Вдруг, как в сказке (СИ) - Дема Александра Александровна - Страница 54

— Шан, не стоит, — попыталась возразить я. — Я же буду не одна, да и в парке сейчас куча народу.

— Знаю родная, но мне будет спокойнее, если рядом с тобой будет находиться тот, кто сможет быстро послать весточки мне и Орану, в случае чего, — упрямо продолжил он гнуть свою линию.

— Ладно, — вздохнула я. — Но это только потому, что у тебя сегодня день рождения.

Мой ответ вызвал весёлый смех у окружающих и нежную улыбку у любимого мужчины.

— Но не думай, что я забыл о твоём обещанном втором подарке, — серьёзно напомнил он мне и, дождавшись моего кивка, наконец, отпустил.

— У вас очень заботливый супруг, Айрин, — сказал Листаш. — И видно, как вы любите друг друга.

— Спасибо, мне очень приятны ваши слова, — ответила я, устраиваясь на удобную лавочку в центре замкового парка.

— И я хотел бы извиниться за своё поведение этим вечером. Знаю, что неприлично так глазеть на замужнюю женщину, к тому же носящую дитя, но я не могу ничего с собой поделать. Это сильнее меня. А ещё песня… Я постоянно слышу чью-то песню. И особенно громкой она становится, когда я нахожусь поблизости от вас.

— Но… я не понимаю. Какая ещё песня? — нахмурилась я.

— Если бы я не убедился в том, что вы и Шан являетесь половинами одного целого, то смог бы с уверенностью сказать, что слышу «песню двух сердец». Так в нашем народе называют редкое явление истинной пары, — улыбнулся Листаш, а я побледнела. — О, прошу, не пугайтесь так, — тут же испуганно воскликнул он. — Я ни в коей мере не намекаю, что вы — моя пара. Просто пытаюсь разобраться во всём и… простите, наверное, мне не следует этого говорить, но я чувствую, что вы должны знать. Мне кажется, это только предположение, но другого объяснение всем этим странностям я просто не могу найти…

— Да говорите же уже! — не выдержала я его душевных метаний, судорожно сцепив пальцы.

— Я… мне кажется, что эту песню поёт для меня ваша дочь… — очень тихо и, глядя прямо мне в глаза, сказал Листаш, чем поверг меня в самый натуральный шок.

Но больше всего меня вывел из равновесия радостный отклик моего ребёнка, который словно подтверждал слова этого парня.

— Ох!.. — вырвалось у меня, когда эмоции девочки просто зашкалили. Но я всё же сумела совладать с собой и задать вполне логичный в таком случае вопрос: — Но она ещё даже не родилась!

— Знаю, — тяжело вздохнул он. — И поверье, я смущён и обескуражен не меньше вас. Однако с того самого раза, когда я был у вас дома и услышал эту песню, она стала для меня навязчивой идеей. Я слышу её повсюду: в плеске воды в ручье, в шелесте листвы, в шёпоте ветра…

— Я… простите, но у меня нет слов, — выдохнула я. — Я правда не знаю, как реагировать на ваше признание. Это… это просто ненормально. И вы… вы что, теперь всегда будете рядом? Наблюдать, как она растёт, взрослеет… А потом… — я судорожно вздохнула.

У меня даже в голове не укладывалось это. Я видела малышку в своём воображении совсем крохой, маленьким невинным существом, на которое уже заявляет свои права вполне себе созревший для отношений мужчина. Да это извращение какое-то!

— Я бы хотел, — убито, но искренне ответил Листаш. — Больше всего на свете я бы хотел стать частью её жизни, но не могу.

— Почему? — не поняла я.

— Потому что… Я открою вам тайну, которую не знает практически никто. И делаю я это лишь потому, что вы обязаны знать правду. Я родился вторым сыном Владыки эльфари, но не унаследовал родительской расы. Ни отца, ни матери.

— Это я знаю. Как и то, что тут ответственность лежит на вашей матушке, — кивнула я.

— Хм, верно. И я единственный в своём роде, что очень печально и, главное, тяжело… — парень устало сгорбился и откинулся на спинку лавочки. — Я — дракон, Айрин. Истинный дракон.

— Но на Сарибэль нет драконов… — опешила я.

— Верно. Но верно и то, что почти никто на Сарибэль не знает, кто такие драконы. А вот вы, каким-то образом, явно в курсе всего. Могу ли я предположить, что вам также известен и внешний вид драконов? — испытывающе спросил он. — Вижу, что да, хоть вы и стараетесь это скрыть. Не волнуйтесь, я не буду спрашивать, откуда вам это известно, если вы пообещаете дать мне шанс в будущем.

— Шанс? — напряглась я.

— Да. Всего лишь шанс и уверенность, что не станете намеренно отдалять от меня вашу дочь.

— Но…

— Да или нет? — перебил он меня и в этот момент, как никогда, перестал казаться милым юношей.

Вместо него предо мной сидел взрослый и уже многое повидавший мужчина. Дракон во всём своём великолепии. Именно такой, каким его принято описывать в сказках. И очень кстати вспомнились слова Шана о том, что обучение на Волхвов проходит несколько необычно, что накладывает отпечаток на учеников. И теперь она догадывалась какой именно — все они слишком быстро взрослели и лишались присущей юношеству мечтательности. Именно поэтому так яростно отстаивал своё нежелание приглашать Вестников Шан. Потому что боялся, что наша дочь может пойти по этой дороге.

— Вам нет смысла запугивать меня или шантажировать, Листаш. Я никогда не сделаю ничего, что могло бы навредить моей малышке. А если то, что вы говорите — правда, то вы — её судьба. И я сделаю только хуже, если начну настраивать её против вас, — холодно сказала я. — Но вы не договорили.

— Спасибо. Это даже больше, на что я мог надеяться, — облегчённо выдохнул мужчина. — О драконах мне поведала мать. Как и о том, чем это мне грозит. Так уж вышло, что моя раса и ваша чем-то схожи — мы оба имеем свою вторую ипостась. Но если у вас это практически самостоятельное сознание, с которым у вас полный симбиоз, то у меня всё куда сложнее — обе ипостаси являются моими главными. Мой дракон — не часть меня, это и есть я. Но такое полное единение со своим вторым «я» накладывает некоторые условия. Например, мне доступна магия в обеих формах. Причём очень сильная магия. Но этот дар лишает меня возможности обрести своё счастье и создать семью с обычной девушкой. Только с той, что рождена именно для меня. С моей парой. Только от неё у меня могут быть дети, только с ней я смогу создать союз. Вы и представить не можете, каково это — знать, что ты такой один во всём мире, как и то, что та самая вряд ли когда-нибудь появится. И тут такой подарок, — он улыбнулся. — Мать говорила, что всему своё время, что Сариб никогда бы не обрекла своё создание на муку одиночеством. Но я не верил. До сих пор.

— Для вас, как для дракона обретение истинной пары — это условие. А для неё? Для моей дочери? Она тоже может создать семью лишь с вами или у неё будет выбор? — задала я очень важный вопрос и по тому, как напрягся мой собеседник, поняла, что попала в точку.

— Она — рождённая для дракона, Айрин. Можно сказать, душа и сердце своей пары. Но, как бы больно мне не было от этого, у неё будет выбор. В отличие от меня, ваша дочь сможет создать семью по долгу, по дружбе, по привязанности или даже любви. Но ни одна из этих связей не будет истинной.