Анита. Новая жизнь (СИ) - Тарасенко Алена - Страница 56

Услышав этот голос, мы с Рейсом мгновенно оторвались друг от друга. Посмотрела в сторону говорившей женщины и поразилась глубине чувств, которые выражали ещё глаза. Любовь, так много любви, боль, радость, надежда, страх, ожидание.

Ноги сами понесли меня к ней. Остановилась буквально в шаге…

Женщина взволнованно ломала себе руки. Я же замерла, не зная, как быть дальше. Мужчина, стоящий рядом, прижал её за плечи к себе, отступив вместе с ней на шаг.

Видя все это, я ничего не понимала. Думала, это мама. А они отступают. Оглянулась на Рейса, он оказался рядом, за спиной. Видя непонимание на моём лице, поспешил успокоить:

— Крассина, ранее ты никому не позволяла вторгаться в твоё личное пространство. Это твои родители, ты правильно поняла. И они… — мужчина некоторое время подбирал слова, — не хотят тебя тревожить.

Не поняла? Меня со страшной силой тянуло обнять этих мужчину и женщину. Это было выше меня. Может, все дело в изменениях, произошедших на острове в последние дни. Может, дело в том, что хочется иметь папу и маму. И я чувствовала от стоящих рядом тепло и любовь. Может, Крассина все ещё живёт во мне. И я просто сделала это.

Шаг вперёд, ещё шаг. И обняла ее. Ещё такую молодую, хрупкую женщину. На вид ей не больше тридцати. Только несколько седых прядей выдают истинный возраст.

— Доченька, — всхлипнула не ожидающая ласки женщина.

Отец оказался прекрасным стратегом. Он тотчас же присоединился, обнял нас обеих. А я… я почти почувствовала себя дома. И была бесконечно благодарна судьбе за это.

Вот и состоялась наша встреча с мамой и отцом. Мы сидели в гостиной, только я и они. И рассматривали друг друга.

Мама… Какое светлое чувство я испытываю, глядя на эту женщину. Она такая же не очень высокая, по сравнению с мужчинами, как и я. Мягкая, нежная, хрупкая, изящная. Идеальная прическа, красивое нарядное платье цвета морской волны. Мягкая добрая улыбка. И синие глаза, в которых можно прочесть об испытываемой ею радости.

Отец же более сдержанный. Нет, он, конечно же, тоже счастлив видеть меня, но все чувства прячет внутри себя. Только одобрительно смотрит на то, как я позволяю матери то взять меня за руку, то приобнять.

А мне не тяжело, наоборот, хорошо от этого. Чувство, что я дома, крепло с каждым мгновением. Они такие… замечательные, мои родители!

Мои. Именно так я их воспринимаю.

Рейс исчез, как только понял, что я в порядке. Ему нужно было все решить с рыжей шпионкой. Мне дали три дня на подготовку. Мама, услышав об этом, да ещё и поняв, что я не возражаю, так загорелась идеей сделать все по высшему разряду, что я предоставила ей все, кроме выбора моего наряда. Вмиг после этого нежная и чувствительная женщина превратилась в торнадо. Она привела меня на ужин, где перезнакомила с тремя тетушками, двумя дядюшками и всеми членами их семейств. Более шестидесяти человек!

А после ужина, на котором я только улыбалась, ела и изредка отвечала на вопросы, мать принялась за организационные моменты. Вот только тогда я начала подозревать, почему на острове был разговор о том, что мою семейку даже целая планета не выдержит! Мама хуже генерала!

Распоряжения тихим маминым голосом отдавались так, что их мгновенно принимали во внимание и клятвенно заверяли, что все будет сделано именно так, как решила мать. Мужчины очень быстро покинули нашу компанию, получив свою порцию поручений. Один дядюшка должен заказать свадебный торт, и чтоб в срок, и учитывая вкусы мои и Рейса, и чтоб без излишней помпезности, но истинно свадебный. В общем, я бы сама не смогла найти соответствие всем шестнадцати! пунктам, которым должен соответствовать наш торт. Бедный дядя, мужчина слегка за сорок на вид, выше матушки на три головы, вымученно улыбнулся и пообещал:

— Все будет. В срок и в соответствии со всеми пунктами.

