Ад-184
(Советские военнопленные, бывшие узники вяземских «дулагов», вспоминают) - Иванова Евгения - Страница 83

Книга памяти. Смоленская область. Сычевский район, Холм-Жирковский район. С. 562: Подмазов Василий Степанович, д. Новоселки Батуринского р-на Смоленской области. Умер от ран 07.01.42 г. Вяземский лазарет p/в пленных № Дата рождения не указана.

(без учета проработанных впоследствии материалов)

В Списках погибших в графе «национальность» у 1929 человек указана их национальность (учет велся только в 1-м и 3-м лазаретах). Если учесть, что в СССР проживало более 100 наций и народностей, то в данных Списках представлено более четвертой их части — 30 национальностей! В том числе почти полностью — народы Европейской части СССР и Сибири, Средней Азии и Закавказья. Приведем эти данные: в списках погибших в лазаретах числится русских — 1841 человек, украинцев — 170, татар — 74, белорусов -31, чувашей — 12, башкир -11, удмуртов — 9, мордвы — 8, марийцев — 7 человек. Погибло по одному человеку от национальностей — бурят, зырянин (старинное название народа коми), кабардинец, карел, якут. По два человека от национальностей — еврей, калмык, латыш, нанаец. Из народов республик Закавказья в лазаретах погибло: грузин -13, армян -11, азербайджанцев — 3, дагестанцев — 3, лезгин — 1, осетин — 1, абхазцев — 1. Из республик Средней Азии: узбеков — 9, казахов — 9, киргизов — 8, таджиков — 2, туркмен — 1.

«Родину защищала вся огромная многонациональная страна — Советский Союз. Вместе плечом к плечу наши отцы, деды и прадеды в 1941–1945 гг. шли в смертельный бой с фашистами, вместе они лежат в одних могилах Вяземского лагеря военнопленных. Такое нельзя забывать. Погибшие объединяют и нас, ныне живущих, в единую многонациональную семью. Почти десять лет мы вместе приходим поклониться их братским могилам за не дождавшихся весточек матерей и вдов, положить цветы. Пока мы помним, и мы есть одна семья, в каких бы отдаленных уголках страны люди ни жили» (Л. В. Шлепова, родственница ополченца 6-й сдно г. Москвы К. А. Виталя).

Также были проанализированы указанные в Списках сведения графы «военное звание» (эти сведения содержались только в Списках лазаретов № 2 и 3). Воинское звание указано у 1723 погибших.

Больше всего погибло в лазаретах рядовых — 1423 красноармейца, а также: мл. сержантов — 1, сержантов — 38, ст. сержантов — 7, старшин — 5; имели звание мл. лейтенанта — 11 человек, лейтенанта — 22, старшего лейтенанта — 3, майора — 1 (Сигаев Иван Васильевич, штаб 20-й армии, лазарет № 2). Техников-интендантов (воентехников, техников, в том числе 1 и 2 рангов) в списках значится 6 человек, медицинских работников: фельдшеров (военфельдшеров) — 4, санинструкторов — 1. По лазарету № 3 в списках проходят два «унтер-офицера» — так в старой армии называли младших офицеров.

В этой же графе указано значительное количество гражданских лиц («цивильный», «гражданский»), погибших в лазаретах наряду с военнослужащими, — их 143 человека, большей частью из Смоленской и Тверской областей, и один эвакуированный. Это может означать и то, что в лагерь загоняли местных жителей для устрашения населения, за связь с партизанами. Жестокость карателей не знала предела. Местные жители в плену нередко изменяли свое имя и место проживания, опасаясь репрессий фашистов. Так, в списках погибших числится красноармеец Иванов Сергей Иванович, житель д. Авдеево Борисовского с/с Вяземского р-на Смоленской обл. — «после пленения и избиения немцами умер 07.09.1942 в плену в лагере № 3» г. Вязьма. В списках он сознательно искажает свое имя, называет неправильный домашний адрес. Вяземский райвоенком полковник Васильев 16.07.1952 писал: «Доношу, что умерший в Германском плену 7 сентября 1942 г. красноармеец Родинков Сергей Иванович, уроженец Смоленской обл., Вяземского р-на, Борисовского с/с, д. Авдеево, извещение прислано вами в сентябре 1945 г., по документам оказался не Родинковым С. И., а Ивановым С. И.»[192].

