Свет в глазах - Рудазов Александр - Страница 80

– Это не нечисть, брат, – ответила монахиня, кою звали Таллией. – Это сонмище проклятых душ. Когда-то они были просто сборищем греховных индивидов, что утоляли печали в вине и срывали злость на случайных прохожих. Но однажды они повстречались с неким волшебником – и он в гневе изрек страшной силы проклятие. С тех пор…

– Воистину ужасно, – приложил персты к переносице Массено. – И неужели никак нельзя им помочь?

– А на кой кир? – весело ответила семенящая рядом гоблинша. – Они ж кудесные! Главное – не лезть в самую гущу!

– И нам сейчас не до них, – добавил Танзен. – Святой отец, у меня к вам есть несколько вопросов…

– У меня тоже есть к вам вопрос, – остановил его монах. – Там… вы превратились в демона. Не отрицайте – я могу узнать чрепокожего. Вы связаны с темными силами, мэтр Танзен?

– Ни в коем разе, – мотнул головой волшебник. – Это просто моя форма № 91. Матрица была снята с живого демона, не отрицаю, но это всего лишь физическая оболочка. При метаморфозе я принимаю внешний облик обладателя матрицы и частично перенимаю его инстинкты и повадки… но я не копирую астральное тело и не перенимаю высших способностей. Превращаясь в чрепокожего, я становлюсь не демоном, а… псевдодемоном. Внутри я все тот же человек.

– Но ты все равно кудесный, – осклабилась гоблинша. – Давай мои деньги, кстати.

– И мои, – добавил второй гоблин.

Танзен усмехнулся и выдал карликам по золотой монете. Мистерийские орбы – очень тяжелые и дорогие. Этот волшебник явно не бедствует, раз так щедро платит соглядатаям.

В карманах Массено же, увы, стало пусто. Толпа пьяного быдла ограбила его до нитки. Кроме одежды он сохранил только Ктаву, астролябию, пайцзу нунция и солнечный камень. Первая была прикована цепью, за вторую Массено крепко держался, а третью и четвертый невозможно украсть, их оберегает благодатная сила.

Даже наглазной повязки монах лишился. Пришлось временно замотать лицо случайной тряпкой.

– Ну что ж, святой отец, перейдем к делу, – повернулся к нему Танзен. – Я рад, что наконец-то вас разыскал.

– Я тоже этому рад, – кивнул Массено. – Не окажись вы здесь, мое служение Соларе окончилось бы бесславным образом. Но могу ли я узнать, для какой цели вы меня разыскивали, мэтр?

– Чтобы найти того, кого разыскиваете уже вы. Существо, которое называют «милордом».

Массено чуть повернул точку зрения. Ему захотелось увидеть лицо Танзена.

– Милорда, говорите… – медленно произнес он. – А кто вы, мэтр? Что магистр Метаморфозиса, я уже понял.

– Агент Кустодиана, – ответил волшебник. – И я не хочу на вас давить, но мне необходимо выяснить все, что вы знаете об этом существе. Время не ждет.

– Да, время не ждет, – согласился монах. – Я разыскиваю его уже очень долго, я испортировал в его поисках весь Парифат, я преследую его по пятам – и кажется, я его наконец-то догнал. Судя по лучистому следу, он движется… но он недалеко. В Бриарогене.

– Лучистому следу?.. – не понял Танзен.

Монах достал астролябию. Волшебник сразу понял, что это, и удивленно воскликнул:

– Астролябия Вескатуччи!.. И прекрасной работы! Откуда вы ее взяли, святой отец?

– Благородный дар одного из ваших коллег, – уклонился от ответа Массено. – Как видите, она указывает путь к…

– Что это за существо? – перебил Танзен, нахмурившись. Он приблизил ладонь к сидящим по краям астролябии кристаллам Тьмы. – Что за существо связано с… чем-то подобным?.. Это же Души Тьмы!

– Вы не знаете, мэтр? – удивился Массено. – Разве вы не его разыскиваете?

– Я разыскиваю индивида, возглавляющего опасный заговор, – ответил Танзен. – В его руки попали запрещенные артефакты, и он уже убил несколько волшебников при исполнении.

– Руки… Я не уверен, что у него есть руки, – задумчиво молвил Массено. – Но вы в самом деле не знали, мэтр? Ваш опасный индивид – Антикатисто.

