Дневники Домового. Закрайсветовские хроники - ЧеширКо Евгений - Страница 77

- Ну что, старичок, кажись и наше время пришло, да? - закончив точить свои когти о деревянную ногу лешего, стоящего рядом, произнес Баюн.

- Может и пришло, а может и поживем еще, - грустно ответил Верлиока, - ты это...

Он хотел было что-то сказать, но тут же запнулся и прикрыл рукой свой глаз.

- Чего ты, дед? - усмехнулся кот, - соринка в глаз попала? Так это совсем даже неудивительно. По твоему глазу можно даже на маленьком кораблике плавать, а ты и не заметишь.

- Дурак ты, Баюн, - покачал головой старик.

- Да ладно тебе, дед! - снисходительно улыбнулся кот и подошел поближе к своему другу, - знаю я, что ты мне сказать хочешь. Я и сам тебе это хотел рассказать.

- Что ты там знаешь? Только и можешь, что над моим глазом смеяться.

- Да ничего я не смеюсь, - серьезно продолжил Баюн, - как можно над ним смеяться, он совсем даже не смешной у тебя. Он даже очень страшный. Вот, например, ты когда на печке спишь, я всегда уснуть не могу. Знаешь почему?

- Почему?

- Потому что слежу за тем, чтобы ты на спине спал, а набок не переворачивался.

- А это еще зачем? - удивился старик.

- Да затем, что боюсь я. Вдруг ты повернешься, а глаз твой возьмет, да и вытечет из твоей глазницы. Он же у тебя такой большой, что затопит весь наш домик и меня вместе с ним. Вот поэтому я и не люблю, когда ты печку занимаешь, а я внизу сплю. Так что никакой он не смешной, этот твой глаз.

- Ну, не дурак ли? - обратился он к окружавшим его воинам. Впрочем, все были заняты своими делами и никто не обращал внимания на их обычные перепалки, - дурак ты и есть.

- Ладно, не злись, - промурчал кот, - шучу я. Никакой он у тебя не страшный, а...

- Баюн, помолчи лучше, а? - отмахнулся Верлиока.

Кот замолчал и посмотрел в сторону навьей армии.

- Ты всегда был моим самым лучшим другом, - не поворачивая голову, вполголоса произнес он, - почти как папка. Я его, правда, не помню совсем. Мать говорила, что он от нас рано ушел. Может я поэтому и стал людоедом. Ты на меня обиды не держи, ладно? Я не со зла над тобой подшучивал. Просто у меня характер такой. Сварожич говорит, что трудный.

Старик усмехнулся горькой улыбкой и присел на землю рядом с котом. Аккуратно потрепав его по голове, он взглянул на своего друга.

- А ты для меня тоже всегда был как сын. Непутевый конечно, но все равно... Ты меня прости, что я тебя своей клюкой частенько охаживал.

- Ладно, прощаю, - смилостивился Баюн, - но не потому, что я такой добренький вдруг стал, а просто помирать с обидами всякими на душе как-то не очень приятно, - тут же поправился он.

- Ну вот и хорошо, - радостно произнес Верлиока, - это ты правильно говоришь - с обидами и жить трудно, а помирать, так вообще хуже нет.

Кот согласно кивнул и замолчал, погрузившись в свои мысли. Затем, как будто что-то вспомнив, он снова взглянул на старика.

- Верлиока!

- А?

- Только это... Если мы вдруг одолеем навьих в этой битве, то все, что я тебе сказал - не считается. Договорились?

- Ну, я ж говорю - дурак ты и есть, - махнул рукой старик и поднялся на ноги.

Время решающей битвы неумолимо приближалось. Армии уже выстроились в боевые порядки, а их предводители - Сварожич и Кощей, согласно старому обычаю, двинулись друг к другу, чтобы напоследок обмолвиться несколькими словами. Злата, решив, что одного Кощея отпускать на встречу опасно, увязалась вместе с ним. Сначала они шли молча. Затем, когда они уже отошли на расстояние, где воины его армии не могли их слышать, Кощей слегка повернул голову в ее сторону.

- Ну что, Злата, сбылась твоя мечта?

- Какая именно? - зло усмехнулась она.

- Ты прекрасно знаешь, о чем я говорю. У меня было много времени, чтобы поразмыслить над всеми событиями. Это же ты подкинула светлым ту девчонку? Ты же потом раздула из этого великую трагедию и стравила наши царства, устроив представление на Совете Нави?

