Сердце меча - Чигиринская Ольга Александровна - Страница 152

Снова выпили. Моро опять положил руку на плечо своего пленника — на этот раз Дик выпил тоже.

— Казалось бы, у него нет другого выхода, кроме как идти на поклон ко мне, взрослому человеку и пилоту. Но нет. Он сумел сколотить команду из гемов. Драйвером у него был боевой морлок. Кто-нибудь из вас может представить себе вот такую ряху за консолью? — Моро показал одного из охранников. — Но даже гориллу можно выучить жать на нужные кнопки. Я оказался не у дел. Положение мое осложнялось тем, что такого хорошего пилота и прирожденного лидера, каким показал себя Дик, я убивать не хотел…

— И такого бисёнэна, — засмеялась Ольга. — Моро, неужели тебе здесь мало девок и мальчиков, чтобы тащить к нам из Империи?

— Это слишком личный вопрос, сеу, — ухмыльнулся Лесан. — Право же, оставьте мне хоть немножко частной жизни. Итак, я вынужден был изощряться как никогда в жизни. Я сумел взломать систему доступа к корабельному сантору и запустил смерть-программу базы данных, а вместо нее ввел квазибазу, которая была так примитивна, что мне до сих пор стыдно. Этот обман продолжался недолго, но достаточно для того, чтобы юный капитан Суна совершил роковую ошибку — перепутал рукава галактики и принял, что естественно, Ядро за Скопление Парнелла. С этого момента он был обречен попасть сюда. Надо отдать ему должное — он мужественно боролся. Я предлагаю выпить и за его здоровье.

Послышались смешки, но многие выпили.

— Ну, а дальше — мое дело было уберечь корабль от наших патрулей. Я бежал на последнем вельботе и тут встретил человека, с которым должен честно разделить свою славу. Капитан Джориан, прошу любить и жаловать!

Джориану зааплодировали. Он встал, не зная, куда деваться от собственной значимости, потом снова сел и, поняв, что Моро ждет продолжения рассказа от него, начал:

— Ну, я там сыграл небольшой спектакль — будто бы я скваттер, и станция Акхит — наш скват. Все вроде шло хорошо, но этот мальчишка был сущий клещ. Он цеплялся ко мне всяко, следил, подозревал все время — и в конце концов чуть не ухайдакал. Ладно, я на него не сержусь — он попробовал потрепать Дика по другому плечу, но тот отдернулся. — В общем, пришлось попотеть. Да я, как бы, тут ничего особенного и не сделал…

Тут дверь открылась — и в залу вошла Лорел. Все встали при ее появлении, мужчины преклонили колено.

Все, кроме Дика.

Моро поднялся с колена и переместился так, чтобы не оказаться с ней на одной линии. С ее появлением пришла тревога. Она не должна была спускаться сюда — не ее уровень. Что она здесь делает, какая нелегкая ее принесла?

— Я позволил себе ознакомить гостей с моей историей без вас, моя леди — потому что вы эту историю уже слышали, — сказал Моро. — Ничего нового и интересного для вас…

— Я сама решаю, что ново и интересно для меня, Лесан, — перебила Лорел. Слуги поднесли ей сиденье — и она опустилась на пуф, разглядывая юного «сохэя», как диковинную зверушку.

«О, боги, — подумал Моро. — Это ревность».

Положение было отвратительным. Джориан стоял и теребил орриу, и взгляд сидящего Дика был сейчас устремлен прямо на этот меч. Лорел не собиралась уходить, и Моро никак не мог найти возможности ее спровадить. Джориан болван и намеков не поймет. Оставалось разве что облить платье Лорел вином. Она уйдет переодеваться, и операцию можно будет свернуть. А то и провести, почему бы нет? — но без нее, только без нее…

Он щелкнул пальцами, и служанка с подносом в руках заспешила к нему. Только бы Джориан заткнулся.

— Продолжайте, мастер Джориан, — улыбнулась Лорел, и Джориан, кретин, растаял от высочайшего внимания. Но ему все-таки хватило ума понять, что рассказывать о штурме манора нельзя.

— Ну да, — сказал он. — Э-э-э… То есть… Мальчик бросил корабль на планету, и нам пришлось за ними побегать… В общем-то, ничего интересного и нет: эта женщина с ребенком, леди Констанс — они умерли, вот и все.

Дик поднялся, переводя взгляд, разом ставший осмысленным, с одного на другого.

— Как умерли? — спросил он.

