Женька и миллион забот (СИ) - Ворошилова Лариса Александровна - Страница 94

— А ты в мои мысли не суйся! Что это еще за безобразие такое? Как тебе не совестно!

— Да вот еще! А то я твои мысли не знаю! — сразу же ощерился мелкий, заводясь с полоборота. — У тебя же твой комплекс неполноценности на лице написан! Ты на свою физиономию посмотри в зеркало! От твоей физии водка скиснет!

— Это от моей физии водка скиснет?! — Женька подскочила, засучивая рукава кофточки, готовая схватить первую попавшуюся сковородку и броситься в бой. — Да я тебя сейчас…

— А ну-ка прекратили! Немедленно! — осадил сладкую парочку Дима строгим командным голосом.

Женька замерла, удивленно уставившись на своего нового знакомого.

— А чего это ты тут раскомандовался?

— Да! — тут же ополчился Кирюшка, радостно переводя стрелки. — Подумаешь, писака нашелся!

— Знакомы всего два дня, а ты уже кричишь на меня? Это как называется?

— Именно, я свою подопечную в обиду никому не дам! — звонко орал Кирюшка, наступая на Диму.

Писатель сидел, совершенно ошарашенный, держа на коленях толстый Женькин альбом с рисунками. Слов не хватало. Он, точно рыба, беззвучно открывал и закрывал рот.

Одним словом, все возвращалось на круги своя.

Прооравшись и успокоившись, Женька с ангелом переглянулись и расхохотались. Дима почесал затылок.

— Значит, так, — начал ангел на полном серьезе, — вот уволишься, сразу бери манатки и перебирайся сюда.

— !!!

— И не фиг рот разевать! Стёпочку забыла? Он, между прочим, свататься приходил.

— ??? — это уже Дима оказался в полном недоумении.

— А родители у него настырные, — как ни в чем не бывало продолжал ангел, не обращая внимания на опешившего писателя, — если в ближайшем будущем не уберешься с той квартиры, они тебе жить спокойно не дадут. Это - во-первых, во-вторых, — ангел гнал, как по написанному. — Диме помощь требуется. Ты сейчас все равно в отпуске числишься, еще месяц впереди, а ему роман заканчивать. Вот и обеспечила бы ему так сказать приемлемые бытовые условия. В-третьих…

— Ничего себе! А меня кто-нибудь спросил? — поинтересовался писатель.

— А ты что, против? — тут же окрысился вредный Кирюшка.

— Я? Ну, вообще-то, нет.

— А чего тогда волну гонишь?

— А что я маме скажу? — тут же пошла на попятный Женька.

— Не боись, разрулим, — Кирюшка самодовольно ухмыльнулся. — Главное, не дрейфь.

Женька и не дрейфила. А зря, если бы она знала, что случится с ней в ближайшие две недели, то у нее бы, наверное, волосы дыбом встали. Но в ту минуту художница представления не имела (впрочем, как и Кирюшка), что чистая случайность поломает все их планы.

Но это уже, как сказали классики, совсем другая история.

Ага! Вот теперь так уж точно послесловие!

Двое подручных Конявина шли по лесу, матерясь беспрестанно. Почему-то было холодно, голые ветки деревьев едва набухли светло-зелеными почками, из-под жухлой прошлогодней травы пробивались молодые побеги, здесь явно была ранняя весна. Бензина в баке оказалось совсем мало, сколько смогли, столько проехали. Потом стали выбираться пешком, и вот тут-то возникла проблема: в каком направлении ковылять?

Два городских жителя, привыкших ориентироваться исключительно по карте и надписям на домах (если таковые имеются, конечно), они совершенно ничего не понимали в том, как ориентироваться в лесу, куда идти и что делать.

А спасателей не предвиделось. Мобильник не работал, никаких городских и промышленных звуков не доносилось ни с какой стороны, и воздух, главное — воздух был безумно свежим и пьяняще чистым, от него кружилась голова. Пахло только опавшей листвой, мокрой корой и еще чем-то неуловимым.

— Все, больше не могу! — Волдырь остановился и уставился на своего напарника, который тоже едва тащился. — Уже четыре часа идем, а куда идем-то? — он смачно сплюнул на прошлогоднюю поганку, торчавшую прямо из-под прелых листьев. — Город в каком направлении? Как мы здесь оказались? И почему мобила не работает?

— А хрен её знает, — напарник стоял, озираясь по сторонам и держа наготове пистолет. Не нравился ему этот лес. Не нравилась погода: хмурая, слякотная, всё не нравилось. У него не проходило ощущение, будто его затылок кто-то взглядом сверлит.

Если бы им взбрело в голову опустить взгляд на поганку, то они бы к своему удивлению увидели, как она встряхнулась и стала медленно переползать подальше от двух некультурных субъектов, которые в приличном лесу себя вести не умеют.

Они еще знать не знали и ведать не ведали, что теперь-то вот они реально влипли!