Несколько секунд Танзен стоял молча. Пристально всматривался в ауру монаха, ища следы лжи или сумасшествия. Потом перевел взгляд на иссякшие Души Тьмы, увенчивающие астролябию Вескатуччи.

– Давайте обменяемся информацией, святой отец, – наконец вздохнул волшебник. – Похоже, мы можем многое друг другу рассказать.

Они втроем присели за столиком в ближайшей харчевне. Была она грязна и мрачна, как все харчевни Империи Зла, но кормили там неплохо. Массено даже позволил себе вкусить немного сухого гороха в добавление к обычным хлебу и воде.

Танзен же больше налегал на выпивку. Опорожняя стакан за стаканом, он угрюмо выслушал историю монаха, а потом заговорил сам.

Соединив результаты своих расследований, они заполнили множество пробелов. Картина все еще оставалась неполной, но основная идея уже угадывалась.

– Антикатисто, – опустошенно произнес Танзен. – Чакровзрыватели сами по себе – полный енот, но чакровзрыватели в руках Антикатисто… А ведь я собирался просто арестовать мелкого взяточника.

– Понимаю ваши чувства, мэтр, – произнес Массено. – Я тоже не ожидал ничего подобного, когда садился в тот ночной поезд.

Сестра Таллия в разговор не встревала. Совсем молодая, она явно недавно приняла схиму. Видно было, что Солнечное Зрение ей еще непривычно.

– Что ж, давайте обсудим наши планы, – молвил Танзен. – У вас ведь есть какой-то план, святой отец? Вы ведь не собирались просто догнать Антикатисто и вызвать его на бой?

– Да, я кое-что придумал, – склонил голову Массено. – У меня нет уверенности, что это сработает, но если будет на то милость Солары…

Он изложил волшебнику, как собирается действовать. Тот покивал и тут же предложил свою помощь.

– Возможно, ваш план имеет шансы на успех, – задумчиво произнес Танзен. – Но я вижу в нем несколько слабых мест. У вас будет слишком мало времени. Антикатисто может убить вас раньше, чем вы начнете действовать. Или сбежать. К тому же он может оказаться не один.

– Есть и еще одна беда, – добавил Массено. – Сейчас я снова наблюдаю за лучами астролябии и вижу точное местонахождение Антикатисто. В данный момент он там, куда попасть будет не так-то просто…

– В Цитадели Зла? – полуутвердительно спросил Танзен.

– Вы верно догадались, мэтр.

– Меня это не особо удивляет. И если вы согласитесь объединить усилия, святой отец, я бы предложил некоторые поправки для вашего плана…

Теперь уже он излагал, а Массено слушал. А дослушав – встал из-за стола и уважительно кивнул.

– Благодарю вас, мэтр, – сказал он. – Я с радостью приму вашу помощь.

– А я с радостью вам помогу, – тоже поднялся Танзен.

Монах и волшебник пожали руки.

Глава 28

Ночь в Цитадели Зла мало отличалась от дня. Такая же темень, горящие факелы, безумные крики где-то вдалеке. Кто-то из узников играл на губной гармошке… а потом резко замолчал. Послышались глухие удары, и из камеры вышел огр в забрызганном кровью фартуке.

– Тихо мне тут! – рыкнул он на всю темницу.

Отец Дрекозиус крепко спал. Рядом сидел Мектиг Свирепый и угрюмо смотрел в стену. Увидев бой Имраты и Бельзедора, он стал казаться себе совсем маленьким и слабым.

А ведь считался первым силачом Свитьодинара.

Напротив них лежала на грязном матраце Джиданна. Ее посадили в корониевую камеру, а белку – в зачарованную клетку. Перегрызть ее прутья зверьку не удавалось.

Волшебница смотрела в потолок и размышляла о том, что однажды все умрут. Причем лично она – уже в скором времени. Вряд ли Темный Властелин долго станет их тут держать – наверняка в ближайшее же время казнит или запытает до смерти.

Возле корониевых прутьев стояла плошка с баландой. Джиданна не пыталась ее даже попробовать, перебиваясь творимыми яблоками. Зеленые и кислые, те все же были более съедобны.

Время от времени волшебница поглядывала на титаниду. Имрата скрючилась в другом конце камеры, мелко подрагивая при каждом вдохе.

Когда их сюда швырнули, то все поначалу думали, что она погибла. Но вскоре стало ясно, что для титана сломанная шея – не смертельная травма. Через несколько часов позвонки встали на место, хребет сросся, и Имрата задышала ровно и глубоко.