Жизнь, которую я изменю. Книга 1: Спасение клана Учиха (СИ) - "Кицунэ Миято" - Страница 81

— Он кукольник из Суны, — услышал Орочимару наставления «умирающего» Итачи для Гурэн. — Будь осторожна, всё его оружие отравлено. С новичком я разберусь сам.

— Кажется, с противниками мы определились, — подытожил хриплый голос Сасори. — У тебя интересная техника, девочка. Стихия кристалла. Я о такой даже не слышал. Ты будешь отлично смотреться в моей коллекции. Тоби, тебе достаётся Итачи-кун.

— Но… У него же великий шаринган, сенпай! — визгливо и наигранно напугано возразил напарник Сасори.

— На тебе же маска, — заворчал кукольник. — Просто не смотри ему в глаза, используй дальние атаки и мои ядовитые шашки. Я позволю тебе забрать его додзюцу. Мне оно всё равно без надобности.

— О, это другое дело! — обрадовался Тоби. — Вы очень щедры, Сасори-сенпай!

— Подержи его хотя бы до того, пока я не закончу с куноичи. Она кажется довольно сильной, — закончил раздавать указания «новичку» кукольник. — Против меня у Итачи-куна в любом случае нет ни единого шанса. Я очень неудобный для него противник.

— Это точно, Сасори-сенпай, — поддакнул Тоби.

— Стена кристалла! — воскликнула Гурэн, которой, по-видимому, надоело слушать дифирамбы в сторону кукольника, и розовый аметист разделил пещеру надвое. По обеим сторонам стены оказалась пара противников.

— Впечатляет, — проскрипел Сасори, скидывая с себя плащ и показывая Хируко — куклу, в которой сидел. — Вижу, что ты тоже не любишь ждать. Как зовут тебя, девочка? Мне нужно твоё имя, чтобы я мог как-то назвать куклу, которую сделаю из твоего тела. Ты станешь двести двадцать седьмой в моей коллекции.

Орочимару знал, что у бывшего напарника множество «живых марионеток», сделанных из тел побеждённых тем шиноби, но точное число услышал впервые.

— Я разрешаю тебе атаковать первой, — милостиво позволил Сасори, не замечая, что атака куноичи началась и без его одобрений.

Не теряя времени Гурэн, распылила в воздухе чакру, сразу решив использовать свою технику массового уничтожения, превращающую все живые организмы в кристаллы. Единственная проблема была в том, что Хируко был куклой…

Раздался специфический треск, и Орочимару ухмыльнулся.

В данном случае происхождение Хируко от живого человека сыграло с Сасори злую шутку. Будь марионетка деревянной, атака Гурэн пропала бы втуне. Нити чакры, которыми кукловод управлял марионеткой, и откликающаяся на это управление живая ткань — и вот Хируко закристаллизовался, не успев продемонстрировать ничего из своего богатейшего арсенала. Сасори дёрнулся внутри, пытаясь освободиться, и его кукла распалась блестящей пылью.

— Теперь, я так понимаю, моя очередь, — голос Сасори, который открыл своё юное лицо, стал значительно мягче и мелодичнее. Из его рукавов выскользнули свитки.

Орочимару чуть не выдал себя, подавшись вперёд, чтобы лучше разглядеть происходящее.

— Что? — удивлённо воскликнул красноволосый кукольник, когда у него не получилось призвать ни одной своей марионетки.

— Что-то не так? — ехидно спросила Гурэн.

Орочимару видел, что в первую же атаку приёмная дочь вложила довольно много чакры, не размениваясь на «пробу сил и разогрев». Ловушка с каверной позволила им ещё и отойти от стандартного ведения боя, когда скрывающимся шиноби, чтобы их не обнаружили враги, требовалось практически остановить ток своей чакры. Отсюда среди ниндзя и практиковались приветственные разговоры и несколько простых пробных атак сюрикенами или тайдзюцу, чтобы постепенно ускорить ток в кейракукей и подготовить каналы для более мощных техник.

Сасори не ответил, но понял, что по какой-то причине не может воспользоваться своими свитками, снял плащ, оставшись в одних штанах, и обнажил до половины своё кукольное тело. За спиной, напоминая скелет крыльев летучей мыши, выдвинулись лезвия. Вместо брюшины в кукольном теле была ниша, заполненная тугими кольцами крепкого даже на вид металлического троса, острый конец которого, капая фиолетовым ядом, опасно шевельнулся.

