Криабал. Тьма у ворот - Рудазов Александр - Страница 105

- Не знаю, - честно ответил Медариэн. – Я ни разу не открывал этот гримуар и понятия не имею, что содержится под его обложкой.

- Следовательно, вы не уверены, что там вообще есть способ уничтожить Антикатисто?

- Не уверен. Но это наш единственный шанс.

- В таком случае простите, мэтр. Я не хочу полагаться на Черный Криабал. Это метод долгий, ненадежный, а самое главное – грязный. Богопротивный.

- Но у нас нет иных вариантов, - проворчал Мазетти. – Святой отец, вы не найдете в Мистерии друзей Антикатисто, но не найдете и тех, кто сможет с ним справиться.

- Полагаю, какое-то время я смогу против него продержаться, - с сомнением произнес Медариэн. – В конце концов, ученый совет за что-то же присудил мне Бриара первой степени...

- У меня она тоже была, коллега, - напомнил Мазетти. – И вы видите, что Антикатисто со мной сделал. Да что там я – он заставил бежать в панике двух демолордов. Демолордов!

- А я заставил бежать в панике его, - спокойно ответил Массено. – Я не волшебник и не паргоронская тварь, мэтры. Я Озаряющий Мрак. Через мои глаза смотрит богиня. И я не боюсь порождений Тьмы.

Волшебники переглянулись. Мазетти развел руками, Медариэн виновато вздохнул. Великий белый маг тоже не боялся порождений Тьмы, но бросаться в заведомо проигрышный бой – не храбрость, а глупость. Ордор Бецалли отдал жизнь, чтобы уничтожить Антикатисто, но у него было средство его уничтожить.

А Медариэн может только отдать жизнь. Без всякой пользы.

- Я отправлюсь за Черным Криабалом, - глухо произнес он. – Пока что это наше самое лучшее средство. Если он не поможет – потребую созыва ученого совета и общей мобилизации. И мэтр Мазетти... выдайте мне текстовку методы Бецалли.

- Это очень сложное заклинание и крайне далекое от вашего основного профиля, коллега, - предупредил библиотекарь. – Вам будет трудно им овладеть.

- А что на этом свете не трудно, коллега?

- Ваше право. Текстовку можете взять хоть сейчас, к секретным заклинаниям метода Бецалли не относится. А астролябия для святого отца...

- Я сейчас ее сварганю, - пообещал Медариэн. – Мне понадобится готовая совершенная астролябия, лучше всего из благородных металлов, немного эльфийского золота, две ложки жидкого флогистона, большая песчинка громовника, освященная обсидиановая мука и шелковая нить... ага, вот это все.

По мере того, как Медариэн перечислял компоненты, они появлялись перед ним на столе. Повинуясь воле волшебника, сами собой поднимались в воздух, испускали разноцветные волны и соединялись. Флогистон соответственно своим свойствам едва не улетел к потолку, но был уловлен и залит внутрь астролябии. Эльфийское золото сплавилось с громовником, обратившись длинной черной стрелкой, закачавшейся на шелковой нити. Обсидиановая мука втерлась по окружности и на нее сели уродливые черные кристаллы, иссякшие Души Тьмы.

- Прошу вас, святой отец, - произнес Медариэн уже через три минуты. – Это и есть астролябия Вескатуччи – а как ею пользоваться, мы вам уже объяснили.

- Благодарю вас, мэтр, - приложил к переносице персты монах.

- Еще я дам вам вот этот предмет, - сказал Медариэн. – Это довольно редкий минерал – кристалл Сакратида. Закрепите его где-нибудь у себя на одежде, и он будет запоминать все вами увиденное и услышанное.

- Да, это может пригодиться, - согласился Массено, беря переливающийся голубой камень. – Если я погибну, вы сможете узнать, где я побывал и узнал ли что-нибудь полезное.

- Именно так, - кивнул волшебник. – Благодарю, что правильно меня поняли.

- Я тоже кое-что вам дам, святой отец, - произнес Мазетти. Откуда-то из ниши выплыл листок, покрытый убористым текстом и увенчанный цветными печатями. – Это выписанный ученым советом допуск на свободное пользование порталами. Думаю, вам это не помешает.

Массено смутился. Он как раз подумал о том, что надо будет вновь тревожить Жадных Монахов, ибо насущные средства почти иссякли, а мистерийские порталы, что ни говори, недешевы.

