Медиум для банкира (СИ) - Мор Дэлия - Страница 64

Я успела только затолкать баул в шкаф, как Сергею пришло смс.

– Изга приехал, – сообщил он, глядя сначала на экран смартфона, а потом поймав мой перепуганный взгляд – Пойду, встречу. Не переживай, пожалуйста. Чтобы он сегодня не сказал, мы все равно найдем способ избавиться от духа. МРТ помог, значит, есть на твоего Индиса управа.

Я рассеянно кивнула и смотрела в одну точку, пока дверь снова не открылась.

– Добрый вечер, – вежливо поздоровался мужчина в темно-синем свитере и темных джинсах.

Постоялец ошибся номером? Работники отеля по-другому выглядели.

– Здравствуйте, – неуверенно ответила я, и тут он протянул руку.

Из-под длинного рукава показался браслет из деревянных и пластиковых бусин. Во второй руке он держал круглый кофр на длинной лямке.

– Меня зовут Изга, – представился шаман. – А ты – Наталья, верно?

Я замерла с открытым ртом и ответила «да» далеко не сразу. Господи, он одного возраста с Контом! Не назови имя, я бы решила, что друг патриция из столицы приехал. Шаман весело улыбался, в уголках глаз собирались озорные складки. Выбритые до синевы щеки казались округлыми, как у всех добряков. Волосы он коротко стриг под военный полубокс и выглядел удивительно цивилизованно для жителя тайги.

– А это бубен? – глупо спросила я, глазами показывая на круглый кофр.

– Да, – кивнул он, выпуская из-за спины припозднившегося Конта, – мне нельзя расставаться с бубном, вот и ношу везде с собой.

– Проходи, – Сергей жестом пригласил к двум креслам и журнальному столику, – располагайся.

– Благодарю.

Шаман аккуратно прислонил бубен к спинке кресла, а сам устроился на краю сидения.

«Шарлатан, – протянул Индис. – знаешь, как я догадался? Чем длиннее волосы у шамана, тем проще ему общаться с духами. А у Изги прическа офисного клерка».

Я дернула плечом, будто это могло отогнать назойливого духа, и шаман поразил в первый раз:

– Болтает с тобой?

Ага. Молчал дольше двух часов, а тут вдруг высказался. Я онемела, не сводя взгляда с «клерка», а он задумчиво покручивал бусины на браслете.

– Вы его слышите?

– Нет, чувствую. Примерно, как ты ощущаешь покалывание статического электричества. Сергей, я привез твоей невесте подарок. Можно вручить?

Я удивилась, услышав про невесту. Сама узнала только утром. Успели поговорить, пока их фойе в лифте поднимались?

– Конечно, – дал «добро» Конт, и шаман с величайшей осторожностью вынул из кармана джинс тряпичный сверток.

– Натуральный хлопок, – пояснил он, открывая невзрачную упаковку, – чтобы не сбить синтетикой тонкую настройку камня. Это тебе, Наталья.

Он расправил подарок на тряпице и я ахнула. Узкая лента, сплетенная из сотен черных бусин разного размера. Орнамент угадывался с трудом, но в расположении камней чувствовался внутренний ритм и смысл. Безумно захотелось потрогать руками.

– Сам сплел? – спросил Конт.

– А как же. Такое в магазинах не купишь. Я обещал тебе амулет? Вот он. Примеришь, красавица? Сергей помоги. Нужно повязать на лбу, чтобы самый крупный камень оказался четко по центру. Выпуклой стороной наружу, разумеется.

«Амулет! – фыркнул Индис. – И за это двадцать тысяч евро? Конт в своем уме? Уродливая побрякушка. Как ты с ней на улице появишься? Даже в руки не бери. Не трогай».

Выдал себя. Если побрякушка бесполезна, зачем нервничать? Грудь аж спазмом скрутило в солнечном сплетении. На мгновение показалось, что снова задыхаюсь, но это мой собственный испуг. Давно дух так явно не проявлял себя.

– Не нравится ему, – хищно оскалился Изга, – еще бы, черный оникс.

Мне название камня ни о чем не говорило, но Индис забился судорогой в груди. Глядя, как я гримасничаю, Конт выхватил у шамана амулет и приложил плоской стороной к моему лбу. Камни оказались холодными. Но не такими, как обычно бывают украшения, а по-настоящему ледяными. Будто их двое суток держали в морозилке, и теперь от них по коже изморозь расходилась в разные стороны. Меня заколотила дрожь.