- Совет Нави, Кощей, Совет Нави... - продолжая ехидно улыбаться, ответила она, - очень хорошо, что ты помнишь о нем. Ведь его решения не обсуждаются, верно?

- Я никогда не пойду против его решения, дочь Морены. Я буду биться до последней капли крови, но я хочу услышать ответ. Ты подстроила все это?

- И снова ответ кроется в вопросе. Ты говоришь, что будешь биться до последней капли крови и я нисколько не сомневаюсь в этом. Только вот не кажется тебе, что в венах Великого Князя и Предводителя Армии Нави не должна течь кровь? - Злата внимательно посмотрела на Кощея, - моя мать - Морена. А я ее дочь. И только я имею право властвовать над нашими воинами по праву своего рождения. Кощей, ты был рожден человеком и как бы я не пыталась выбить из тебя всю эту гниль, мне кажется, что ты так и останешься им навсегда.

Кощей попытался было что-то возразить, но Злата тут же перебила его.

- Внутри, Кощей, внутри. Ты можешь смотреть на меня своими черными глазами, можешь показать мне свои синие когти, можешь даже воткнуть себе в живот свой меч, но я все равно буду чувствовать твою, смердящую за три версты, человеческую душонку. Я долго готовилась к этому дню. Да, ты прав, я мечтала об этом и не спала ночами. Я хочу стать Великой Княгиней и я это сделаю чего бы мне это не стоило. Наша Армия превосходит силы светлых и количеством, и мощью. Мы втопчем их в эту землю, но и много наших воинов погибнет. А затем я просто соберу новый Совет Нави и сделаю так, что ты останешься виноватым. И в этой войне, и в гибели наших бойцов. Они сами разорвут тебя на кусочки, а я... А я, так уж и быть, прикажу собрать их в одну кучку и бросить в Смородинку с воинскими почестями.

- Ты всегда была очень добра ко мне, Злата, - покачал головой Кощей.

- И останусь такой же даже после твоей смерти, - рассмеялась она.

До места встречи оставалось несколько десятков шагов. Кощей уже мог разглядеть приближающегося Сварожича. Он шагал, гордо раскинув плечи, но его лицо было бледным. Только лишь это выдавало его волнение.

- Я рад приветствовать тебя, Кощей. И тебя, Злата, дочь Морены. Но моя радость была бы еще сильнее, если бы я не видел за нашими спинами воинов наших армий, - произнес Сварожич, слегка склонив голову, как этого требовали древние обычаи.

- И я рад тебя видеть, Сварожич, - ответил Кощей, - так случилось, что...

- Что мы сегодня будем биться, - быстро перебила его Злата, - к чему все эти разговоры? Сварожич, ты нарушил наши договоренности. И ты сделал это уже второй раз.

- О чем ты говоришь, Злата? - нахмурился предводитель светлого войска.

- Человек. Уже второй раз в ваших землях появляется человек. И ты второй раз не посчитал нужным поставить нас в известность. И если в первый раз мы простили тебе эту вольность, так как в то время нам угрожал общий враг, то во второй раз мы не намерены терпеть твои выходки. За нарушение договоров нужно отвечать.

Лицо Сварожича побагровело от наполняющей его ярости, но он тут же взял себя в руки.

- Я не знаю, какими путями сюда попала девочка, но я знаю другое. Два дня назад ее похитили. И по всем признакам, это было сделано руками твоих подданых, Кощей.

Это было ударом. Весь план, хитро выстроенный Златой и тысячи раз обдуманный, рушился на глазах. Еще немного и у Кощея могут появиться все основания для того, чтобы обвинить ее во лжи. Ведь то, что она сказала ему наедине, пока они шли на встречу, она всегда сможет назвать обычной клеветой. А пропажа человека из царства Сварожича сможет послужить причиной того, что война завершится даже не начавшись. Особенно если Сварожич предоставит доказательства того, что это было сделано руками навьих. Кощей медленно повернул голову в сторону Златы и уже открыл было рот, чтобы что-то сказать, но она, опередив его, тут же повысила голос.

- Да, Кощей. Не удивляйся. Я действительно сделала это. Мои слуги похитили девчонку и сейчас она находится в нашем плену. Ты же не хочешь, чтобы сила человека в этот раз обратилась против нас?