Дневники Домового. Закрайсветовские хроники - ЧеширКо Евгений - Страница 47

— Деревня, болото… Лес темный… Костер нужно… Веток… Болото — плохо… Сапоги есть, это хорошо… Сапоги есть, а у бабки нет… Нет сапог…

Как будто что-то резко ударило Радмира по голове. Обувь! На обуви бабки не было ни одной пылинки! Как же она через болото перешла? Он вскинул голову и открыл глаза. И вовремя. Старуха склонилась над ним и уже протягивала руки к его шее, оскалившись и что-то бормоча себе под нос. Радмир быстро согнул ногу и со всей силы пихнул старуху сапогом в грудь. Не ожидая сопротивления, та потеряла равновесие и, отлетела назад. Прямо у костра она зацепилась пяткой за корень дерева и, неловко взмахнув руками, стала заваливаться прямо в огонь. Радмир успел вскочить на ноги, когда старуха, подняв сноп искр упала в костер. От яркого света он на секунду зажмурился, но, открыв глаза, увидел, что от бабки не осталось и следа. На ее месте уже стояло нечто. Два огромных желтых глаза хищно уставились на Радмира. Длинный, в полметра язык вывалился из пасти, усеянной острыми и тонкими зубами. Короткие руки были похожи на змей. Они постоянно шевелились и извивались, протягивая длинные пальцы, заканчивающиеся крючковатыми когтями в сторону Радмира.

— Злыдень! Чтоб тебя… — парень нагнулся, чтобы поднять с земли сумку, но в тот же момент существо с места прыгнуло прямо ему на спину. Радмир не успел даже увернуться. Змееподобные руки обхватили его шею и принялись медленно сжиматься.

«Полынь» — мелькнула в его голове мысль, — «Злыдни боятся полыни».

Он уже запустил руку в сумку, пытаясь нащупать там тряпицу, с завернутыми в нее сушеными травами, но пред глазами поплыли круги. Выронив сумку на землю, он схватился за руки Злыдня, уже почти завершившего свое дело. В ушах застучало, а во рту пересохло. Уже теряя сознание, Радмир услышал до боли знакомый голос, но ему уже было все-равно. Колени подкосились и он рухнул на землю.

— Темно еще, значит можно еще поспать… А что ж так холодно? Лето, а придется печь топить, — Радмир перевернулся на другой бок и закрыл глаза. В этот же момент все события этой ночи всплыли в его памяти. Вскочив на ноги, он прижался спиной к дереву и огляделся по сторонам. Сквозь густую листву уже можно было рассмотреть медленно светлеющее небо, но здесь все еще было темно. Тлеющие угольки костра были разбросаны где попало.

— А где ж бабуля? — сам у себя спросил Радмир и выглянул из-за дерева. Вокруг царила тишина. Это был как раз тот момент, когда ночные звери и птицы уже спят, а дневные еще не проснулись.

Ощупав побаливающую шею, Радмир поднял с земли свою сумку и еще раз огляделся по сторонам.

— Странно это все… Что ж меня этот Злыдень то не добил? И травы мои так и лежат в сумке, значит не успел я их достать. Видать, передумал в последний момент. А может поиграться решил? Погонять меня по лесу? — парень почесал затылок и задумался, — очень странно, очень… В общем, тут оставаться мне совсем не с руки. Нужно или дальше идти, или домой возвращаться. А что? Скажу Кикиморе, что не нашел я ее суженого и всего делов. Хотя, с другой стороны, эта дурында, с ее характером, ко мне переедет и тогда уж точно мне жизни не даст. Нет, лучше пусть злыдень быстро задушит, чем она меня по кусочкам есть будет всю жизнь. Придется дальше идти.

С этими словами Радмир уже подходил к тропе, с которой свернул вчера вечером для ночлега. В светлеющем, с каждой минутой, лесу, просыпалась жизнь. Щебетали птицы, кто-то возился в зарослях кустарника, даже деревья защумели листвой, как-будто потягиваясь после ночного сна. Радмир шел по тропинке, обдумывая последние события.

— Чтобы Злыдень жертву свою в живых оставил? Не бывало еще такого. Значит, вспугнул его кто-то. Ну, ладно, цел, да невредим остался и это хорошо.