Служанка, глупая копуша, была уже здесь, но тут Лорел задержала ее, подняв свой бокал… Боги, как медлено эта соня наливает! Моро встал рядом с Джорианом, мысленно заклиная юношу — «Я здесь, бей сюда!». Он подал Сариссе сигнал рукой — поскреб ногтями правой руки тыльную сторону левой — «возможная опасность, уводи госпожу». Но отдать такую команду было легче, чем выполнить ее — не могла же Сарисса отпихивать Лорел прочь.

— Умерли обыкновенно, во время штурма, — с охотой сказал Джориан. — Малыш оказался слаб здоровьем, помер от инфразвука, а матушка его кинулись на бойца в кидо — считай, с собой покончили. И братец ее тоже в драку полез… В общем, все умерли, вот ведь какая жалость… Я сам так плакал — думал, не переживу…

Пока Джориан говорил, Дик смотрел не на него, а на Лорел. Та сидела неподвижно, пока служанка наполняла ее бокал, и Моро, казалось, слышал эхо мыслей Дика — на кого, на кого так мучительно похожа эта женщина? И только когда Джориан сказал «думал, не переживу» — Дик резко развернулся к нему и ответил:

— Правильно думал, — а потом издал какой-то звук, прерывистый и странный.

Моро положил руку на флорд. Все дальнейшее произошло в мгновение ока.

Джориан икнул и дернулся, а потом у него спереди словно выросло алое крыло и он завопил, падая на спину. Его орриу был теперь в руках у Дика, и Моро выбросил лезвие своего флорда вперед, предвидя и предчувствуя тот удар, который Дик должен был нанести сразу же, высвободив лезвие — но этот его блок утонул в пустоте: лезвия орриу там не было — оно сидело глубоко в груди Сариссы, и, перекрывая вопль Джориана, в воздухе звенел голос Дика:

— Си-нэ-э-э-э[44]!!!

Моро еще на что-то надеялся, а в Дика уже влепились не меньше четырех пуккху[45] и охранники бежали к нему; не обращая на это внимания, он резко дернул орриу на себя, хлестким движением руки превращая четырехметровое копье в бич с бритвенно-острыми краями — и грудь Лорел взорвалась страшным кровавым Z.

Все онемели. Дик повалился на пол, скрученный волокнами пуккху, отчаянно дергаясь и пытаясь высвободиться, разрезая волокна орриу и не замечая, что они вновь и вновь срастаются. Морлок, подоспевший первым, выбил меч из его руки и ногой наступил ему на спину. Моро бросился к Лорел, перепрыгнув через Джориана, вскрытого как рыба — от паха до горла, через Сариссу, которая еще жила — только для того, чтобы понять: все кончено.

— Лорел, — прошептал он, падая на колени и беря в руки ее золотую голову.

Ее глаза были пусты. Удар орриу обрушился сверху на плечо и шею — а потом обратным движением лезвие-бич разорвало ей легкие и сердце. Это был удар «нарриу-эт’эйонну эйеш» — обратный круговой удар, когда лезвие совершает оборот в 180 градусов и обрушивается на жертву со все силой, набранной при этом движении…

Дик, связанный и придавленный морлоком, засмеялся.

Нелепость происходящего была такова, что Моро с трудом воспринимал реальность. Не верю, ибо абсурдно. Он должен был убить меня. Он был сконцентрирован на мне, я подставился под удар, я сделал все, чтобы оказаться под его мечом… Но не оказался!

Там оказалась Лорел…

Еще секунда — и все пришли в себя. Зала наполнилась разноголосым женским визгом, охранники принялись выталкивать людей, Дик, корчился на полу между двумя своими жертвами — волокна пуккху больно врезались в тело. А Моро смотрел на него, держа на руках Лорел, и думал, что лучше покончить с собой, пока сюда не пришел Шнайдер…

И вдруг откуда-то сверху, перекрывая шум, раздался полный ужаса растерянный зов:

— Ди-ик! Ди-и-ик!

Суна, притихший было, снова забился, но крикнуть в ответ не мог, только захрипел.

— Да хватит тебе дергаться! — не выдержал один из охранников. — Все равно до прихода сёгуна никто сдохнуть тебе не даст!

Дик уронил голову. Его волосы, тщательно вымытые и расчесанные, пропитывались чужой кровью. Зал опустел. Потом дверь открылась и вбежал Шнайдер. Ему уже, по всей видимости, сказали самое главное — потому что он сразу кинулся к Лорел.