Женька и миллион забот (СИ) - Ворошилова Лариса Александровна - Страница 92

— Это откуда? — он стал перебирать купюры сальными пальцами. Даже протрезвел слегка.

— О, да тут еще один кейс стоит! — Буравчик выудил из-под стола близнеца-братца. Этот был доверху забит небольшими мешочками с белым порошком. И тут Конявин узнал этот чемоданчик, ему подурнело. Он побледнел, тошнота подступила к горлу.

— Выкинь! Выкинь! — заорал он, подскакивая со стула, но не успел.

— Говорит майор Пронин! Дом окружен! Сопротивление бесполезно! Выходить по одному с поднятыми руками! При малейшем сопротивлении будет открыт огонь на поражение!

Конявин рухнул на стул, чувствуя, как внутри всё обрывается.

Не стану врать, встреча Демидова младшего с отцом прошла в спокойных тонах. Константин лишь укоризненно взглянул на старого профессора, и тот тяжело вздохнул: виноват, осознал, больше не повторится. Слов не понадобилось. Миша тоже вел себя по-мужски спокойно, от счастья не прыгал, к маме на шею не вешался, а лишь поинтересовался: все ли с ней в порядке, не пострадала ли. А вот встреча Геннаядия Хлопкова с Ниночкой едва не кончилась контузией обеих сторон:

— Ниночка!

— Геночка!

Оба с такой прытью кинулись навстречу друг другу, что столкнулись посреди комнаты, едва не снеся на своем пути зазевавшегося спецназовца. Они обнимались и целовались, шептали на ушки какие-то ласковые словечки, всем аж стало завидно: случается же такая любовь! Теперь только Женька поняла — чтобы ни случилось, эти двое будут вместе. От сердца отлегло.

Константин сразу озадачился тем, как бы наказать ретивого Конявина, но когда ему доложили о том, что операция завершена, его и Буравчика взяли с поличным при передаче большой партии героина (!) — интересно, из каких запасов Кирюшка выудил его? — Демидов младший только хмыкнул и почесал нос. А потом на радостях велел везти всех в свой дом: отпраздновать победу. Дураков не нашлось, никто не возражал. Но самые главные два сюрприза ждали их по приезде.

Гнать не стали, и потому дорога заняла вдвое больше времени. Вечерело, когда добрались до дома. Охрана ждала картеж за воротами, бдительно следя за окрестностями. И каково же было удивление Костика, когда он, выйдя из машины, узрел здоровенного остолопа, который, стоя на коленях посреди двора, зажимал подмышками две собачьи головы: Пачо-террориста и Тунгуса. Оба пса млели вместе с верзилой, а он им что-то шептал на уши, явно балдея от «собачек». Рядом стоял бдительный Петрович, растерянный и одновременно довольный.

— Петрович? — Анна Михайловна так и застыла, даже не успев выбраться из джипа.

— Анютка!

Женька только крякнула озадаченно. Еще бы! В жизни ситуации случаются круче и закрученнее (уж простите за игру слов), чем в любой мыльной опере. Но кайф обломила Екатерина. Она вышла на крыльцо и похлопала в ладоши, привлекая всеобщее внимание:

— Все мыть руки и за стол! Уже накрыто! Быстро! Быстро!

Дважды никого упрашивать не пришлось. Быстро расселись, быстро приступили к ужину.

— Миша, тебе что положить: грудку куриную или фаршированный блинчик с икрой?

— Салат.

— А Зинаида Викторовна в него как вцепилась, как давай его… — увлеченно рассказывал профессор, одной рукой размахивая вилкой, а второй держа руку своей «спасительницы». Слегка помятая спасительница с начинающим буреть синяком на скуле и пластырем на виске, тихо рдела и сконфуженно молчала.

— Геночка! Я так волновалась! А еще этот Эдик! Он сказал…

— Но мэра тоже надо наказать, — тихо говорил Виктор Львович, холодея взглядом. — Не того полета Буравчик, чтобы затевать подобные игры. Он собирался убрать вашего отца, Веронику и сына, чтобы вы потом войну развязали. Подставил бы кого-нибудь. И тогда бы вам точно было бы уже не до выборов. Только я не понимаю, откуда такие слухи.

Савелка с Кирюшкой в соседней комнате тихо переглянулись. Савелий спрятал взгляд и поковырял ножкой столешницу, на которой сидел.

— А мне что говорил: «Кодекс Порядка» чтить надо?