– Привязывай! Быстрее! – с азартом крикнул шаман, и Конт туго затянул черную ленту.

Изморозь шла лучами звезды, проникала под кожу, внедрялась в мышцы и заменяла собой нервы. Я уже не могла стоять на ногах. Согнулась пополам, повиснув на руках Сергея, и все пыталась дотянуться негнущимися пальцами до головы.

– Нет, держи! – командовал Изга, бросившись к кофру с бубном.

Под треск застежки молнии я уплывала куда-то в темноту. Холод добрался до сердца, пальцы онемели сначала на ногах, а потом на руках. Индис закричал. Визгливо и раздражающе на одной очень высокой ноте. Кто-нибудь закройте мне уши, я сама не смогу!

Тело становилось глыбой льда. Я уже не слышала и не видела ничего. Только где-то вдалеке монотонно звенел колокол. Такой большой, с низким голосом.

Бом! Бом! Бом!

Мне очень сильно хотелось разглядеть колокол. Я тянулась к нему, пыталась потрогать покатые бока, обвести пальцем замысловатый рисунок. Но колокол ускользал. Играл со мной в прятки. «Попробуй, догони».

Бом! Бом! Бом!

Где же он? Совсем близко. С низкими звуками всегда так. Они звучат будто в тебе и тяжело угадать, откуда именно. Я мечтала обнять колокол, тянула к нему руки и, наконец, почувствовала тугой браслет на запястье.

– Наташа?

Сергей звал. Все громче и настойчивее перебивая голос колокола.

Бом! Бом! Бом!

С последним ударом комната выплыла из темноты. Перед лицом маячил тот самый рисунок, который я никак не могла разглядеть. Правда, вместо металлического литья колокола им оказалась цветная роспись из треугольников и квадратов на шаманском бубне. Я лежала на кровати, Сергей сидел рядом, а Изга склонился надо мной, медленно опуская деревянную колотушку.

– Наташа, ты слышишь меня? Тебе холодно? Можешь пошевелиться?

Согревалась я медленно, но арктическая стужа отпустила сердце и больше не мешала дышать. Тело казалось деревянным. Пальцами ног я шевелила, а с руками была беда.

– Нормально… пройдет.

Язык не слушался. Будто бы распух и с трудом помещался во рту.

– Я не знал, сколько оникса будет достаточно, – виновато признался шаман, – на всякий случай еще принес, чтобы добавить, но, кажется, хватило с головой. Слишком хорошо я думал о духе. Слабее он.

Сергей молчал. Я видела, как он побледнел и все никак не мог отпустить мою руку. Главный вопрос мучил сильнее, чем жажда.

– Помогло?

– А ты проверь, – склонил голову на бок Изга. – Поговори с ним. Не бойся, если специально промолчит, я его все равно почувствую. Возмущение нужно. Спровоцируй его как-нибудь.

Идея пришла сразу. Я подтянула к губам ладонь Сергея и поцеловала.

Такого Индис не мог выдержать. Его ожившая Констанс, любовь навеки и так далее целовала руки проклятого соперника. Абсолютно невыносимое зрелище. Даже Сергей испугался и попытался вытащить ладонь из моих пальцев.

– Нет, подожди, – попросила я, – сильнее его раздражить невозможно.

– Но не так же, – глухо ответил он и вдруг наклонился к моим губам.

От поцелуя становилось теплее. Я чувствовала себя мертвой царевной в хрустальном гробу, а его царевичем Елисеем. Кровь быстрее побежала по венам, силы появились. Даже каменный обод на лбу согрелся.

– Получилось? – выдохнул Конт, отстранившись.

– Да, – вместо меня ответил Изга. – Он здесь, но сделать ничего не может. Молчит. Да, Наташа?

Я подтвердила, все еще не веря в происходящее. Получилось, господи! Неужели? Я вспыхнула от радости, но слабость помешала вскочить с кровати и запрыгать по комнате. Конт сжал мои руки так крепко, что я боялась – сломает.

– Дух заблокирован, – объяснил шаман и широко улыбнулся. – Выгонять его опасно. Ты почувствовала, как глубоко сидит…

– Она каждый раз так амулет надевать будет? – заволновался Сергей.

– Нет, только в первый раз. Ониксу настроится нужно, потом будет легче, я с бубном уже не понадоблюсь. Через пару месяцев Наташа привыкнет. Будет снимать и надевать амулет, не замечая.