На краю (СИ) - "Setroi" - Страница 125

Вот я и занялся заново созданием артефактов. За прошедшее время с прошлого раза я многому научился у Гнорна, главное я изучил частично гоблинский рунный алфавит, он был куда сложнее чем тот которому меня обучал Анкель, в нем имелось в десятки раз больше символов, но за счет этого можно было достичь намного больших результатов с ним.

Сейчас просто заменив руны внедрения в сознание встречных разумных на аналогичные гоблинские мне удалось достичь увеличения радиуса действия артефакта в два раза.

Теперь можно было не беспокоиться о том, что меня смогут увидеть неодаренные или со слабым даром разумные с расстояния в восемьсот метров. Но это было не все, если раньше в толпе артефакт мог и не сработать поскольку мог обработать до сотни разумов одновременно, то теперь это ограничение исчезло. Сейчас артефакт мог обработать какое угодно количество разумов в радиусе своего действия, но возник и минус.

Ранее энергорасход артефакта был практически незаметный, теперь же расход существенно возрастал с количеством разумов которые необходимо обработать. Бриллианта который я решил использовать вместо ранее используемого рунного накопителя теперь должно хватать по расчетам на восемь часов беспрерывной работы при нагрузке в тысячу разумов. Больше разумов обработать надо значит время работы уменьшится, меньше и соответственно срок работы вырастает.

И если кажеться это маленьким расходом, то спешу разочаровать расход весьма не мал. В тот бриллиант размером в одну десятую карата помещается около двух моих резервов маны.

Что весьма немало, мне даже в восстановительной медитации на такое количество маны придется потратить около семи часов, может быть немного меньше. Но к счастью мне не нужно было сидеть в медитации и только и заниматься тем чтобы восстанавливать свой резерв.

У меня был под боком весьма хороший источник маны в виде эльфийки. Резерва у нее никакого, но зато скорость регенерации в два десятка раз превышает мою. Она даже без медитации может заполнить накопитель в артефакте всего за пару десятков минут.

Правда Стагниэль была не сильно рада своему использованию в виде батарейки. У нее самопроизвольно в сознании появилась закладка, внимательно осмотрев ее я понял, что это фобия по отношению к тому, что кто-то будет качать у нее ману.

Вообще в моих силах было избавиться от этой ментальной закладки тем более пока она не успела укоренится, но это было не в моих планах. Эта закладка помимо всего дополнительно подрывает доверие к другим эльфам.

А это было уже совсем не плохо. Иметь верного мне эльфа полезно в подобной ситуации. Иногда смотря на мои поступки со стороны мне становится гадко, ведь Стагниэль не виновата в том, что я оказался в этом мире, она просто честный служака и собиралась просто верно служить своему государству.

Но я уже давно усвоил, что необходимо думать в первую очередь о своих близких и себе, а чужаков использовать к своему благу. А никем другим для меня Стагниэль не была.

Внезапно проснувшаяся совесть была с большой скоростью усыплена прагматичностью. Грустно усмехнувшись я повесил заряжаться артефакт отвлечения внимания на кожанном шнурке на шею эльфийки.

— Если кого-то заметишь то сразу активируй артефакт, — произнес я, — Он настроен так, что все что находится в радиусе двух метров от него попадает под действие.

— А как же ты? — спросила она у меня, — Ведь ты не сможешь меня видеть.

— О, тут можешь не волноваться, я внес параметры своей ауры в артефакт и на меня он не будет действовать. — произнес я уверенно. Вообще это был экспериментальный блок из гоблинских рун, блок исключений. Так что в его работе я не был уверен на все сто процентов, но процентов на семьдесят я ему доверял.

— А ты хороший артефактор, раз смог создать такой артефакт на ходу, — произнесла с некоторым уважением эльфийка.

— Ты просто не видела, что умеют делать нормальные артефакторы, а не такие недоучки как я, — вспомнил я возможности Гнорна и Анкеля, и ведь артефакторика не была их профильным направлением.

— Наш маг в приграничной крепости где я служила артефакты делал неделями, — произнесла она.

