Звездная трилогия (СИ) - Кривцун Константин - Страница 267

— Ты на кого-то намекаешь? — прищурился Шамиль.

— Вовсе нет, — усмехнулся я. — Это просто у кого-то разыгрались комплексы.

— Да, я не всегда поступал хорошо и большую часть жизни играл за команду «темненьких». Но комплексов у меня по этому поводу не имеется. А валить на других — это, между прочим, последнее дело. Постарайся для начала разобраться в себе самом.

— Хочешь сказать, я друзей сам бросаю? — нахмурился я.

— Ты всегда в первую очередь стремишься что-то сделать для себя. Таскаешь всех по Фронтиру…

— Нам пора спать! — отрезала Мила. — Завтра побеседуете на свои философские темы!

— Да, мы уже уходим, — согласился Шамиль. — Спокойной ночи!

— И вам! — хмуро отозвался я.

Когда Шамиль и Ксюша ушли, а Мила залезла в душ, я, переборов усталость, все-таки сел к терминалу и влез в интрасеть городка.

Для начала я пробежал по местной энциклопедии. Изучил вопросы, связанные с «автохтонами», краем планеты и исследованиями там. Узнать получилось не так уж и много. «Автохтоны» — синоним слову «абориген». Первые из них сами так себя называли, а потом уже название прижилось. «Автохтоны» поклонялись Храму Изначальных, жили обособленной общиной за пределами поселений. В последнее время они все чаще нападали без видимой причины на обычных людей.

Что касается края планеты и таинственно исчезнувшей ее второй половины, то тут все было еще туманнее. Кто-то подозревал, что вторая часть Полушки находится в подпространстве, кто-то утверждал, что вообще в другой Вселенной. Другие не без оснований говорили о четвертом пространственном макроизмерении, в которое планету поместили Изначальные. До того, как обстановка обострилась, к краю Полушки отправляли экспедиции с разными приборами и сценариями экспериментов. В одной из таких экспедиций вырвалось на свободу какое-то чудище. Именно оно в свое время убило большую часть исследовательского отряда и лишило Пашку слуха. При другом подобном эксперименте мой друг и погиб. Чудовище же, говорят, еще до сих пор бродит по горам на краю планеты и ничего хорошего встреча с ним не несет.

Ладно, подробнее про гибель Пашки мне обещал помочь разузнать Стас. Подождем до завтра, может, и правда найду какую-нибудь интересную информацию.

Я открыл раздел общих новостей Экспансии. Пролистывая заметки за последние месяцы, я все больше мрачнел.

Объединение Земли освещалось в сети в таких восторженных тонах, что сомнений не оставалось: ВА применил внушение. Люди превратились в послушных и счастливых зомби. Я пролистывал репортажи с десятками веселых лиц. Казалось, на Землю внезапно пришел рай. Но меня посещали от этого вовсе не радостные мысли. Неужели в свободе не бывает подлинного счастья? Неужели человек сам не понимает, что ему нужно, и лишь под железной рукой диктатора обретает радость и благодать? Эти идеи мне не нравились. Может быть, некая извращенная логика в них и имелась, но без свободы воли человек — всего лишь раб. И так ли здорово это — быть счастливым рабом?

Земляне настойчиво искали встречи с Наблюдателем и Изначальными, но те не торопились выходить к ним. Поэтому угроза попасть под Волну никуда не исчезла. Никто толком не знал, где еще проходит Стена, и защищена ли от надвигающейся тьмы Солнечная система.

Про саму Стену известно было тоже не так уж много. Видна только с Полушки, появилась несколько месяцев назад. Волна врезалась в нее и остановилась. Одновременно с этим система 31 Орла перестала убегать, и на небо Полушки, наконец, вернулись звезды.

Связь с Землей еще не была восстановлена после этого события. Расстояние до Солнечной системы сейчас составляло тысячи световых лет, ни о каких перелетах не могло быть и речи. Фигурировали в сети и точные цифры, но меня они сейчас не очень интересовали.

