Пленник императора (ЛП) - "Li Hua Yan Yu" - Страница 50

Ваньянь Сюй взмахнул рукой:

— Можешь идти. Мы будем ожидать от тебя известий.

Генерал с поклонами удалился. Казалось, последние силы разом покинули императора, и он тяжело откинулся на спинку кресла, потирая пальцами переносицу между бровями. Вдруг из-за дверей послышался взволнованный крик:

— Отец-император!

Ваньянь Сюй поспешил выпрямиться, и тут же в комнату бегом ворвался маленький наследник Ваньянь Шу и в два шага вместо положенных трех преодолел расстояние до императорского кресла.

— Шу-эр…

Ваньянь Сюй не закончил фразу, мальчик прервал его на полуслове:

— Отец-император, я пошел к матушке-императрице, но в его покоях никого не было. Служанки и евнухи в один голос твердят, что он сбежал. Это правда, отец-император? Это правда?

Лицо наследника раскраснелось, в глазах стояли слезы, которые он сдерживал через силу. Ваньянь Сюй смотрел на сына, и сердце его всё сильнее сжималось от горя. «Су Су, о Су Су! — думал император. — Сколько же у тебя талантов! Ты с такой легкостью покорил и отца, и сына, а теперь исчез, словно по взмаху рукава, не печалясь и не заботясь о тех, кому стал близок и дорог». Он слышал, как голос Ваньянь Шу срывается от волнения:

— Отец-император, я не верю! Я не могу поверить, что матушка-императрица бежал! Он же сам сказал, что через три дня собирается устроить мне экзамен, хочет проверить, как я преуспел в науках. А ведь он такой человек — слов на ветер не бросает!

Наследник замолчал, не в силах больше сдерживать слезы, которые катились по щекам и с отчетливым звуком — кап-кап! — падали на гладкие темные плиты пола.

Цзы Янь не переставала удивляться. Она прекрасно знала, что маленький наследник всегда вёл себя дерзко и смотрел на других свысока. Когда он только успел так сильно привязаться к Су И? Девушка поспешно сказала:

— Ваше Императорское Высочество, это истинная правда. Су И действительно покинул дворец, и государь уже отдал приказ генералу Юю отправиться в погоню. Я уверена, в самое ближайшее время беглец будет схвачен. Сердце его целиком принадлежит павшей династии. Он упрям и ненавидит перемены, а потому стал последним оплотом погибшей империи. Такой человек не стоит и слезинки Вашего Высочества.

Ваньянь Шу в ярости уставился на Цзы Янь и закричал что было сил:

— Я не верю! Я не верю, что моя матушка-императрица такой человек! — Затем он повернулся к Ваньянь Сюю: — Отец-император, как вы могли приказать Юй Цану схватить матушку-императрицу? Он же ненавидит Су И до глубины души и не упустит случая навредить ему!

Удивление Цзы Янь перешло все границы. Она разинув рот воззрилась на маленького наследника, но тут Ваньянь Сюй с неожиданной теплотой ответил сыну:

— Этого не будет. Твой отец-император строго-настрого приказал генералу Юю, чтобы он и пальцем не тронул императрицу. Генерал не посмеет нарушить приказ. А сейчас тебе лучше вернуться в свои покои и засесть за уроки. Возможно, Су Су подставили, тогда он скоро вернется к нам и устроит тебе экзамен. Что, если ты не справишься с заданием? — Император повернулся к Цзы Нун и велел: — Уведи наследника и заодно скажи тем евнухам и служанкам, чтобы не мололи языками почем зря, а не то пожалеют.

Липкий страх всё глубже вползал в сердце Цзы Янь. Ей и в кошмарном сне не могло присниться, что Ваньянь Сюй даже в подобных обстоятельствах будет по-прежнему доверять Су И. Мысленно она вознесла хвалу Небесам за то, что Юй Цан всё тщательно продумал и подготовил — а иначе не только все их усилия пропали бы зря, но и сами они навлекли бы на свои головы смертельную опасность.

Тем временем Цзы Нун взяла за руку Ваньянь Шу, чтобы увести в его покои. Но, как только они подошли к дверям, наследник неожиданно вырвался и решительно заявил:

— Нет уж! Я намерен вместе с Юй Цаном отправиться на поиски матушки-императрицы! — Он приказал своему ровеснику и личному телохранителю Сяо Яню: — Янь Янь, идем со мной! Скорее догоним генерала Юя и отыщем матушку-императрицу! Пф! Пусть только попробует на моих глазах выкинуть какой-нибудь трюк, этот Юй Цан, я ему устрою!