А потом сбежал. Его примеру последовали два кузена. Мать, заметив, что происходит, поджала губы и обвела взглядом оставшихся со словами:

— Ен и Рис, если думают, что провели меня, глубоко ошибаются. У меня для них будет особое поручение!

Вот честно, мама в этот момент была похожа на маньяка! Увлеченная, с блеском в глазах, предвкушающая забаву кривоватая ухмылка! Я с удивлением поняла, что меня все это нисколько не тяготит. Наоборот, я наслаждаюсь, радуюсь, предвкушаю.

А вот дальше началось что-то непередаваемое. Раздавая поручения направо и налево, мамочка не заметила, как вокруг никого не осталось. Все разбежались с заданиями. Взгляд женщины остановился на мне. Вместо того чтобы, как и прочие родственники, с обреченным видом ожидать приговора, то есть обязательного, пунктов на десять-двадцать, задания, я все так же улыбалась. Радовала и вся эта суета, и ситуация в целом.

Вдруг глаза матери заблестели. Я даже поднялась с кресла, что ж такое, почему слёзы.

— Я понимаю, ты уже взрослая. И давно самостоятельная и ответственная личность. Но для мамы ребёнок всегда остается тем, о ком волнуешься, переживаешь, желаешь счастья. Сейчас, видя эту улыбку на твоём лице, я мечтаю об одном. Чтобы ты оставалась такой же открытой.

Сейчас в тебе чувствуется внутренний свет. А ещё эта улыбка, которая даёт понять, что моя девочка действительно чувствует радость. Это так важно, чтобы ты радовалась предстоящему событию. Это ведь новая страница в жизни.

Так, мы сейчас будем говорить, как мать и дочь перед свадьбой? Мама решила поделиться секретами? Надеюсь, все ограничится общими фразами. А то что-то у меня начали возникать нехорошие подозрения. А мать тем временем продолжила:

— Крас, девочка моя, ты уже достаточно взрослая, чтобы понимать, что твоё счастье в твоих руках. Мы все тебя любим, и хочется видеть тебя счастливой. И то, что мы с отцом видели, когда вы прилетели, вселяет уверенность, что все у вас будет хорошо. Когда есть страсть, это уже полдела. Любовь придёт со временем, как и все остальное, нужное в браке. Рейс никогда тебя не обидит. А вот все остальное зависит от тебя.

Начинается! Только бы не та тема, о которой я подумала в первый момент.

— Да, милая. В семье атмосферу задаёт женщина. Если твой мужчина сыт, и в плане еды, и в интимной сфере, и в плане общения, отдыха, то он доволен.

А дальше мне прочитали лекцию о супружеской жизни. Когда пошёл второй час нескончаемого потока информации, в дверь постучали.

Я была бы рада любому спасителю, к Рейсу же бросилась в объятия, шепча на ухо, чтоб мать не услышала:

— Спаси меня! У меня уже непередаваемое желание сбежать отсюда!

Он улыбнулся, не выпуская меня из объятий, и обратился к матери:

— Клариссана, вы позволите похитить вашу дочь? Я договорился о выборе платья для Крас в доме моды Лоринес.

Это известие произвело на мать впечатление. Видимо, известный бренд или дизайнер.

— Дом Лоринес, — мама сияла, услышав эту новость, — невероятно. Крас, у тебя просто потрясающий жених. Они отказали даже принцессе, как вам это удалось, Рейс?

— Клариссана, у меня осталось всего три дня, чтобы доказать Крассине, что она делает лучший выбор. И никогда не пожалеет о нем.

Видя умиление на лице матери, порадовалась за неё. И за себя, так как меня наконец-то отпустили. С напутственными словами:

— Милая, только не чёрный цвет, прошу тебя. Остальное мои нервы выдержат!

Не поняла?! Это мои нервы третировали уже полтора часа разговорами о том, как угождать мужу! Но я лишь улыбнулась, решая быть терпимой. Я ведь мало что знаю о себе прежней. Может, у мамы и есть основания делать такие предположения.

— Конечно, мам.

С этими словами мы удалились.

И, только выйдя на улицу, поняла, что на улице поздний вечер. Встреча с родителями и прочими родственниками была волнительной и приятной. Даже последние наставления мамы уже не так напрягали, ведь я понимала, что все это для меня. Забота, внимание, любовь. Да, все это время я чувствовала любовь окружающих, несмотря на мою былую отчужденность и нежелание пускать кого-либо в своё личное пространство.