Несмотря на пропасть, разверзнувшуюся между Экспансией и Полушкой, сюда неуклонно приближался флот киберов. В новостях об этом упоминалось лишь вскользь, но Стас недвусмысленно дал понять, что информация верна. Судя по всему, роботы шли на каких-то еще более мощных двигателях, чем имевшиеся у «Антареса», иначе путешествие растянулось бы как минимум на десятилетия. Что здесь потребовалось киберам, и почему они изменили курс — оставалось лишь гадать.

Все окончательно сплелось в единый клубок. Перемешалось и перепуталось.

Пора брать вожжи в свои руки.

Изначальные где-то здесь, у них мой сын и ответы на сотни вопросов. Надо во что бы то ни стало вернуть сознание Кэт. Узнать, что с ней случилось, и как мне найти тех, кто повинен в ее теперешнем состоянии. Ну, а там уж я что-нибудь придумаю. Источник сейчас совсем близко, можно пить его энергию без особого труда, и напиться столько, сколько в состоянии вместить мое сознание и тело.

Я пролистал новости дальше. Изначальных планировали искать у планеты Ника. Стало известно, что этот мир вовсе не разрушен землетрясением, а попросту продан древней расе через д-дапара.

Дальше шли бесконечные заметки об успехах нового правительства. И в одном коротком сообщении я вдруг с недоверием прочитал о том, что погибла певица Рия.

— Не может быть! — пробормотал я.

— Что такое? — Мила положила мне на плечи мокрые руки, оказывается она уже успела вернуться из душа и какое-то время тихо стояла у меня за спиной.

— Рия погибла во время теракта, — пояснил я.

— Певица? — хмыкнула Мила. — Ну, бывает. На Земле последнее время неспокойно, а певцы — тоже люди и, к сожалению, не вечны.

— Это верно, — согласился я и поджал губы.

Как объяснить Миле, чем была для меня эта певица? Я вспомнил наш единственный разговор по пути к системе Парквелла. И вспомнил песню, которую Рия посвятила мне.

Так вот и уходят люди — нелепо и не вовремя. Вспомнилась погибшая девушка Таня, а следом за ней перед глазами снова проступила та странная сцена, где я убиваю Кэт. Нет, невозможно!

Я включил колонки, и тишину разорвала грустная мелодия. Последняя песня Рии.

Вскоре за музыкой последовали слова:

— …навек молодой! — вторил голосу Рии бэк-вокал.

— Вот ты и стала вечно молодой, — пробормотал я. — Вас таких много. Молодые, умные, что вы забыли в этом долбаном раю? Почему не остались здесь?

— Сереж, ты чего? — Мила убавила громкость и развернула меня лицом к себе. — Все будет хорошо, слышишь? Ты нашел свою жену, ребенка тоже найдешь! Все будет отлично!

— Совсем недавно ты говорила, что мне не стоит в это верить.

— Я такого не говорила.

— Допустим, — легко согласился я. — Но ты серьезно уверена, что все будет отлично?

— Что именно?

— Кэт, лишившаяся памяти, наши дальнейшие шаги… Да что я объясняю? Все это дерьмо, куда мы угодили!

— Я думаю, мы справимся. То есть — ты справишься. Это, прежде всего, твоя война. Я лишь попытаюсь помочь.

Я чувствовал даже без применения дара и телепатии, что Мила расстроилась, когда Стас привел в комнату мою жену. Что бы там девушка ни говорила, она отчаянно ревновала меня. Черт, как же все это некстати!

— А как тебе Полушка? — спросил я, несколько меняя тему.

— Планета как планета, — пожала плечами Мила. — Если честно, то тут как-то неуютно.

Я вспомнил, что в небе над нами висит мерцающая фиолетовая лента, вспомнил злобное существо, недавно выпрыгнувшее на меня из тени переулка, и невольно передернул плечами.

— А если учесть, что мы где-то по пути потеряли целый год, то я вообще начинаю жалеть, что сюда сунулась, — продолжила Мила.