Владыка башни - Райан Энтони - Страница 118

Голова Мюрель шевельнулась у неё на коленях, и Лирна сообразила, что девушка спит. Из её приоткрытого рта вырвался мучительный стон: наверное, ей вновь снился кошмар, пережитый на судне. Лирна хотела погладить её волосы, но сдержалась: в ответ на неожиданное прикосновение Мюрель начинала кричать. «Прости, — мысленно сказала ей Лирна, глядя на подрагивающие ресницы. — Судя по всему, мне не удастся разгромить их империю».

Лодка опять накренилась. Подняв взгляд, Лирна увидела Бентена: он стоял на корме, прикрыв ладонью глаза от солнца. Рыбак смотрел на восток.

— Снова акула? — спросила она.

Тот помедлил какое-то время, будто внезапно закоченел, затем повернулся к ней с мрачным видом:

— Нет. Парус.

Прочие вздрогнули и разом оглянулись, так что лодка угрожающе закачалась.

— Воларцы? — уточнил Илтис.

— Хуже, — ответил Бентен. — Мельденейцы.

Капитан мельденейского судна с презрительным любопытством смотрел на них сверху вниз, ухватившись за леер.

— Так-так, кажется, мне попались сухопутные крысы, угодившие в рабство. По крайней мере, очень на это похоже.

— Никакие мы не рабы! Освободили себя своими руками. — Илтис взмахнул цепью, которую постоянно держал поблизости на случай, как подозревала Лирна, если придётся-таки убивать Харвина.

— А где же ваш корабль? — поинтересовался капитан.

— Потоплен вместе с нашими похитителями.

— Как и всё сколько-нибудь ценное, что было на его борту. — Капитан оглядел лодку, задержав взгляд на Мюрель, а затем — на шрамах Лирны. — Зачем, например, понадобилась им такая красотка? — хохотнул он.

Лирна подавила гнев, прекрасно понимая, что, если он не подберёт их, впереди ждёт смерть.

— Я неплохо образованна, — ответила она, так как её настоящий титул мог вызвать лишь новый смех. — Умею говорить на нескольких языках. Хозяину требовалась гувернантка для его дочерей.

— Да ну? — протянул капитан, переходя на альпиранский. — Может, скажешь ещё, что читала «Песни золота и праха»?

— Разумеется.

«И даже почти знакома с их автором».

— Где находится сердце разума?

— В знаниях. Но лишь тогда, когда знания сочетаются с милосердием.

«Надеюсь, ты понимаешь, о чём это слово», — подумала она.

— Воларский знаешь? — спросил капитан на языке Королевства, сузив глаза.

— Да.

— Читаешь и говоришь?

— Само собой.

— Ну-ка, поднимите её на борт, остальные мне не нужны.

— Нет! — крикнула Лирна. — Возьмите всех! Если вам нужны мои умения, я буду работать на вас, но заберите нас всех.

— Ты не в том положении, чтобы торговаться, моя поджаренная красавица, — со смехом возразил капитан. — Но могу продемонстрировать своё великодушие: захвачу ещё и девчонку.

Один из матросов, который стоял рядом с ними, вдруг закричал, показывая куда-то. Лирна оглянулась и увидела знакомую акулью голову, показавшуюся в волнах ярдах в пятидесяти от них. Чудище легло на бок и раззявило острозубую пасть. Капитан отдал короткий приказ, и мельденейцы бросились к снастям, сам же он изумлённо уставился на Лирну. Она поставила ногу на борт лодки.

— Всех нас, — повторила она. — Или я спрыгну.

Всех, кроме Лирны, отвели в трюм. Илтис и Харвин не желали отдавать свои цепи, но пришлось подчиниться, когда они увидели обнажённые сабли. Лирну капитан втолкнул в свою каюту — тесную каморку, заваленную рулонами карт и разнообразными сундуками. Капитан поднял один из сундуков, поставил его на низкий, привинченный к полу стол, с трудом отпёр замок и откинул крышку. Вытащив свиток со сломанной печатью, протянул Лирне:

— Читай!

Она развернула пергамент и пробежала глазами по строчкам. Смысл она поняла сразу, но решила не торопиться — у этого человека, похоже, был слишком острый глаз.

