Звездная трилогия (СИ) - Кривцун Константин - Страница 165

Почва жадно впитывает в себя теплую человеческую кровь.

Другая группа людей, решившая последовать моему совету и выбраться из Сент-Кросса, наблюдает с холма за тем, как рушится то, что осталось от города. Проседают и разваливаются панельные жилые дома, ломаются шпили метеовышек, на космодроме рассыпаются кольца антигравов атмосферного лифта. Асфальт трескается, и в образовавшиеся черные провалы падают автомобили, деревья и куски зданий. Кажется, будто ненасытная планета проглатывает все то, что принесли сюда чужеземцы.

Под ногами людей пробегает стремительная серая тень.

«Крыса!» — кричит кто-то и пытается закрыть нос воротом куртки.

Его товарищ лишь усмехается, тихонько кашляя в кулак и сплевывая очередной кровавый сгусток.

— Все оставшиеся погибли, — сказал я, поджимая губы. — Сент-Кросса больше нет.

Ричард резко отвернулся и отошел от меня.

Я же постарался отогнать негативные мысли. Если все время думать о том, что случилось, то можно сойти с ума. Кто теперь будет приходить мне в кошмарных снах? Оврам придется потесниться.

Накрапывал мелкий дождь, ветер бился о корпуса машин, забирался в складки одежды, бросал прямо в лицо холодные капли.

То ли от холода, то ли после долгой дороги мне вдруг захотелось справить нужду. Я как раз готовился предупредить Смирнова о том, что отлучусь, когда к нам подошел военный, прибывший в Сент-Кросс вместе с колонной. Я уже видел его перед нашим отъездом из города и все силился вспомнить, где мог встречаться с ним до визита на Джейн. Этот довольно высокий человек с резковатыми движениями носил кепи и полевую форму.

— Как его зовут? — поинтересовался я у Жукова.

— О! — глубокомысленно протянул инженер. — Это Джордж Уолкер, бывший генерал! Он здесь совсем недавно.

И тут я вспомнил. Конечно же! Тот самый Джордж Уолкер, который на планете Заря рассказывал мне об оврах. Что он здесь делает?

Уолкер между тем стал пересчитывать людей и машины. Вскоре выяснилось, что от их былого числа осталась едва ли половина.

— Нас мало, но мы еще живы! — обводя всех взглядом, сказал Уолкер. — Я не буду называть вас героями и задвигать патриотические речи. Только скажу, что мы теперь поедем по верхней дороге и будем внимательнее. Джейн удалось водить нас за нос несколько дней! На моей памяти такое происходит впервые! Похоже, мэр Харрис погиб еще в правительственном убежище, а то, что нам удалось спасти, — это всего лишь его призрак. Но теперь мы будем осторожнее и не позволим пудрить нам мозги.

— Ничего себе, — только и сказал я.

— Ему даже меня удалось провести, — покачал головой Смирнов, подошедший ко мне.

Я повернулся и увидел, что рядом с ним, смущенно сжимая узкой ладошкой могучую кисть агента, стоит Рейч. Сам же Смирнов выглядел на удивление бодрым и спокойным. Будто бы и не было всего этого сумасшествия с эпидемией, Иркой, джейн.

Как ему удается всегда быть в форме? Неужели он простой агент ПНГК? Нет, истина наверняка спрятана гораздо глубже. И чутье мне не поможет до нее добраться. Смирнов стал моим другом, да и дар теперь работает уже не так активно, как раньше.

— А вы какой-то особенный, что ли? — хмыкнул Жуков.

— Не лезь в то, чего не знаешь, — сказал Смирнов и привалился спиной к бамперу автомобиля.

— Ох, какие мы агрессивные! — скривился Жуков. — Не очень-то и хотелось, честно говоря!

— Иди ты, — фыркнул агент и что-то прошептал Рейч, после чего они ушли.

— Сам иди, грубиян! — воскликнул Жуков через минуту, когда удостоверился, что Смирнов его уже не услышит. — Вот настоящий мужчина! — Евгений кивнул на Уолкера. — Не то, что твой приятель-позер!

О том, кто тут больший позер, можно еще было поспорить, но я не имел никакого желания пререкаться с Жуковым, поэтому просто кивнул. Снова накатили позывы опорожнить мочевой пузырь, и мне пришлось оставить Евгения в одиночестве и отойти от колонны на десяток шагов.