Скудные сведения в списках лазаретов о «военных званиях» военнопленных и их военных специальностях дополняются результатами дальнейших исследований при проработке архивов.

Почти полное отсутствие в Списках военнопленных имен офицеров высоких званий ни о чем не говорит. Никто в той трагической обстановке не был застрахован от гибели, ранения, плена: ни генерал, ни рядовой. Попав в плен, многие офицеры вынужденно скрывали свои воинские звания под угрозой немедленной смерти. Немцы выискивали и расстреливали комиссаров и командиров как своих первых врагов, готовых организовать сопротивление узников. При поступлении новых партий военнопленных в вяземские пересыльные лагеря немцы проводили так называемую «сортировку», отделяя офицерский состав от рядового. Офицеров постоянно искали среди вяземских узников. Об этом пишут в своих воспоминаниях бывшие военнопленные С. Анваер, В. Шимкевич и многие другие.

При документальной проработке Списков выясняются имена офицеров, погибших в «Дулаге-184». Так, например, в списках умерших 25.01.1942 в лазарете № 1 значится Стекольщиков И. С, 1893 г. р., из г. Костромы. После работы с документами ОВД «Мемориал» узнаем, что это был начальник связи 19-й армии полковник Стекольщиков Иван Северьянович, 1893 г. р., считавшийся пропавшим без вести «не позднее 08.11.1942». В Книге памяти Костромской области (т. 1, с. 294) увековечен как член партии, призванный в 1936 г. Костромским РВК, полковник, погибший в плену 25.01.1942. Однако, как установили поисковики, И. С. Стекольщиков был переправлен из Вязьмы в «Шталаг-352» (д. Масюковщина, Минск), где погиб 04.04.1942[193].

Другой пример — Смирнов Илья Ильич, 1900 г. р., погибший 3 августа 1942 г. в лазарете № 1, являлся «интендантом 1-го ранга, начальником 2-го отдела арт. снабжения управления нач. артиллерии 39-й армии». Увековечен в Книге памяти г. Москвы как умерший от ран 03.08.1942 без указания Вяземского лагеря военнопленных (том 12, с. 88)[194].

В вяземском лагере некоторое время находился оказавшийся в плену в бессознательном состоянии командующий 19-й армией генерал-лейтенант М. Ф. Лукин, помещенный в немецкий госпиталь в Вязьме, где ему ампутировали выше колена правую ногу. Была изувечена рука. Позднее Лукин был перевезен на излечение в Смоленский лагерь военнопленных, прошел по многим немецким лагерям до своего освобождения.

С 22 октября по 16 декабря 1941 г. в лагере содержался начальник штаба 32-й армии полковник Николай Степанович Бушманов, позднее создавший в Третьем рейхе в плену разветвленную интернациональную подпольную организацию под названием «Берлинский комитет ВКП(б)», развернувшую активную работу по всей Германии.

Наименования советских воинских частей (подразделений), в которых служили военнопленные, фиксировались только в списках лазарета № 2 в графе «воинская часть». В списках лазаретов № 1 и 3 графа «воинская часть» отсутствовала.

Всего по спискам погибших во 2-м лазарете (главный врач — доктор М. Ю. Чуловский) учтено 1119 человек, у которых указаны наименования воинских соединений и частей (подразделений). Так, в списках упоминаются номера 6 армий (11 человек); 35 стрелковых дивизий (51); 401 стрелкового полка (873); 34 артиллерийских полков (35). В кавалерийских частях служил 21 человек, в воздушно-десантных частях — 12, в других частях и подразделениях — 129.

К сожалению, неизвестно, при каких именно обстоятельствах Списки погибших пленников, составленные за семь неполных месяцев 1942 г., попали в руки Смерша 33-й армии. Где страшные отчеты за остальные месяцы существования «Дулага-184», списки умерших в других пересыльных лагерях в Вязьме (если они велись в той обстановке)? Как и кем были сохранены Списки Вяземского лагеря «Дулаг-184»?

Военнопленных фашисты успели вывезти из Вязьмы до прихода Красной армии в другие лагеря военнопленных, в том числе находящиеся в странах Третьего рейха. Перед отступлением из города в марте 1943 г. фашисты взорвали все лагерные постройки и заминировали подходы к лагерю. Город практически сожгли. Директор вяземского дома культуры рассказывал: «Когда сюда вошла Красная армия, город было невозможно узнать.