Серая Дружина-2: Доспехи для шута (СИ) - Кисель Елена - Страница 9

– Идемте, – вполголоса приказал Йехар и двинулся вперед первым, как всегда, словно в поисках поддержки нащупывая рукоять верного клинка. Под ноги он не смотрел: знал, что страхуют. Только вперед, на Арку, на мерцающие символы, на клубящееся серое пространство в ней. Шагнул внутрь…

Плюх.

Плюх.

Еще два смачных плюха и свист крыльев спирита, который в Арку не вошел, а влетел. И мрачная тишина…

И мой заинтересованный голос:

– Это что… болото?

И – раздраженный ответ Веслава:

– А что, похоже на Ладогу?!

И короткая, но очень зловещая мысль: «Капут».

Потому что я в этом тумане – сером и клубящемся – ничего не вижу. Я вижу только собственные руки, исчезающие в холодной жиже, да еще эту самую жижу. Рюкзак, верный друг, давит сверху и способствует моему более комфортному погружению. Все остальное – туман. Где Дружина – неизвестно. Все ли живы – тоже.

Но мои руки заливает не только грязь, но и вода, а значит, я могу действовать, я могу познакомиться со стихией этого мира…

Очень непросто соблюдать в мыслях дружелюбный тон, когда тебя засасывает целиком, и липкая грязь касается уже щек…

Но я такая же, как ты, потому что в тебе – вода. Здравствуй. Если ты позовешь меня – я откликнусь. Если я позову тебя – откликнешься ты?

– Оля! Скорее!

Крик Бо где-то совсем рядом, а может, далеко, в тумане не разберешь. Ответа нет, грязь ползет к ушам, с трудом удерживаю себя, чтобы не барахтаться и чтобы не засмеяться глупо: что, правда конец? Вот так сразу, после прохода?

И потом ответ приходит – волной стихийной мощи, раскатившейся по моим пальцам. Он неохотный, но он есть, меня приняли. Ты – как я, и, если ты позовешь, – я откликнусь.

Одно движение кистью – и я перестала захлебываться, опять поднялась на поверхность. Создала ледяной мостик, чтобы можно было опереться и встать хоть на колени. И что теперь? Где остальные?

– Бо? Весл?

– Я на берегу, – послышался голос Бо. – Меня Эдмус вытащил, а остальные там еще, ты можешь разогнать туман?

Я не нашла ничего лучшего, как осадить туман ледяными каплями. Вторым пассом создала вокруг сферу холодного воздуха на десять метров в радиусе – это далось труднее, но туман мешать теперь не будет. Ну, где же они…

– Мозги у тебя есть, стихийница? Холодно же!

– Не слушай, его, Ольга, ты моло… брыблбуль…

Эдмус появился над головой совершенно неожиданно, и коршуном упал в трясину метрах в пяти от меня.

– Здесь он, здесь! – пояснил шут, и совместными усилиями – он вручную, а я тем самым заклятием, что вытаскивала из воды призывников («Невод», второй год обучения), – мы выдернули на свет мира сего отчаянного плюющегося Йехара. Клинок он держал над головой, в правой руке. Ну, я ведь уже упоминала о предусмотрительности рыцаря?

– К берегу я его сам дотащу! – бодро отрапортовал спирит, но не упустил возможности меня подколоть: – А если б мне дали нормально пообедать – я и тащил бы быстрее…

Я вздохнула облегченно, чуть не забыла, что корку льда нужно удерживать хоть краем мысли, чтобы не погрузилась, и тут же чуть не утонула во второй раз, когда вспомнила, что Дружина блистает еще неполным комплектом.

– Веслав?!

– Чего орешь, морозить не надо было! – запальчиво откликнулся голос слева. Алхимик сидел на кочке, целый и невредимый, и старательно подбирал полы плаща, чтобы они не намокли.

Приятно было думать, что хоть кому-то из нас сопутствует удача. Лично я, когда мы выбрались на берег и начали переодеваться и отмываться, была совсем другого мнения.

На берегу почему-то не было тумана, он стоял только над болотом. Зато нас обступал лес. Только в двадцатой степени не такой, как был в прошлый раз, на рощи Греции это урочище и близко не претендовало. Низкие, толстые, корявые деревья с внушительными дуплами и мощными, выпирающими из земли корнями. Солнца их кроны не пропускали, да и пропускать особенно было нечего: день стоял хмурый и пасмурный. Пока мы приводили себя в порядок, начал накрапывать мелкий дождик. Бо осмотрелась и шмыгнула носом.

