Звездная трилогия (СИ) - Кривцун Константин - Страница 191

— Как мне тебя называть? — спросил я у нее.

— Ты создал меня, ты и выбирай имя.

— Не могу, — покачал головой я.

— Хорошо, — неожиданно тряхнула волосами она. — Я попробую.

Я с интересом глядел на нее. Неужели она захочет, чтобы я звал ее Наташей? Мне это было бы довольно тяжело.

— Как называют это милое существо? — Девушка указала на трехмерное изображение кошки, висевшее на стене комнаты.

— Обычная кошка, — пожал плечами я.

— Она мне нравится. Пушистая и мягкая, но быстрая и опасная. Она ведь хищница?

— Да, она хищница, — улыбнулся я.

— Можно, меня будут звать Кошка? — задумчиво посмотрела на меня девушка.

— Ну, это не совсем человеческое имя. — Я почесал затылок. — Может, как-нибудь попроще, более по-человечески?

— Но я ведь не человек, — нахмурилась собеседница.

— Я тоже, — развел руками я. — А имя мое — вполне человеческое.

— Маскировка? Чтобы скрыться? Затеряться? Я правильно говорю?

— Ну, наверное.

— Хорошо, есть ли похожие человеческие имена?

Я задумался. Кошка. Какое имя может звучать так же? Голова гудела, мысли совершенно не поддавались какому-то контролю. Сказывалась усталость последних часов, стресс и неопределенность будущего.

— Ну так что, Сергей? — переспросила девушка. — Может быть, на другом языке? На Земле ведь много языков.

Кошка. На английском это звучит «кэт». Вполне человеческое имя.

— «Кэт» в переводе с английского означает «кошка», — сказал я.

— Хорошо, — просияла девушка. — Называй меня Кэт!

«Через несколько часов тебя уже не будет со мной, Кэт», — подумал я.

Зачем эта фальшь? Зачем это желание создать видимость того, что все закончится хорошо? Все будет плохо. Ты окажешься у Изначальных, они опять сбегут, тьма надвинется на Экспансию, поглощая одну планетную систему за другой. А затем не станет ничего. Мой мозг распадется на атомы, и только что придуманное имя исчезнет — не останется вообще ничего от этой беседы.

Да, Хранитель, ты прав. Мы все так любим ходить по краю, потому что так приятно чувствовать себя героями, смотреть в туманные дали и вдыхать воздух свободы. Только один неверный шаг — и о туманные дали разбиваются лбы, воздух свободы начинает отдавать сладковатой гнилью, а герои просто умирают.

Как все сложится? Как мне спасти всех сразу?

Мы еще долго разговаривали, узнавая друг друга, радуясь неожиданной и приятной встрече за тысячу с лишним световых лет от Солнечной системы. Я ловил каждый жест, каждое ее легкое движение, понимая, что осталось совсем недолго. Наши минуты неумолимо таяли. Мы стремительно двигались по ленте времени от прошлого к будущему. К тому будущему, вместо которого я видел в своих видениях лишь пустоту и тьму.

Д-дапар вышел на связь утром.

Под потолком раздалось:

— Наблюдатель в соответствии с договором просит передать на этот космолет имеющееся у вас существо. Наблюдатель желает, чтобы парламентером выступил Сергей Краснов. Он ведь с вами, не так ли?

Вот и все. Теперь осталось выбрать, в какую сторону мне шагнуть. Как ни крути, оба варианта — это пропасть.

Не прошло и минуты, как в комнату позвонил Смирнов.

— Пора! — вместо приветствия воскликнул он, как только я открыл ему дверь.

— Космолет, с которого пришло сообщение, находится на полярной орбите планеты Кваарл, — прокомментировал его реплику электронный мозг «Антареса». — Рекомендую начать движение к точке встречи!

— Готов, Сергей? — спросил у меня Смирнов.

— Не знаю, — покачал головой я и бросил быстрый взгляд на Кэт.

Смирнов понял, что разговаривать на эту тему в присутствии девушки просто некрасиво, поэтому жестом поманил меня в коридор.

— Сейчас, Кэт! — как можно мягче улыбнулся я, выходя за дверь.

— Ты не объяснил ей? — в упор спросил Смирнов.

— Что я должен был ей объяснить? — фыркнул я. — Что мы отдаем ее непонятно кому ради спасения человечества?