И Мазетти эту его мысль услышал.

Но за безлимитный билет Массено поблагодарил. Он действительно очень облегчит путешествие.

- Прощайте, мэтр Мазетти и мэтр Медариэн, - снова приложил персты к переносице он. – Да хранит вас Солнце.

- И с вами да пребудет Кто-То-Там, - рассеянно ответил Медариэн. – Но мне все-таки очень интересно, святой отец – на что вы рассчитываете? Что будете делать, если все-таки найдете Антикатисто? Ваш дар, ваши способности... я не умаляю их, но этого не хватит. Чтобы одолеть высшего элементаля Тьмы, нужна армия таких, как вы.

- У меня есть эта армия, - ответил монах.

Глава 35

Отец Дрекозиус этой ночью спал удивительно крепко. Словно и в самом деле его осенил крылом Якулянг, великий Звездный Дракон. Повелитель и вдохновитель, простерший самое себя в ночном небе. Безгранично мудрый владыка болот, сновидений и ползучих гадов.

Дрекозиус никогда не понимал, как он это сочетает.

Вчера искатели Криабала уснули всего в нескольких шагах от ажурной арки, входа в Дарохранилище. Сегодня ее здесь уже не оказалось – только лес и ручей. Рядом на костре булькал маленький котелок.

- Как аппетитно пахнет, - облизнулся жрец, суя туда нос. – Что это за варево, дети мои?

- Гног, - коротко ответил Мектиг.

Дрекозиус чуть заметно покривился. Он не очень-то любил эту дармагскую похлебку из рыбы, лука и молока. Тем более, что ни молока, ни лука у Мектига не было. Он просто поймал в ручье пяток мелких рыбешек и нарвал каких-то сомнительных корешков.

- Что ж, да пребудет с нами Люгербец, - ханжески произнес Дрекозиус, наливая похлебку в золотую фиалу, взятую из неправедных богатств демона Хальтрекарока.

Джиданна и Мектиг сидели чуть поодаль. Дармаг разделся донага и погрузился по пояс в ручей, распустив свои великолепные косы. Грива светлых волос покрыла бугрящуюся от мышц спину, и ее подравнивала ножом волшебница. Белка на ее плече давала советы, как лучше стричь.

Мектиг дышал тяжело, как белый медведь на экваторе. Дармаги очень плохо переносят жару – а жарко было весьма. Джиданна тоже скинула обе парки, оставшись только в платье-киртиле. Черном, как ночь, и довольно грязном. В последнее время у нее не было возможности постираться.

Да и не обращала Джиданна внимания на такие мелочи.

Откушав пресного, но съедобного гнога, Дрекозиус тоже стал стягивать сутану. Холодный лесной ручей – не то же, что горячая ванна с ароматным паром, которую добрый жрец любил принимать дома, но он слишком давно не мылся. После паргоронских темниц Дрекозиус ощущал себя покрытым коркой грязи, и его это коробило.

Под сутаной Дрекозиус оказался похож на отъевшегося молочного поросенка. Колыша огромным розовым животом, жрец осторожно вступил в воду и ойкнул, почувствовав холод.

Джиданна с изумлением уставилась на это феноменальное пузо и случайно оттяпала слишком длинный клок. Поджав губы, она принялась подравнивать и остальные волосы.

- Жарко, - угрюмо сказал Мектиг, ничего не заметив. – Очень. Почему?

- Мы где-то в теплых краях, сын мой, - ответил Дрекозиус, медленно погружаясь все глубже. – Сложно сказать, где именно, но точно намного южнее студеной Эрдезии. Здесь по крайней мере субтропики.

- Суб-тро-пи-ки, - медленно повторил незнакомое слово дармаг. – Что это?

Дрекозиус с удовольствием принялся объяснять. Длинно, витиевато, используя много сложных слов – но Мектиг старательно следил за мыслью и что-то вроде бы понимал. Время от времени он даже задавал уточняющие вопросы – почему в теплых краях так много деревьев, почему они не растут в тундре, почему вообще Парифат круглый, если Мектиг ясно видит, что он плоский...

Воровато озираясь и шныряя меж деревьями, к костру подкрался Плацента. Он потирал руки, причмокивал и вообще имел предовольный вид. Зачерпнув ложкой из котла, коротышка скривился и выплюнул все обратно.