчаливый. Однако тут вдруг даже мысленно не начала протестовать. Муж сказал "нельзя", стало быть, нельзя.

— Если ты рассчитываешь, что я буду спокойно смотреть, как ты берешь на себя роль живца, то даже не мечтай, — заявила я Кириллу, запрокидывая голову, чтобы поймать его взгляд.

Александр Васильевич покачал головой.

— То есть жену муж геройствовать не пускает, а мужа — жена. И как тут быть, скажите на милость?

Мама фыркнула.

— Ну, я этих двоих понимаю. Вдоветь в первую же неделю после свадьбы — совсем не дело. Да и они, можно сказать, еще и не надышались друг другом. Другое дело, способов выманить Костика у нас больше и нет. Печально как-то. Ну, у кого еще есть предложения? Желательно, не самоубийственные. Павлицкий, что скажешь?

Никита, после того, как к нему соблаговолили обратиться, даже подавился своим кофе от неожиданности и сперва долго откашливался, а после почти обиженно спросил:

— А почему чуть что — так сразу Павлицкий? Я даже не рыжий.

Мама поглядела на мага чересчур уж задумчиво, а после изрекла:

— Могу сделать. Рыжим. Да и не только. Могу, к примеру, отправить жабой по болоту прыгать. Мы ваши эти магические схемы не признаем, дуну-плюну — и все.

Я улыбалась в свою чашку, позволяя матушке развлекаться в свое удовольствие. Ник словам ведьмы, разумеется, не обрадовался, но и до конца за правду их принимать не собирался, уже сообразив, что он теперь с моей семьей на одной стороне.

— Ну, жаба — существо важное и гордое, — фыркнул без особого благоговения Павлицкий. — Но так все же, почему вдруг мое мнение заинтересовало?

Я уже догадывалась, в чем причина того, что мама решила больше внимания уделить мнению именно Никиты, не Кирилла. Обо мне даже и говорить не стоило. Мой муж слишком прямолинеен, правдив, честен. Жил бы несколько веков назад — рыцарем бы стал наверняка, причем таким классическим, как в легенде, без страха и упрека и никак иначе. А зло — оно куда умней и изворотливей, к нему в лоб порой подбираться и опасно, и глупо.