Графиня поневоле (СИ) - Веселова Янина "Янина" - Страница 72

— Встаньте, Аола, — напряжение разом ушло из голоса ее величества, словно имя, произнесенное королем, прогнало все сомнения, терзавшие ее с того момента, как Матильда увидела мужа, идущего под руку с юной красавицей. — И расскажите мне как вам удалось пережить прогулку по огороду.

— Что вы, ваше величество, мне было очень интересно. Я даже хотела попросить супругов устроить для меня нечно подобное в Морено касле.

— Боги мои, — смех королевы подхватила свита, — сочувствую вашим мужьям, маркиза, если вы настолько же увлечены садом как и его величество, — она с интересом посмотрела в сторону Грегори и Кастерса. — Рада видеть вас всех при дворе. Маркиз, проводите меня к столу, — лилейная рука ее величества была почтительно подхвачена рыжим, благоговейно поцелована.

Грег ограничился поклоном. Его общества привычно сторонились. Аура некроманта неизменно действовала на всех угнетающе. Он послал ободряющую улыбку Аоле, которую уводил король, но маленькая упрямица что-то тихо прошептала склонившемуся к ней Радвалфу, после чего ухватила его под локоть и направилась на завтрак в сопровождении сразу двух мужчин.

Для королевской четы и семейства Кавиньи-Морено был сервирован отдельный, стоящий на небольшом возвышении стол. Их величества, не ощущали никакого дискомфорта от общества некроманта, что объяснялось особой магией, присущей августейшим персонам. Король указал Иришке на место слева от себя и внимательно проследил за тем, как Кастерс помогает устроиться ее величеству. Усевшись во главе стола, Радвалф подал знак к началу завтрака.

К счастью для уставшей Иришки разговор за завтраком не касался пикировки рассады и формирования кроны высокорослых яблонь, а потому не требовал ее активного участия. Так что пока венценосные особы обсуждали вопросы развития различных отраслей магии, внешнюю политику и последние сплетни. Она вдумчиво поглощала пищу, накладывая себе на тарелку лишь то, что ели их величества, да смотрела вниз, туда где расположились придворные.

Множество взглядов то и дело обращались к юной маркизе, а некоторые дамы и вовсе не сводили с нее глаз. «Похоже это бывшие подружки моего рыжего охламона», — сообразила Иришка. «А не подсчитать ли мне их ради интереса?» — Аола задумчиво прожевала кусочек копченой рыбки и с подозрением глянула на Матильду, которая, перехватив ее взгляд, подмигнула лукаво. «Оппа! Так это мне кажется или королева на сносях? И не спросишь ведь, а любопытство гложет!» — еще один кусочек рыбки перекочевал на тарелку Иришки. «Вкусненько! Интересно, а что это за блондиночка с меня глаз не сводит?» — Иришка сочла, что спрашивать о настырной даме Каса прямо сейчас не лучшая идея.

Между тем его величество допил свой кофе и встал, подавая подданным знак, что время приема пищи истекло. Теперь все внимание Радвалфа было посвящено королеве. «Похоже, что я угадала», — улыбалась сытая и довольная маркиза, идя следом за королевской четой к зеленому лабиринту, который был любимой забавой Матильды.

— Будете участвовать в соревновании, господа? — взгляд ее величества оснановился на Грегори и Кастерсе.

— Простите мое невежество, но боюсь, что не понимаю, о чем идет речь, — тень тревоги мелькнула в черных глазах некроманта.

— Неужели ри Кавиньи не рассказывал о своих победах? — вступила в беседу одна из фрейлин.

Иришке не понравилась излишне бойкая тетка, которая фамильярно ухватила рыжего под локоток. «Ах ты ж, дрянь, убери свои ручонки от моего Касеньки! Если не прекратишь к нему грудью прижиматься, я тебе все волосенки повыдергаю!» — мысленно пообещала задрыге маркиза, однако вслух произнесла совсем другое.

— Возможно вы, леди, хотите стать биографом моего супруга? Прославить его славные победы в памяти потомков?

— Боюсь, что не все победы стоит воспевать, — непредставленная тетка скривилась от того, что ри Кавиньи как-то ловко освободился от хватки ее пальчиков. — Зато я могу рассказать о соревновании в лабиринте. Хотите? — теперь она не сводила глаз с Грегори.