– Как гадко… и погода какая…и мне холодно, вот!

– Сейчас разожжем костер, – Йехар пока что грелся очень своеобразно: просто прижал руки к пылающему лезвию Глэриона. Для нас явно надо было измышлять другой способ.

Эдмус появился из-за деревьев и свалил на землю вязанку хвороста. Шут был почему-то молчалив. Это тревожило.

– У вас было когда-нибудь дурное ощущение, что что-то повторяется? – поинтересовался он. – Ну, спирит… то бишь, человек знакомым кажется. Или место.

– Дежа вю?

– Не знаю, какое вю, а я как будто тут бывал. Но не может же быть…

Я, Йехар и Веслав подняли на него глаза разом, но шут только головой затряс да захихикал.

– – Чего не покажется дураку, а? И ведь от такой болезни не лечатся…

Тут я огляделась, обнаружила, что среди нас нет Бо, и почувствовала, что у меня тоже дежа вю. И мне тоже от него… не по себе.

– А где это наша блондинка? – поинтересовался вдруг алхимик, и тут дежа вю во-первых, стало нашей общей проблемой, а во-вторых – развернулось во всех подробностях: из-за стволов деревьев величественно вымахнула белая пантера с оскаленными клыками. Одна из сущностей триаморфини, не самая непредсказуемая, но самая агрессивная – точно.

* * *

– Ну, в целом, нам повезло, что мы были не на поле… и вообще, не на открытой местности…

Мы с Веславом посмотрели на странника мрачно. Иногда его оптимизм было трудно разделять.

Особенно когда пытаешься устроиться на ветвях неизвестной породы дерева, на тебя сверху моросит дождик, а у костерка, заботливо разведенного Йехаром, лежит и греется пантера, она же Бо, она же – труп, как только преобразится, и на нее начнет действовать магия стихий.

Розовый рюкзачок блондинки, зачарованный таким образом, чтобы переходы на него не действовали, мотается у пантеры на спине, придавая хищнице гламурно-безобидный вид. Но спускаться почему-то никому не хочется. И так чудом успели влезть.

– Это что, на нее Арка так действует? – вздохнула я наконец. – Как в другой мир – так и в кошачью ипостась?

Два моих спутника пожали плечами. Третий грохнулся прямо сквозь ветви, зацепился крыльями, ойкнул от боли и повис нос к носу со мной и с невменяемым видом.

– Эдмус, твои вытаращенные глаза цепляются за мой нос, – сказала я устало, – убери лицо на полметра!

Спирит выпутался из ветвей, пошатнулся, чуть не рухнул и примостился, наконец, на каком-то суку.

– Видел что-то необычное? – осведомился Йехар, но Эдмус только головой замотал, продолжая таращиться в крону дерева. Рыцарь пожал плечами и продолжил развивать мысль: – Итак, хорошо, что бедствие… – он покосился вниз, на пантеру, – застало нас не на равнине, а в месте, где присутствует изобильная и высокая растительность. Полагаем, что Бо вскоре вернет себе прежний облик, и мы сможем приступить к выяснению причины, по коей Дружина явилась в этот мир. Очевидно, нам стоит начать, как и в тот раз, с поисков человеческого жилья…

Что-то непохоже, чтобы оно тут вообще было. Не знаю, кто решил бы поселиться в подобной местности, но мое мнение было однозначным: разве что нежить какая-то. Хоть болото это туманное возьми.

– Очевидно, этот мир не слишком дружелюбен, – продолжал Йехар, потирая левую щеку, на которой все еще красовалась корочка из болотной грязи, – в том, что касается погоды, да и… общего настроения. При таких обстоятельствах, мы бы сказали, особенно возможен перекос Гармонии ко тьме или к равнодушию. Будем надеяться, однако, что народы этого мира и этой страны отличаются радушием и доброжелательностью…

– Это вряд ли, – наконец вставил Эдмус. Веслав, который почти всю речь Йехара продремал, прислонившись к толстой ветке, живо выпрямился и поинтересовался:

– Что так?

– Потому что это мой мир.

Глава 5. Когда встречаешь чудовище

– Невозможно!