Сбежавшая жена Черного дракона - Эванс Алисия - Страница 2

Я в растерянности посмотрела на этого мужчину: высокий рост, даже выше, чем у папы. Коротко стриженные черные волосы в свете факелов отливали синевой. Плечи шире моих раза в три, не меньше, да и все тело незнакомца явно было очень развито, в нем не было ни одной слабой мышцы. Мужественные черты чем-то напоминали внешность актера Уэсли Рэмси, по которому я сохла лет в восемь. Тряхнув головой, отогнала глупые мысли. Какой Рэмси? Что происходит? Где я? Кто этот человек?

Тем временем незнакомец смотрел на меня с насмешливым любопытством, как смотрят на муху, угодившую на липкую ленту.

— Кахэ! — раздался в стороне незнакомый голос.

Я испуганно повернула голову. Здесь еще кто-то есть? Взгляд выловил странного вида дедушку, стоящего шагах в десяти от нас. Он стоял там же, где пять минут назад была тетенька-регистратор. Вот только этот седой дед в мантии возле пылающего костра явно не работник загса.

— Вы кто такие? — испуганно прошептала я, переводя взгляд с одного на другого. — Как я сюда попала? Что вам нужно?

Незнакомец с внешностью Вайета из «Зачарованных» проигнорировал мой писк и молча кивнул старику.

— Ты чего ему киваешь? — От страха я не соображала, что несу. — Где мой папа? Зачем вы меня похитили?!

Пришлось использовать букет как шпагу, ибо ничего другого под рукой не оказалось. Я глупо размахивала розами, а Вайет смотрел на меня с легкой насмешкой и жалостью. Одним ловким движением он схватил меня за руку, сжав тонкое запястье своей медвежьей лапой.

— Кахэ! — решительно ответил он старику, смотря при этом именно на меня.

Никто и не думал меня так просто отпускать. Слова этого высокого мужчины послужили сигналом к действию для деда, и он начал громко нараспев читать какую-то молитву на незнакомом языке. Мамочки! Меня похитили сектанты!

— Ани мукхан лаковел мотана эт хабакхура хатсира…

Я решила не стоять столбом, ожидая, когда он закончит свои песнопения, и начала яростно вырывать руку, одновременно отбиваясь от брюнета свадебным букетом. Он явно не ожидал такого поворота событий и в первые секунды даже опешил. К сожалению, его шок быстро прошел, и мужчина без лишних слов вырвал у меня белые цветы и отбросил их на пару шагов от нас. Руку он держал мертвой хваткой, до боли сжимая предплечье. В душе медленно, но верно начала зарождаться настоящая паника, я рычала и брыкалась, но сильная рука уверенно удерживала меня на месте. Брюнет смотрел на мои попытки высвободиться с насмешливой ухмылкой, как смотрит паук на муху, попавшуюся в паутину. Да что же им надо-то от меня?!

Неожиданно старик замолчал. Как-то странно замолчал, резко так и внезапно. Мы с мужчиной одновременно повернули к нему головы. Я не ошиблась, дед и вправду выглядел шокированным. Что-то пошло не так?

Потом началось что-то из ряда вон выходящее. В том месте, где брюнет держал мою руку, вдруг засверкало необычное сияние. Сначала я решила, что это блики факелов, но сияние все сильнее распространялось по моей руке, начинаясь в районе запястья и доходя до локтевого сгиба. Вся внутренняя часть моего предплечья оказалась покрыта угольно-черной дымкой, которая клубилась и складывалась в нечто, напоминающее цветы. Кружево рукава мешало хорошо видеть узор.

Смотреть на все это без глубочайшего шока было попросту невозможно. Моя челюсть уже давно упала и теперь уверенно стремилась в сторону пола. Не прошло и минуты, а дымка уже перекинулась на руку мужчины, захватывая и его крепкую конечность. Что же это такое? Магия? Или фокус? Подняв глаза на брюнета, я поняла, что он удивлен еще более, чем я. Он смотрел на черный дым без страха, скорее не мог поверить, что это происходит именно с ним. Иначе истолковать его выражение лица попросту невозможно. Вдруг он тоже поднял на меня свои темно-карие глаза. Теперь в его взгляде не было ни следа насмешки, напротив, он смотрел будто бы вглубь меня, пытаясь увидеть что-то очень важное для себя. Мы неотрывно смотрели друг на друга, а дымка тем временем начала исчезать. Прошло лишь несколько секунд, а она уже впиталась в кожу, оставляя на ней витиеватые узоры, которые двигались и извивались, будто пытались выстроиться во что-то осмысленное.