Мальчишка не стал дожидаться, пока отец его остановит, и поспешил исчезнуть. Цзы Янь побледнела от страха и изменилась в лице.

— Ваше Величество, — обратилась она к Ваньянь Сюю, — наследник престола еще слишком мал и неопытен. Вдруг с ним что-нибудь случится? К тому же этот Су И может заманить его в ловушку, чтобы использовать как заложника. Последствия страшно себе представить! Ваша покорная служанка отправится вслед за наследником и вернет его во дворец.

Но Ваньянь Сюй только рукой махнул:

— Не нужно. Пусть идет. Учиться лучше всего на личном опыте. Даже если… даже если Су Су и вправду сбежал, чтобы поднять мятеж, пусть… пусть Шу-эр увидит всё собственными глазами и убедится сам.

Император замолчал, из груди его вырвался горький вздох. Цзы Янь пришлось стоять на месте и изводиться тревогой и страхом — ослушаться своего господина и отправиться вслед за Ваньянь Шу девушка не посмела.

========== 53-55 ==========

53

Полный радужных надежд, Юй Цан двинулся в путь, чтобы воплотить в жизнь свой хитрый замысел. Но не успел он далеко отъехать от императорского дворца, как за спиной раздался стук копыт. Оглянувшись, генерал Юй увидел, что его нагоняет юный наследник Ваньянь Шу с личным телохранителем. Удивленный до глубины души, Юй Цан мгновенно спешился и преклонил колени.

— Персона Его Императорского Высочества поистине бесценна! Что заставило вас покинуть дворец?

Ваньянь Шу громко фыркнул.

— Я беспокоюсь за матушку-императрицу. Решил отправиться ловить заговорщиков вместе с вами. Скорее поднимитесь, генерал Юй, мы должны срочно найти императрицу Су И!

«Если ты за мной увяжешься, — с досадой подумал Юй Цан, — будешь только палки в колеса вставлять». Вслух он поспешно возразил:

— Ваше Императорское Высочество, это невозможно! Помните о вашем статусе наследника, не следует так опрометчиво подвергать себя опасности. Если этот мятежник…

Ваньянь Шу не выдержал и резко оборвал его:

— Хватит ерунду городить! Мой отец-император пока еще не лишал императрицу титула. Как вы посмели назвать Су И мятежником? Это тяжкое преступление — «оскорбление величества» называется. Готовы ответить по закону? Сегодня пойдете мне навстречу — я всё забуду. А иначе официально доложу отцу-императору, и красок не пожалею. Вы же знаете, у меня с благоразумием дружбы нет.

Закончив говорить, наследник Шу тронул поводья и проехал мимо Юй Цана.

Конечно же, генерал Юй отлично знал, каким несносным может быть этот маленький бесенок, и больше не пытался чинить ему препятствия. Оставалось лишь подняться, безропотно проглотив горькую пилюлю, и в компании наследника пуститься «на поиски мятежников». Юй Цан молча злился и в бессильной ярости скрипел зубами: казалось, хитроумные расчеты вот-вот пойдут прахом из-за такого пустяка. И всё же он надеялся, что сумеет осуществить задуманное, и тогда Ваньянь Сюй сам отдаст приказ о казни Су И.

Что же касается Су И, то он даже не представлял, сколько времени прошло с тех пор, как в глазах помутилось и он впал в беспамятство, вдохнув дурманящий аромат. Наконец он начал приходить в себя и слабо пошевелился. Он увидел, что находится в просторном зале, а вокруг стоят несколько мужчин, одетых кто во что горазд, и пристально его рассматривают. Когда эти люди заметили, что он очнулся, в их взглядах проскользнула глумливая насмешка.

— Государыня-императрица, — полным затаенной угрозы голосом сказал один из мужчин, — ваш покорный слуга получил приказ от генерала Юя пригласить вас поучаствовать вместе с нами в представлении. Генерал Юй сказал, что ради спасения своих соотечественников вы, конечно же, не откажетесь сотрудничать с нами.

Су И обреченно вздохнул, поняв, что Цзы Янь и Юй Цан наконец перешли к решительным действиям. Неужели такова воля Небес? Когда генерал Су стал императрицей Цзинь Ляо, ученые мужи бывшей Великой Ци заклеймили его изменником родины. Теперь же его заманили в ловушку, и он будет вынужден подтвердить свое участие в заговоре против Ваньянь Сюя. Отныне и простой народ империи Ци, который поддерживает нового правителя, станет проклинать имя Су И. Неужели с тех пор, как он оказался в плену, удел его — быть вечным позорищем и посмешищем всея Поднебесной?