Кружка (СИ) - Чистюнин Алексей Юрьевич - Страница 33

Пока терапевт разбирался с симулянтом, а Быков беседовал с Выгунком, в палатку к Игнату просочились члены первой бригады и успели к нему пристать с расспросами. Мы запоздало отреагировали на диверсию. Видимо у Игната судьба такая общаться с полудурками. Он упорно никого не узнавал, до тех пор, пока они не спросили его про рыбу. Взрыв Везувия наверное был тише истошного крика тракториста Мосейчука.

— РЫыбаааа, Рыыыба. — кричал Игнат. Вытаращив глаза, он кидался, то на одного то на другого собеседника, которые от неожиданности делали в Помпеи.

Сердобольные, заботливые и участливые на карачках выбежали из палатки. На вопли Рыбы сбежались все и просто выдавили толпой с нашей территории всех незваных гостей. Вдогонку за ними от Сульженко побежал моментально выздоровевший от колик в животе.

— Думаю, снова кого-то подошлют, — Констатировал случившееся Колесник.

— Вечером играть придут, — Согласился с ним Быков.

— Думаю Вам доктор надо Игната расспросить конфиденциально. А то проблема есть. Факт! А с чем её закусывать непонятно?

— Как проснётся после укола, сразу поговорю.

Не прошло и двадцать минут, как к нам со свитой прибежал взбешённый начальник колонны. Чувствуя поддержку четырёх прихлебателей с краснополосными бейджиками он сходу начал орать:

— Что вы тут творите? Почему мне люди на вас жалуются каждый день? Вчера вы, что устроили? На вас сам Гоголь жаловаться приходил. Нашего единственного инженера по обслуживанию выгребных септиков к тому же известного писателя выставили дураком. Да ещё вот эту справку ему за деньги выдали. Это что я вас спрашиваю происходит?

— Что за справка? — уточняет доктор Быков.

— Вот эта! — И кидает на стол всем известный бланк.

— Вчера проходила массовая обработка от педикулёза и чесотки. Никакой психиатрической комиссии у нас не было. Тем более болгарского врача психиатра с фамилией ПЕтровичь у нас нет.

— Как же нет там ваши санитары с синяками в пол лица сидели и охранники из Р.А.

— Какие санитары, с какими синяками?

— Вот эти здоровые и показал на Василия с Ватли.

— Это не санитары. Не буду отрицать один из них наш водитель, а второй вообще швейцарец мы с ним даже общаться не можем. Швейцарским языком у нас никто не владеет. О каких синяках идёт речь? Я лично сейчас в здравом рассудке, как и вы надеюсь, оных не наблюдаю. Охраны Р.А. у нас, как видите нет. Они к нам не заходят.

— Почему вы родственников к больным не пускаете?

— Каким больным? У нас всего один и тот не по нашему профилю. Я хирург, Александр Николаевич терапевт, Вадим Игоревич зубной врач. Больного осмотрели за наши личные средства специалисты на базе «47». Там нам дали рекомендации и план лечения, которого мы придерживаемся в силу своей некомпетентности. Больному указан покой и сон. У него амнезия. Ваши родственники только что довели его до нового приступа. Хотите его забрать? Пожалуйста! Но если он ночью в состоянии аффекта прирежет кого-то, то я конечно рану зашью. Но есть маленькая незадача, воскрешать я не умею.

— Почему вы нарушаете согласованный режим и правила, установленные приказом по колоне?

— Не понимаю Вас. К нам замечаний до сих пор не было.

— Кто вам разрешил питаться отдельно ото всех и костры без разрешения разводить. Кругом техника и топливо вы в своём уме? Людей шашлыками дразните, всячески унижаете, заставляете книги читать, а у них нет времени технику к маршу подготовить. А самый здоровый, ещё и время засекает, и за людьми приходит. Это что тут у вас за непонятная секта?

— Играть к нам люди приходят и будут приходить. У нас здесь единственное место, где организован культурный досуг. Меньше алкогольных психозов будет. Для людей хоть какое-то развлечение.

— Так вот и развлекайтесь между собой — Не выдержал Большой начальник, — Восьмую бригаду и так уже как только не склоняют. Вы в курсе, что вас «бешенными» зовут. Запугали всю колонну своим не адекватным поведением. Вам кто, я спрашиваю, разрешил заряженный револьвер в нос человеку вставлять? С какой такой медицинской целью?