— Надо, — тут же откликнулся Савелий. — Я и теперь скажу: надо… да только не всегда. Ты это, давай, открывай, я тоже хочу нюхнуть…

Кирюшка выудил из пустоты мешочек, встряхнул его в лапе и развязал тесемочку…

На лестнице появилась Людмила-Виалетта. Шла она с трудом, опираясь о стенку. Нога нестерпимо болела. Она слышала, что приехали гости, а вот про нее все забыли. Она несколько раз звонила, вызывая горничную, но ей так никто и не ответил. И вот, превозмогая боль, и чувствуя себя великомученицей, навроде первых христианских святых, она заставила себя встать с постели и выйти в столовую, откуда доносились оживленные голоса.

— Что здесь происходит? — раздраженно и довольно громко поинтересовалась она, с трудом делая несколько шагов вниз по ступенькам. Гости как по команде замолчали, обратив взгляды к инвалидке в домашнем халате.

— Я спрашиваю, что здесь происходит! — Людмила заводилась всё больше с каждой секундой. Она уже и забыла, что ещё несколько часов назад намеревалась драпать без оглядки из этого дома.

— Да вот, ко мне в гости сын с женой приехали, — в наступившей тишине с легкой иронией сообщил Костик Штука.

— К-какой женой? — заикаясь, выдавила Людмила, бледнея на глазах.

— Мы с ней когда-то расстались, а теперь вот я намерен ей вновь предложение сделать.

— Ой, какая прелесть! — добила несчастную бывшую любовницу Ниночка, от счастья подскакивая на стуле, точно на раскаленных углях. — Еще одна свадьба! Ура! Ура! — и она захлопала в ладоши.

— Костя, а ты не торопишься? — нервно вставила Вероника.

— Голубушка, — профессор так и лучился счастьем, — да он же вас любит!

— А как же я? Я…

Дом мелко завибрировал, потом снизу что-то гулко ухнуло, окна задрожали и зазвенели, стены повело со звучным скрежетом, посуда на столе запрыгала, как сумасшедшая. Лестницу тряхнуло, ступенька предательски выскользнула из-под ног, Людмила второй раз за день с диким воплем покатилась вниз.

— Кто дал Кирюшке мяту?!!

Дима сорвался с места ловить пьяного паршивца, пока дом не разнес.

Послесловие… нет, пожалуй, еще пока глава.

Женька сидела в обшарпанной кухне в квартире Димы, задумчиво подперев голову руками. Ее отрешенный взгляд был устремлен в облезлый потолок, а перед глазами так и мелькали заманчивые картинки прекрасного будущего. Кирюшка сидел на столешнице, привычно раскинув пушистые лапы, и одно за другим поедал пирожные, которые Дима только час назад купил в соседнем магазине. Пирожные — сладкие, ароматные — еще почти теплые…

— Во! Придумала! Давай будем служить спасателями!

Кирюшка выпучил черные глаза-пуговицы, да так и замер с набитым ртом. Ну, чисто хомяк-переросток!

— Представляешь, мы же с тобой вдвоем таких дел наворочаем! Ты можешь проникнуть куда угодно! Тебе же это — раз плюнуть!

Кирюшка разом сглотнул остаток пирожного и скорчил такую физиономию, что и слов не надо. И без них становилось ясно, что конкретно данный ангел думает по поводу ее предложения.

— Ты только подумай сколько людей, кошек, собак…

— Козлов! — с мрачным сарказмом вставил ангел.

— …козлов спасти можно… каких козлов? — опомнилась Женька. — Да перестань ты! Ну вот смотри, допустим, пропал человек. Ты быстренько заглянул в астрал, выяснил, где он находится — и вся недолга! Посылаешь спасателей в данном направлении…

— Ага. Далеко и без компаса.

— Да перестань же ты шутить! Я ведь серьезно говорю!

Кирюшка энергично замотал пушистой головенкой.

— Не. Не пойдет. Нельзя.

— Да почему?

— Да по кочану! — отпарировал ангел. — Не собираюсь я вмешиваться в глобальные дела. Я кто? АИД? Вот и должен свои обязанности исполнять. Мне тебя поручили. Понимаешь? Тебя! — Кирюшка для убедительности потыкал пальцем в ее сторону.

Женька машинально почесала затылок. Задумалась. Она мало знала о том, по каким законам вынужден жить ангел и какое у него начальство… ну, если высших эгрегоров вообще можно назвать начальством. Но знала она одно — за дисциплиной в Верховной Канцелярии следят — дай Бог каждому.