— Ма лаасот? — негромко спросил дед, вырывая нас из оцепенения.

Брюнет нехотя оторвался от созерцания моего перепуганного лица и, медленно повернув голову, ответил:

— Какх эт схивтей пулкхани. Хи схели… Шафат. — Последнее слово далось ему с трудом, будто он никогда прежде его не произносил. Дедушка заулыбался, будто ему сообщили невероятно счастливую новость, и вновь завел свои песнопения.

— Хаелим икхабер эт хаснхамот хаеле хаахува… — чуть ли не со слезами на глазах произносил старый сектант, но мне было совсем не радостно. Первой мыслью было, что эти психи меня чем-то отравили, потому что перед глазами все плыло, а мышцы всего тела налились свинцовой тяжестью. Но не это пугало. Вместе со словами молитвы в меня будто что-то проникало, просачивалось в самую душу, в мою сущность. Опустив взгляд на наши сцепленные руки, сразу догадалась, чьи это проделки. Из крупной ладони брюнета, которая плотно обхватывала мое предплечье, исходило темное сияние. Это уже не дым, а настоящие лучи тьмы. Сомнений не было — именно они проникают в меня и что-то меняют внутри. Сам мужчина вовсе не выглядел уставшим, напротив, он с интересом смотрел на мою реакцию на ритуал. Садист!

На этом сюрпризы не закончились. Глаза этого высокого крепкого человека вдруг стали гореть! Они засияли ярким желтым сиянием, будто в его радужки вкрутили люминесцентные лампочки. Мама! Демон! Как есть демон!

Не помню точно, когда старик замолчал и в пещере воцарилась мертвая тишина, потому что в какой-то момент я полностью потеряла контроль над телом. Силы будто куда-то ушли, оставляя вместо себя пустоту, слабость и полное безразличие к происходящему. Я начала медленно оседать на пол, но брюнет вдруг всполошился и бросился ко мне, подхватывая на руки и не позволяя расшибить голову о камни. Затем последовало недовольное бурчание — он запутался в моей фате. Мне было все равно, куда он понес меня, бросив старику короткую фразу. Помню, как прикрыла глаза и невольно откинула голову назад, мечтая забыться и потерять сознание. Мужчина нес меня совсем легко, будто я ничего не весила. Сначала мы двигались по улице, потом вдруг оказались в помещении. На несколько секунд приоткрыв глаза, я сразу поняла — меня принесли в спальню.

Брюнет поставил меня на ноги, поддерживая за талию. Слабость одолевала, я готова была рухнуть прямо на пол. Что же со мной сделали? Неужели принесли в жертву? Как же не хочется умирать…

Подняв голову, я осмотрелась. Большая комната, полностью оформленная в черном цвете. За окном — ночное звездное небо, а ведь наша свадьба с Андреем проходила в одиннадцать утра. Куда же я попала?

Мой взгляд упал на кровать в углу. Она была поистине огромных размеров, на ней спокойно могли уместиться четыре взрослых человека. Постельное белье на ней тоже было черного цвета, с редкими вкраплениями золотых линий. Мужчина взял меня за подбородок и запрокинул голову кверху, пронзая меня взглядом сверкающих желтых глаз. Кто же он? У людей не бывает таких горящих, будто подсвеченных глаз.

В следующую секунду незнакомец склонился и накрыл мой рот жадным поцелуем. Я протестующе застонала, но вскоре замолчала. Происходило нечто невероятное. Его губы действовали жестко, властно, подчиняя меня, увлекая за собой, но поражало другое. Этот поцелуй показался мне глотком воды в знойный полдень. Та пугающая слабость, что завладела моим телом, отступала под его напором. Готова поклясться, что, судя по моим ощущениям, через поцелуи и ласки этот мужчина вливал в меня живительную энергию, прогоняя внутреннее опустошение.

В какой-то миг он прервал поцелуй, и я вновь заглянула в пылающие глаза этого существа.

— Кто ты такой? — заплетающимся языком пробормотала я. — Зачем ты делаешь это?

Мужчина вскинул руку и прижал свой указательный палец к моим губам. Не нужно быть гением, чтобы понять значение этого жеста — «молчи». Убрав руку от моего лица, существо обогнуло меня, рассматривая со всех сторон. В этот момент я плохо осознавала реальность и не могла понять, что именно со мной собираются делать. Однако вскоре и это перестало быть загадкой.