— Что ж, раз я не могу использовать других кукол, то использую себя, — усмехнулся Сасори, ринувшись в атаку и не давая Гурэн ни секунды, чтобы снова повторить свою технику распыления кристалла, для которой требовалось определённое сосредоточение.

Несколько минут Гурэн уворачивалась, демонстрируя чудеса ловкости и крепость кристальной брони. Но Орочимару знал, что его приёмная дочь всё это делает не просто так, а заманивает кукольника в заранее подготовленную зону посева кристальных цветов. Наконец Сасори вступил в нужную область, и его ноги были захвачены. Это дало Гурэн несколько мгновений, чтобы закончить технику, и её противник был заключён в кристальную темницу. Причём из-за того, что «темница» была в разы меньше, чем обычно, так как эту технику его приёмная дочь применяла для заключения групп шиноби в кристалл, и тот мог достигать диаметра в километр, то стены получились очень толстыми. Настолько, что куклу Сасори практически раздавило, не давая ни шанса, ни какого-либо манёвра для освобождения.

Орочимару сам когда-то помог Сасори почти до конца стать куклой. Его заинтересовали эксперименты Красного Скорпиона, который на момент их знакомства уже избавился от своих ног и рук, заменив те на кукольные протезы. Сейчас единственной живой частью кукольника оставалось запечатанное в специальный контейнер сердце с очагом чакры и привязанная с помощью запретной техники душа.

Сосуд с живой частью Сасори пульсировал внутри кристалла.

— Кажется, и я оказалась для вас очень неудобным противником, Сасори-сан, — довольная собой, хмыкнула Гурэн, прислонившись к многогранному кристаллу нежно-малинового цвета. — Меня зовут Акира Гурэн. И я приёмная дочь вашего создателя — Орочимару-сана.

Комментарий к Часть 3. Глава 11. Ловушка

Если вдруг кто забыл, как выглядит Сасори (а я совсем непонятно описала), то просто напоминаю:

http://img1.wikia.nocookie.net/__cb20091031172520/naruto/images/9/9c/Hiruko.jpg

http://www.renders-graphiques.fr/image/upload/normal/Akasuna_no_Sasori.png

========== Часть 3. Глава 12. Без права на ошибку ==========

— Кажется, мы остались одни, Итачи-кун, — сменил тон Тоби, заговорив баритоном после того, как пещеру разделила непрозрачная стена кристаллов Гурэн.

— Неужели ты решил сбросить свою маску? — спросил Итачи. Слова он намеренно стал произносить выше обычного. — Может быть, мне тоже снять свою?

Обито наклонил голову, словно задумавшись.

— О чём ты? Ты что, не Итачи? — озадаченно протянул отступник клана Учиха. — У тебя странная чакра… Кто ты?

Сила ниндзя в его скрытности и внезапности.

Им надо было сделать так, чтобы Обито и не подумал никуда слинять из пещеры. В надёжности барьера против Камуи у них были серьёзные сомнения. Никто из них не знал полный спектр возможностей этой способности и каким законам мироздания та подчиняется. Из свитков или из других миров-сателлитов* призыв был невозможен. Точнее, из-за искривления подпространства в их ловушке, призыв должен был осуществляться в пустую пещеру, тогда как они находились в другом её измерении. Но был ли выход из этой ловушки для Обито? Непонятно. Провести исследования они не могли. Орочимару сделал расчёты, но и у него выходило «пятьдесят на пятьдесят». А значит, права на ошибку не было.

План, как всегда, был безумным и дерзким.

Как сказал Кабуто, в госпитале имелись архивы с образцами крови всех шиноби Конохи. Это было необходимо для идентификации в случае смерти, а также потому, что многие медики могли подделывать трупы. В случае с их кланом все спасённые дети не были даже генинами, поэтому их образцов в базе не было. Единственный шиноби, личность которого оставалась под сомнением после гибели клана Учиха, был сам Итачи. Его подделанный в своё время някониндзя труп настолько обгорел, что он был опознан по некоторым личным вещам и номеру на хитае.

В конце декабря Кабуто выкрал из архивов образец крови Нохара Рин. Шисуи и Итачи были против нечестивого воскрешения девушки, которое предложил Орочимару, чтобы сбить с толку Обито. Но они всё равно воспользовались её образцами. Клонирование клеток той крови и принудительная их циркуляция позволили создать псевдо-очаг чакры Рин. Нечто подобное проделал в своё время Орочимару со своим напарником Сасори. Разве что в том контейнере, который лежал в заплечном рюкзаке Итачи, не было души.