— Тебе это интересно, дорогая, — он склонился к жене, игнорируя недовольно скривившуюся фрейлину.

— Если это интересно ее величеству, значит и мне тоже, — согласилась голову Аола.

— А правил особых и нет, — королева устроилась на принесенном креслице. — Кто первый доберется до центра лабиринта, тот и победил. Секрет лишь в том, что каждый день магия меняет расположения дорожек, проходов и тупиков, а так же устанавливает новые ловушки для соискателей.

— Ловушки? — встревожилась Иришка.

— Всякая ерунда, вроде холодной воды, или магических силков, — отмахнулась ее величество. — Так что, господа, порадуете свою королеву?

Глава семьдесят седьмая, в которой героиня наблюдает за королевскими забавами и забавляется сама

На маленький столик, который юный паж установил рядом с креслом своей владычицы, была водружена небольшая лаковая шкатулка. Когда Матильда открыла ее, стало видно, что внутри находится небольшая пирамидка из оникса, полированные грани которой были испещрены золотыми рунами. Ее величество коснулась вершины темного обелиска, и прямо над столом сформировалась сфера, размером с приличный надувной мяч. Сразу стало понятно, что это своего рода магический проектор, демонстрирующий всем присутствующим то, что в данный момент происходит в лабиринте.

Иришка без труда отыскала фигуры Грегори и Кастерса, уверенно продвигающиеся внутрь лабиринта. Вот прямо перед ними из зеленой стены выплыл призрак, заставивший мужчин замереть на месте.

— О, — азартно потерла руки Матильда, — вашим супругам, Аола, не повезло встретить вопрошающую, если они сейчас дадут неверный ответ, то будут вынуждены оставаться на месте ближайшие десять минут и потеряют лидерство!

«Дурдом на даче!» — только и подумала Иришка в ответ на это. «Делать им тут всем нечего», — однако вслух сказала совсем другое.

— Это какой-то дух, ваше величество? А что за вопросы он задает?

— Да, это привидение магианны, погибшей на этом месте много лет назад. Говорят она была красавица и гордячка, которая разбила не одно сердце. И вот однажды один из отвергнутых поклонников убил ее ударом кинжала, приревновав к более удачливому сопернику. С тех пор дух Груэллы ди Вакор иногда является на месте своей гибели и спрашивает живых о том, как ей возродиться. Ответа понятно никто не знает, и в наказание леди насылает чары замедления. На большее ее сил не достает.

— Ах, — возглас одной из фрейлин прервал рассказ Матильды.

— Матерь Пресветлая, — королева привстала, глядя, как привидение заламывая руки, плывет следом за Грегори и Кастерсом. — Как жаль, что нет звука! Нам остается только гадать о том, что же ответили граф и маркиз на вопрос Груэллы.

«Небось пообещали упокоить, и всех делов», — подумала Иришка. «Или в ту кошку, которую тетушка чуть букетом не пришибла вселить пообещали», — она улыбаясь смотрела как призрачная магианна вьется вокруг, отмахивающихся от нее как от мухи мужчин.

— Неужели вы совсем не переживаете за мужей? — послышался голос давешней дамы, которая с укором смотрела на Иришку. Та в свою очередь перевела взгляд на назойливую фрейлину, задержавшись на ее брачных татуировках.

— А ваши супруги участвуют в соревновании, леди…

— Анна рю Солей, рю Бразо, — придворная поджала губы. — Да, мои супруги тоже в лабиринте.

— Почему же вас тогда интересуют мои мужья? — Иришка поняла, что атака придворных гадюк началась.

Леди Анна оказалась женщиной разумной. Она бросила на Иришку задумчивый взгляд и отступила, объяснив свой уход необходимостью принести сок для ее величества. Ее место тут же заняла знойная синеглазая брюнетка, чьи пышные формы буквально рвались на свободу из тисков корсета, а платье цвета фуксии заставляло зажмуриться.

— Маркиза, вам должно быть неуютно при дворе. Весь этот блеск… — турмалины на шее брюнетки горели огнем. — Вы ведь выросли какой-то богадельне?