С одной стороны, его радовал такой благоприятный исход этой, весьма опасной, ситуации, а с другой — не давало покоя ощущение того, что за ним постоянно кто-то наблюдает. Чей-то внимательный взгляд на себе он ощущал каждую секунду. Радмир то и дело останавливался и, будто бы поправляя сапог, исподтишка оглядывался назад. Лишь один раз он краем глаза заметил, что в чаще мелькнуло что-то белое, но тут же исчезло за деревом. Немного постояв на месте, парень решил двинуться дальше.

Через пару часов Радмир заметил, что лес стал становиться реже и ниже, а еще через несколько минут, провалившись по щиколотку в вонючую жижу, он понял, что злыдень хоть и редкостная тварь, но на счет болота он не обманул.

— Вот тебе и здрасте, — вздохнул парень и пощупал перед собой землю. Она пружинила, а при нажатии выдавливала из себя воду, — ну вот и всё. Дураком нужно быть, чтобы сюда сунуться. Видать, придется возвращаться. Кто ж знает, где у этого болота начало, а где конец.

С этими словами Радмир развернулся и, от неожиданности отпрыгнул на несколько шагов назад. Еле удержавшись на ногах, он уставился на нежданного гостя. Высокий худощавый человек стоял неподвижно. Лицо было скрыто капюшоном, а в вытянутой вперед руке, он держал горящий факел. Немного оправившись от неожиданного появления, Радмир решил начать беседу первым.

— Эй, дружище, ты чего тут забыл?

— Провести тебя через болото? Я знаю где можно пройти, — игнорируя вопрос, спокойным голосом ответил гость.

— Ага, знаю я ваши штучки, — усмехнулся Радмир, — одна бабка тут хотела у огонька посидеть, еле живым остался, а ты говоришь — через болото…

— Я знаю путь, пойдем, покажу.

Радмир сделал шаг навстречу и немного опустив голову, попытался вглядеться в лицо странного человека. Но широкий капюшон полностью закрывал его от посторонних глаз.

— Ты бы потушил свою палку, а то ненароком лес подпалишь.

— А тебе то дело какое? — обиженно хмыкнул худощавый, — как мне сказали, так и хожу.

— Кто сказал?

— Батюшка мой. Сказал — как ночь опустится, ходи по берегу с огнем, да людям заблудившимся предлагай помощь в преодолении болота. А как до середины доведешь, так и топи их. Ой! — осознав, что он сболтнул что-то лишнее, гость в сердцах бросил на землю факел, — теперь ты точно со мной не пойдешь, а отец меня опять пошлет лягушек собирать.

— Батюшка, говоришь? Так ты Болотников сын что ли?

— Ну, а чей же еще? Видать, самый непутевый, — молодой Болотник сел на землю и, в отчаянии обхватил голову руками. Только сейчас Радмир заметил перепонки между длинных пальцев.

— А сейчас то где отец твой?

— Спит наверное, где ж ему быть то еще? Он сам уже давно на охоту не ходит, нас посылает.

— А сколько ж братьев у тебя, а? — опасливо оглядываясь по сторонам, спросил Радмир.

— Двенадцать нас. Я тринадцатый. Наверное, поэтому и неудачливый такой. Еще ни одного человека не получилось утопить. Вот недавно совсем сидел вот тут, недалеко. Смотрю — идет кто-то. Да не один, а много. Ну, думаю, вот она — удача моя пришла. Подкрался сзади, ну, как к тебе сегодня, и говорю: «Провести через болото, а?». А они на меня как на дурня какого-то посмотрели и отвечают: «А ну, пошел отсюда, убогий!». И сами пошли.

— И что, прошли?

— Прошли, а что с ними будет? Я потом уже присмотрелся, а то и не люди вовсе.

— А кто ж?

— Да не знаю я, первый раз таких видел. С бородами до колен, невысокие такие…

— Домовые? — встрепенулся Радмир.

— Я откуда знаю? Может и Домовые. Я кроме болота этого проклятого ничего и не видел в жизни своей.

— А сколько их было то?

Болотник замолчал и поднял голову. Было видно, что он пытается что-то быстро сообразить.

— А ты их ищешь, что ли?

— Да нет, так… Просто интересно, — поняв ход мыслей Болотника, ответил Радмир.

— А что тогда ты тут делаешь, а? — не унимался местный житель.

— Так это… Домой иду, в деревню свою.

— А откуда?

— От блуда.

— Чего?

— Того. Ты это… Шел бы домой. Не видишь что ли, что день уже настал. Ты тут, и правда, как убогий со своим огнивом смотришься.