— Хоть бы это сказал, — пожал плечами агент. — Как ее теперь отдавать? Она еще вздумает сопротивляться!

— Как ее вообще можно отдать? — вздохнул я.

— Даже если бы я не был связан по рукам и ногам, вариантов-то все равно нет! — Смирнов потер щеку. — Ты обязался отдать ее Наблюдателю, придется отдавать.

Выбора и в самом деле не было. В любом случае я проиграл. Или потеряю то, что совсем недавно приобрел, либо позволю уничтожить всех людей. Вроде бы несоизмеримые вещи, но где-то в глубине души вдруг появилась гадкая мысль, что ни я, ни Кэт людьми-то, в общем-то, не являемся.

— Ты бы отдал Рейч на перезагрузку? — взглянул я Смирнову в глаза. — Даже если бы у тебя не было другого выбора?

— Не надо, Сергей! — отвел взор Юра. — Рейчел и так переделали. Без моего ведома. Все мои труды оказались напрасны. Теперь я человек, а она — робот. Мы поменялись ролями.

— Верно, — кивнул я. — Но я вижу, что если бы от тебя хоть что-то зависело, то ты бы ее не отдал!

— Пожалуй, так. Только на кону слишком большие ставки. Тебе в этой ситуации ничего другого просто не остается!

Как же давят на нас эти вероятности и возможности. Можно ли разрешить ситуацию как-то иначе? Навряд ли.

Эх, надеюсь, люди достойны того, чтобы жить!

— Ладно, — кивнул я. — Полетели к космолету Наблюдателя.

— Есть, — тут же отозвался мозг «Антареса». — Расчетное время до встречи — двадцать минут.

— Как обычно происходит встреча? — повернулся я к Смирнову. — Нам придется пристыковывать челнок? Или у Наблюдателя есть стандартный стыковочный узел?

— Он генерирует вокруг себя силовое поле, заполняет образовавшийся пузырь воздухом, пригодным для дыхания, и создает плоскость, где происходит общение.

— Что за плоскость?

— Прозрачная площадка. Вероятно, тоже какое-то поле.

— Если я правильно понимаю, достаточно будет открыть внешний люк и пройти по этой площадке к Наблюдателю?

— Да, он будет ждать в центре, — подтвердил Смирнов. — Одевать скафандр, насколько мне известно, будет проявлением неуважения.

— Понятно. Пойду беззащитным.

— Не забудь про наши условия! — сказал агент. — Наблюдатель должен надавить на Землю, чтобы ПНГК смогло нормально общаться с ней, а Республика Марс стала свободной.

— Не нравятся мне эти условия, — вздохнул я. — Не представляю, как Наблюдатель осуществит то, что вы хотите. Но договоренность есть договоренность. Где, кстати, наши конкуренты?

— Шамиль уже прибыл на свой космолет. Они ждут развязки и готовятся к обратному пути. Втроем в таком перелете им придется несладко.

— Будем считать, что их так наказала судьба за все то зло, которое причинило нам Секретное ведомство. Может, провидец найдет по возвращении работу получше. Тем более что страна разваливается, а способности у него исчезли.

— Посмотрим, — пожал плечами Смирнов. — Ладно, пора! Иди, расскажи девушке, что ей делать! Осталось уже совсем немного времени, скоро все решится. Мне хочется надеяться, что ты справишься.

За напускной бодростью агента явно читалась усталость и растерянность. Что будет дальше с Рейч? Сколько ему самому осталось до перезагрузки?

— Постараюсь справиться, — уныло кивнул я и открыл дверь своей каюты.

Свет был погашен, Кэт сидела на диване и смотрела на калейдоскоп планет в матрице визора. Она улыбалась, пролистывая кнопками на пульте один мир за другим. Марс сменился Юпитером, потом Сатурном. Я на миг залюбовался ее волосами, сверкающими в свете матрицы.

Кэт повернулась ко мне, и глаза ее тоже блеснули отраженным светом далеких миров.

— Я тут учу географию Экспансии. — Девушка махнула рукой в направлении экрана. — Что-то случилось? У тебя странный вид.

— Нет, — покачал головой я и прошел в комнату, после чего дверь автоматически закрылась за моей спиной. — Знаешь, ты такая красивая…

— Ты меня смущаешь, — улыбнулась она, глядя на меня исподлобья.

Я вздохнул и сел на койку, прикрыв глаза и массируя виски.