Спокойно отлить мне не дали.

— Эй! Малявка! — послышался оклик сзади.

Кричали, естественно, на английском, поэтому я не мог ответить. Но, судя по тону, отвечать и не требовалось.

Трое высоких и крепких ребят подскочили ко мне.

— Ты никак мочиться собрался? — весело заметил самый крупный из них. — Страшно, да? Понимаю, землетрясение, личинки! Чужаку у нас неуютно!

— Что вам надо? — прикидывая, кого ударю первым, спросил я по-русски.

— А! Ты как собака — все понимаешь, а сказать не можешь! — хохотнул заводила. — Хорошо, мы просто сами расскажем тебе, в чем дело.

Я приготовился слушать, все еще размышляя, бить парню в солнечное сплетение или в подбородок.

— А дело в том, что как только вы с корешком появились в колонии, у нас тут катастрофы начались. Представляешь? Одна за другой! Одна за другой! И все никак не кончаются! Нет, ты не думай, мы не трусы. Мы привыкли ко всему — и к дождю, и к холоду, и к спорникам с джейн. Просто ты разбудил какую-то лавину! Ураган, эпидемия, землетрясение! Неспроста это все. Вот и сказал мне Джимми: «Надо его порешить — и все наладится!» И, знаешь, я вот тоже начинаю так думать…

Замах и удар я почувствовал слишком поздно. Дело в том, что я упустил из виду четвертого парня. Он, пользуясь плохой видимостью, подкрался со спины и саданул мне по голове каким-то тяжелым предметом.

Вспышка, секундная потеря памяти — и я уже валяюсь в грязи, глядя на обидчика снизу вверх. Здоровяк, говоривший со мной, тотчас же принялся добивать меня ногами, матерясь и шумно дыша.

Я понял, что этому человеку ничего не стоит просто забить меня до смерти. Вся эта сцена меня просто бесила. Ни за что! Просто потому что я чужой, потому что не родился на этой проклятой Джейн!

Где-то внутри заклокотала ярость, удушливая волна поднялась и вырвалась из горла надрывным криком. Ну уж нет! Я прошел Забвение, я уничтожил целую цивилизацию, я убил десяток тварей Колодца, сбежал из СВ, пролетел полгалактики! И это все — лишь для того, чтобы погибнуть здесь, из-за их тупого страха перед чужаками?

Откатившись, я вскочил на ноги. Боль ушла, вымытая из крови потоком адреналина.

Не на того нарвались!

Я поднял руки перед собой, через силу улыбаясь и с трудом фокусируя глаза на противниках. Четверо. Не так уж и много.

Первым я положил того самого бугая, который читал мне лекцию. Я сделал два шага вперед и, уйдя от удара, врезал обидчику апперкотом прямо в подбородок. Парень подлетел в воздух почти на метр и безжизненной тушей рухнул в грязь.

Я устремился к остальным. Одного ударил ногой в солнечное сплетение, потом добил локтем по затылку. Другого приложил в прыжке по челюсти, так что его раскрутило, будто фигуриста-профессионала, и отбросило на несколько метров. Последний попятился назад, успел даже что-то прокричать и замахнуться автоматом, прежде чем я вбил ему кадык в позвоночник.

Вот и все.

Расправившись с нападавшими, я смачно сплюнул и принялся растирать затылок. Волосы слиплись от крови, а под кожей росла массивная шишка.

Бедная моя голова! В который уже раз она принимает на себя такие удары!

— Фриз! — услышал я в следующую секунду.

А это еще кто? Пошатываясь, я оглянулся и увидел Джорджа Уолкера. Он стоял в десятке шагов от меня, выставив перед собой рожок гравистрела. Две долгие секунды мы смотрели друг другу в глаза. Потом я понял, что бывший генерал узнал меня. И еще понял, что пытаться на него напасть — глупая затея. Слишком далеко…

Я поднял руки вверх и криво улыбнулся. Все тело болело, в груди снова начинала рождаться злость.

— Следуй за мной! Разговор есть! — приказал мне Уолкер.

— Минутку! — нагло ответил ему я, после чего повернулся к бывшему генералу спиной и расстегнул ширинку.

— Я буду стрелять! — скорее удивленно, нежели зло воскликнул он.

— Момент! — повторил я.

Преспокойно помочившись под прицелом, я привел себя в порядок и сказал:

— Теперь можно идти. Простите, просто очень приспичило.