Криабал. Тьма у ворот - Рудазов Александр - Страница 71

Остальных же небо и вовсе не привлекало.

Но теперь они сидели в брюхе вехота и подавленно смотрели на далекую землю. В боках чудовища были настоящие окна – хотя и забранные не стеклом, не слюдой, а чем-то вроде рыбьего пузыря.

Летел демон-возница с удивительной скоростью. Хотя не летел скорее, а бежал – бежал прямо по воздуху, перебирая двенадцатью лапами. Из его глаз лились потоки света, слегка разбивающие мрак, царящий в Мглистых Землях.

На одной лавке сидели Мектиг и Плацента. На другой – Джиданна и Дрекозиус. Жрец словно невзначай положил руку на колено волшебницы, но та не обращала внимания – ее беспокоило самочувствие фамиллиара. Оказавшись в чреве демона, белка до смерти перепугалась и дрожала всем телом.

- Спокойно... Спокойно... – приговаривала Джиданна, ментально резонируя со зверьком. Она слышала его страх и передавала взамен свою уверенность.

Сама она тоже беспокоилась, конечно, но не так сильно.

Вот Плацента не волновался совсем. Рядом с ним никто не хотел сидеть – он раздвинул ноги так, словно выставил мотню на просушку. По счастью, лавки внутри вехота были достаточно широки – на каждой уместилось бы человек шесть, а не только дармаг с полугоблином.

- Мы скоро долетим, тля? – недовольно бурчал Плацента. – Долго нам еще, тля? Почему нельзя сразу, тля?

- Я могу сразу, о мелкий и вонючий, - распахнулся прямо в стенке рот. – Мог раньше. И буду мочь потом. Но прямо сейчас – не могу, ибо моя грива сбрита. Без нее я не могу ходить между мирами.

- А когда она у тебя отрастет, говно ежевичное?

- До достаточной длины – примерно через год.

- А куда ты нас тогда везешь?!

- Но я же говорил. Из Паргорона есть дорожки, которыми можно пройти и так. Я вывезу вас одной из них.

- А, тля... – харкнул на пол полугоблин.

Плевок с шипением растворился. Пол вспучился, из него высунулись десятки крошечных щупальцев, схвативших Плаценту за ступни, а сверху раздался злобный рыкот:

- Не пачкай салон. Высажу.

Плацента хотел привычно изрыгнуть поток несуразной брани, но посмотрел в окно, оценил расстояние до земли и передумал.

Вокруг по-прежнему простирался Паргорон. Его внешняя сторона – Мглистые Земли. Здесь всегда холодно и темно – лишь демоны способны выживать в подобном аду и даже находить в нем свою приятность.

Хотя теперь, когда вехот поднялся в такую высь, стало не так уж и темно. С одной стороны сверкали зарницы – то пробивались из-за гор лучи Центрального Огня. С другой висело бледное марево – то стал виден Нижний Свет.

Земля в основном пребывала безвидна и пуста. Однако порой появлялись и признаки жизни – жуткие черные леса, огромные причудливые замки, угрюмые селения и даже города. Их обитателей различить не получалось – отсюда они казались меньше самых мелких мошек.

Хотя не все. Искатели Криабала в ужасе и восхищении прильнули к окнам, когда вехот пролетел над тремя гигантами. Почти шарообразные, очень коротконогие и длиннорукие, они походили на шагающие горы. Идущий справа курил огромную, на длинном чубуке трубку. Приглядевшись, можно было заметить, что ее чаша сделана из целого дома – древней подгнившей избы.

- Кульминаты... – в ужасе прошептала Джиданна.

Вехот едва не задел кончик рога одного из чудовищ. Те вздымались почти на половину роста самих кульминатов. На мгновение в окнах мелькнула эта бледно-желтая, покрытая трещинами и дуплами кость – и снова чернота Мглистых Земель.

- Я жрать хочу, - уныло сказал Плацента, когда кульминаты остались позади. – Плачу золотой за кусок мяса. Джи-джи, задница ты с прыщами, наколдуй жранины, тля!

Джиданна нахохлилась. Она не умела создавать еду волшебством. Ее фамиллиар не очень для такого подходил. Вот когда она училась на бакалавриате, ее соседка по комнате каждый день ела шашлыки или шницели, просто отрезая куски от своего фамиллиара-свиньи. Та не чувствовала боли, очень быстро восстанавливалась, а мясо давала нежное, сочное, изумительно вкусное.