— Так это он просто цену себе накручивал. Простые артефакты делаются быстро, а вот сложные могут действительно создаваться месяцами и даже годами. — произнес я ей в ответ.

— Но для шамана у тебя неплохо получаются артефакты, — произнесла Стагниэль и даже улыбнулась мне. Правда практически сразу сделала серьезное выражение лица.

— Ну да я такой, — усмехнулся я довольно.

Вообще Стагниэль о магии знала прискорбно мало для той у кого такой мощный источник маны. Но вот как убивать магов, как избегать магии она знала прекрасно. Не знаю кого из нее хотели в итоге вылепить, но по моим ощущениям убийцу магов.

Вот только война с серыми все планы изменили. Они оказались весьма серьезными толи захватчиками, толи защитниками и эльфы не смогли быстро разобраться с ними.

А ведь в родном мире эльфов любое вступление Леса в войну почти гарантировано означало окончание военных действий. У эльфов за счет их высокой продолжительности жизни были самые сильные и самые обученные маги.

У них даже магические звания давали совершенно по другому. Так мастер магии в человеческих государствах по меркам эльфов был подмастерьем недоучкой, архимаг у них считался магистром.

Правда это высокомерие их не раз приводило к катастрофам. Вон семь сотен лет назад магистр геомант смог сравнять с землей пол центрального леса. А все из-за того, что его недооценили и отправили на разборки трех эльфийских мастеров.

Это был один из немногих случаев войны с эльфами когда о прекращении боевых действий запросили сами эльфы. Кстати этот магистр геомант до сих пор жив и является уже архимагом больше двух сотен лет. Причем не только по человеческим меркам, но и по эльфийским.

Сам он в политику не лезет, создал нечто похожее на научно исследовательский институт и теперь занимается исследованиям по внутреннему строению планеты. Анкель рассказывал, что он собирает экспедицию к ядру планеты для проведения экспериментов.

Но ему в этом активно мешает совет архимагов поскольку считает, что он желает уничтожить мир вмешавшись в работу ядра планеты. Да уж страсти там кипят еще те, настоящий змеюшник и это без учета высших магов.

— Федор, ставь защиту, — крикнула внезапно Стагниэль и ускорилась так, что яедва увидел ее перемещение. Я сразу приказал поставить защиту Земели и вокруг меня появился земляной купол. Защиту я поставил очень вовремя, со спины я почувствовал сильный удар в купол, когда обернулся увидел руку пробившую купол. Это оказалось фатальной ошибкой напавшего. Через мгновение рука провалилась вовнутрь купола уже будучи отрубленной.

— Это кто такой на нас напал? — спросил я почувствовав смерть разумного. Только после этого я дал команду снять купол.

— Бродяги, — произнесла Стагниэль, выглядела она не очень, по всему телу были синяки и раны. Изо рта тонкой струйкой текла кровь, правая рука и вовсе была сломана в нескольких местах, но при этом держала обломки земляного меча сделанного для нее.

— Ты пока помолчи, я займусь твоим лечением, — произнес я и приказал духу жизни заняться лечением эльфийки.

— Спасибо, я думала умру в этом бою. — произнесла она когда раны немного подзатянулись.

— Ну зачем так говорить, ты сильный мечник. что тебе этот бродяга. — начал я успокаивать девушку, но проверив ее сознание через ментальный канал понял, что это и не нужно ей было, все же она воин и готова к смерти в любой момент.

— Не какой-то, а очень даже сильный и быстрый. — произнесла она, — Раньше я могла выйти против одного такого, но предварительно накачавшись эликсирами снимающими барьеры со всего тела и под защитой артефактов, сейчас же я была голой и вооруженной землей которой придали форму меча.

— Но ты ведь справилась? — спросил я у нее.

— Да, но тут что-то не так. Я была быстрее чем раньше и моя кожа стала крепче чем когда-то, — произнесла Стагниэль рассматривая затягивающиеся травмы, — Я смогла принять на меч удар бродяги. Раньше от такого меня бы всю переломало, а тут всего то пару переломов руки. Федор, что со мной произошло?