— Исключительно для коррекции душевного здоровья и устранения спермотоксикоза.

— И что помогло?

— Вы знаете, иногда не стандартные решения приводят к не предсказуемым позитивным результатам.

Василий сидел и тихо посмеивался над замечательной справкой.

«Справка.

Выдана Аркадию Гоголю.

В ходе медицинского осмотра установлено, что он сам дурак.

И. ПЕтрович.»

Увидев не почтительное поведение подчинённого, начальник обратил свой гнев на него:

— Ты здоровяк как тебя зовут? Чего тут ржёшь? Вот ты! Да ты! Он указал на сидящего рядом с Негипой Степанова. — Ты чего сам не сядешь с ними играть?

Степанов переменился в лице. Образ добродушного увальня сменил резкий в действиях и мыслях суровый браток.

— Начальник ты ничего не попутал? Я не знаю, из какой психушки надо клоуна брать, чтоб с этими шулерами сел за стол. Не умеют играть пусть не приходят. У нас есть второй набор, там люди в очередь записываются. Много гонора у твоих челобитчиков. Не тем прикрываться стали. Ты начальник о людях подумал? Нет! Бригадир на свои кровные для людей закупил инвентарь. Всех предупреждают по честному не лезьте к профи. Они сами уговаривают, чтоб их тут прилюдно раздели. Я с ними лично играть не садился и не сяду! Они по глазам все лунки на костях считают, и ходы у них до начала игры все расписаны. Такие по каменной роже, всё определят! Хоть на кости садись. Хоть в карман прячь. Шансов нет!

Скажи своему попоболику, чтобы он прекратил выплёскивать свои эротические фантазии в наш единственный вечерний аудио журнал.

— Какой журнал?

— Мурзилка или Хочу всё знать про животных. За то, что читать их тут заставляют, так они сами рады с нами посидеть, информация полезная, организованный досуг, вечерний кофе и приятная интеллигентная компания. Просмотр свежей серии «Домино в Деревне дураков».

За пистоль в ноздре док все сказал. Кроме того, что утырка этого данная манипуляция спасла от травматической ампутации конечностей. И я не собака начальник, чтоб меня звали или кликали. Меня именуют Василий Евгеньевич Степанов.

Начальник стоял слегка обалдевший, давно его так качественно и прилюдно не макали в сами знаете что. В голове, словно ураган летели мысли — «И не по споришь, у этого здоровяка кулаки как его голова. Такой душегуб его прихлопнет как муху. В том, что Василий душегуб, он не сомневался. Кого набирали в этот мир, он судил по себе. И зачем он согласился на этот контракт?

Отсутствие выбора. Бежать он не мог. Не успевал! В тюрьму за растрату сесть не хотелось там могли и партнеры достать, единственный шанс, великолепный шанс эта работа и новая жизнь с чистого листа. Оказалось, что проблемы только начинаются. Нельзя, нельзя с этим быдлом построить, что-то новое определённо хорошее. Они все испоганят. Будут болеть, находить тысячи объективных причин ничего не делать и постоянно просить денег. Нет, я с ними не останусь! Я к иностранцам подамся! Денег у меня много очень много. Жадный главный инженер тут все оплатил. Я свои кровные все перевёл в экю, а ему захотелось быть акционером. Вот пусть потом думает, как деньги вернуть. Как чувствовал, что хватит!

Домик в приличном месте и свой небольшой бизнес, и главное чтобы ни одного русского, чтоб не видеть и не слышать. Так! Определённо так надо поступить, а сейчас сделать вид, что ничего не произошло, и гори оно — синим пламенем! Вся их эта затея с газом».

Начальник перевёл дух и обращаясь ко всем ответил:

— Я Вас услышал, надеюсь больше конфликтов у нас не будет. До свидания.

Василий проводил взглядом очередного в его жизни щегла. Сколько их было не упомнить. Тридцать шесть лет и всё как у людей, семья: жена, двое детишек — девочка и мальчик. Детство и юность промотавшись по гарнизонам за отцом военным, Василий не желал такой участи ни себе, ни своим детям. Отец с матерью так и остались в военном гарнизоне. Мать работала в кафе, на территории военного городка. Отец пристроился сторожем у частника.