— «Командующему Двенадцатым корпусом Воларской императорской армии генералу Реклару Токреву от советника Арклева Энтриля, — медленно, как бы с трудом начала она. — Приветствую, любезный зять. Полагаю, мне следует поздравить вас, хотя полный отчёт о вашей великой победе ещё не достиг наших ушей. Прошу вас, передайте наилучшие пожелания моей почтенной сестре...»

— Хватит! — рявкнул капитан, забрал свиток и достал из сундука небольшую, переплетённую в кожу книжицу. — Теперь давай это.

Лирна перевернула несколько страниц и сделала вид, что озадачена, пряча невольную улыбку.

— Какая-то бессмыслица, — сказала она.

— Почему? — Глаза капитана превратились в щёлочки.

— Буквы вперемешку с цифрами. Наверное, это тайный шифр.

— А ты и в шифрах разбираешься?

— Мой отец был купцом. Ему приходилось пользоваться секретным письмом, чтобы конкуренты не пронюхали про его дела и...

— Разобрать сможешь? — оборвал он её.

— Постараюсь, но потребуется время, — пожала плечами Лирна.

— Вот что я тебе скажу, сухопутная крыска, — он подошёл так близко, что она почувствовала его дыхание на своей щеке, — такой роскоши, как время, у тебя нет.

— Но мне надо подобрать ключ.

— Ключ?

— У любой тайнописи есть ключ, который открывает её смысл. Зачастую им владеют очень немногие...

Он взял Лирну за локоть, потащил из каюты на палубу и дальше к трюму. Они прошли мимо её товарищей по несчастью, скорчившихся в тени паруса и окружённых матросами. Мюрель проводила её испуганным взглядом. Капитан, сжимая книгу, подвёл Лирну к закрытой дверце в кормовой отсек, рядом с которой стоял вооружённый часовой.

— Отопри! — приказал ему капитан.

Пахнуло тяжёлым смрадом, внутри тошнотворно воняло экскрементами, мочой и застарелым потом. Лирну замутило, но капитан с силой втолкнул её туда. В углу тёмной каюты сидел мужчина. Волосы пленника были длинными и грязными, обрывки форменной одежды запачканы его собственными нечистотами, а запястья и щиколотки скованы кандалами.

— Врежь ему, если только пошевелится, — рявкнул капитан матросу. Тот поднял дубинку и подошёл поближе. — Он быстр, как змея. Выхватил из сапога стилет и метнул в глаз моему матросу — единственному, кто говорил на его свинячьем языке. — Капитан ткнул пленника носком ботфорта, тот застонал, а хозяин корабля отступил в сторону и кивнул Лирне. — Если кто тут и знает треклятый ключ, то только он.

Присев, Лирна осторожно пододвинулась к узнику, затылком чувствуя близость охранника — из сапога у него торчала, поблёскивая в полумраке, рукоятка кинжала. Пленник покосился на Лирну. Насколько она могла судить, маска из запёкшейся крови скрывала молодое симпатичное лицо.

— Теперь они пытаются запугать меня всякими уродками, — пробормотал он.

— Как вы сюда попали? — спросила Лирна на его языке.

— А уродка, оказывается, разговаривает, — ответил он. — Передай этому псу, пусть лучше убьёт меня сейчас, ибо как только наш флот обнаружит его лохань...

— Если хотите выжить, заткнитесь и слушайте меня, — оборвала его Лирна, стараясь говорить как можно спокойнее. — Будьте уверены, ваша жизнь мне безразлична: я буду хохотать, когда они скормят вас акулам. Вот только если мне не удастся убедить пиратов в вашем согласии на сотрудничество, вслед за вами за борт бросят и меня. Итак, как вы здесь оказались?

Пленник склонил голову, просчитывая все «за» и «против». Его высокомерная усмешка определённо скрывала живой ум. «Напоминает Дарнела, только с мозгами, — подумала Лирна. — Неприятная перспектива».

— Меня предали, — произнёс он наконец. — Глупо обманули. Только дурак может поверить словам раба. Он пообещал мне клад, зарытый мельденейским пиратом, самым знаменитым из всех, когда-либо бороздивших моря. Остров все считали легендой, но у раба была карта, за которую он хотел выторговать себе свободу. Это место находился всего в нескольких днях пути от нашего курса, так что я не увидел большой беды.

— А когда вы высадились, то вместо сокровищ нашли пиратов.

Пленник устало кивнул.

— Это вы верно подметили, — сказала Лирна. — Только дурак поверит рабу.