За четыре года та девушка стала толще почти вдвое.

И в вехоте еды не было. Эти демоны-возницы не очень-то заботятся о том, чтобы кормить пассажиров. Чаще уж наоборот – сами ими питаются.

По счастью, ужин в темнице Хальтрекарока был не настолько и давно. Да, искатели Криабала успели проголодаться, но пока еще не смертельно. Ворчал только вечно всем недовольный Плацента.

Остальные раздраженно молчали.

Почему-то всем всегда представлялось, что Паргорон невелик. Просто такая страна демонов где-то в земных недрах. Но Паргорон оказался огромен. Может, не так огромен, как Парифат, но все равно огромен. Вехот летел уже который час, а внизу все не кончались Мглистые Земли, и только зарницы Центрального Огня становились все ярче.

А вот отблески Нижнего Света, наоборот, почти потухли. Двенадцатилапый демон пробежал невесть сколько вспашек, и далеко впереди уже стал виден Ледовый Пояс. Цепь исполинских мерзлых пиков, разделяющая внутреннюю и внешнюю части Паргорона.

- Нам далеко еще? – снова принялся ерзать Плацента.

- Уже нет, - ответил вехот. – Но над чашей будет опасно.

И там и впрямь оказалось опасно. Пробегая над Ледовым Поясом, вехот едва не погиб от копья рогатого демона. Тот скакал по небу на паргоронском коне – и бросился вдогонку, едва завидев добычу.

Паргоронские кони скачут почти так же быстро, как вехоты. Спасая свою жизнь, демон-возница бешено запетлял, заметался. Искателей Криабала в его брюхе бросало, как на корабле во время шторма.

Но в конце концов вехоту все же удалось оторваться. Демон-охотник крикнул что-то ему вслед, потряс копьем и досадливо сплюнул, прекращая погоню.

- Ненавижу гохерримов, - зло пробормотал вехот. – Спокойно мимо не пролетишь. Так и норовят чем-нибудь пырнуть.

Пики Ледового Пояса уходили все выше, становились все круче... а потом закончились. Снизу хлынул поток света – то стал виден Центральный Огонь. Если на внешней стороне Паргорона вечный холод и мрак, то на внутренней – удушающее пекло.

Но яркий свет царил недолго. Вехот со всего разгону вбежал в Кровавую Пену – клубящиеся багровые тучи, накрывающие Паргорон огромной шапкой. Куда гуще и плотнее нормальных парифатских облаков, они словно распухали во все стороны.

В океане красной пены была своя жизнь. Мелкие демоны, крупные демоны, огромные демоны плавали-летали по этой гуще, охотясь друг на друга и пожирая. Вехот снова чуть не погиб, напоровшись на стаю кальнизардов – чудищ, похожих на акул с мордами пираний. По Кровавой Пене они носились, как безумные, и по страшным их клыкам текла уже настоящая кровь.

Но и эта препона осталась позади. Вехот выбежал наружу – на чистый воздух... точнее, на его отсутствие. В холодную ледяную пустоту, окружающую Паргорон скорлупой, и в свою очередь окруженную миазмами космической Тьмы.

Но туда не собирался соваться даже демон-возница. Он уже добрался до цели. Часто перебирая лапами, он несся падающей звездой – и впереди все разрасталось что-то длиннющее, толстенное...

- А что вон там за кружок? – полюбопытствовал глядящий в окно Дрекозиус. – Такой белый...

- Это Тсалистер, дворец Бекуяна, - ответствовал вехот. – Но нам туда не надо. Нам вон туда.

Джиданна согласно закивала. Если остальным имя «Бекуян» ни о чем не говорило, то она хорошо помнила картинку в учебнике, изображающую висящий во тьме глаз.

Ужасен Темный Балаганщик, но еще ужаснее Око Паргорона.

- А он кто, тля? – спросил Плацента.

- Демолорд, - ответила Джиданна. – Тоже демолорд. Только он не устраивает игр в лабиринте, а просто уничтожает всех на месте.

- Зачем? – спросил Мектиг.

- Не знаю. Никто не знает. Просто если вдруг с ним встретишься – ни в коем случае не смотри. Случится страшное.

- Это у вас там никто не знает, - снова подал голос вехот. – А у нас знают все. Мастера Порядка просто выводит из себя все кривое и неровное. Он хочет видеть вселенную геометрически правильной. Симметричной. А идеальной формой считает свою – шар.