Медиум для банкира (СИ) - Мор Дэлия - Страница 62

– С твоими родителями, конечно, нужно было до предложения познакомиться. Мы обязательно съездим к тебе, обещаю. Как только все утрясется с шаманом и работой. С моим отцом сложнее. Я просто не хочу, чтобы он тебя видел.

Папа-Конт явно будет не рад выбору сына, к гадалке не ходи. Деревенская девка еще и во внучки ему годилась. Я угрюмо пошевелила ободок кольца на пальце. Крупный камень переливался на солнце десятками граней и, казалось, горел изнутри.

– Если ты не хочешь, значит, не надо.

– Наташа, – ласково сказал Сергей, – отец увел мою первую жену. Я не верю, что это повторится, но мало ли. А теперь серьезно. Я прекращаю с ним отношения. Совсем. Буду жить собственной жизнью, как папа мечтал много лет. Может быть, на похороны приеду и то не факт, как бы жестоко это не звучало. Знаю, что выгляжу обиженным ребенком, но так, по сути, и есть. Сил нет ругаться и мириться, я просто устал.

– Понимаю, – вздохнула я. – Как скажешь, так и будет. Не всем же жить по заветам Кота Леопольда из добрых мультфильмов.

– Ты расстроена, – догадался он. – Но поверь, по-другому никак и это единственное, что омрачит нашу свадьбу. Пойдем, покажу фабрику. Ты всегда очки носила? Как я мог их проморгать?

– Нет, зрение испортилось в средних классах школы, – с трудом улыбнулась я. – Пересидела за компьютером по ночам, наверное. У меня близорукость. Минус деликатный и в обычной жизни не мешает. Читаю я свободно, телевизор тоже вижу, а на улице уже плохо ориентируюсь, если вдаль нужно осмотреть. Особенно в незнакомых местах.

– Ясно, – склонил голову на бок Конт.

– Офтальмолог сказал, что все пройдет, – поспешила добавить я. – Когда начнется старческая дальнозоркость, зрение на какое-то время станет совершенно нормальным.

Патриций расхохотался и больше про очки меня не спрашивал. Только иногда нарочито аккуратно, приобняв меня за талию, уводил в сторону от препятствий. Было весело и не обидно. Увидев его в первый раз перед стойкой ресепшн банка, ни за что бы ни подумала, что он такой заботливый.

Корпуса фабрики Сергею достались старые. Ремонт сделали только внутри, оставив снаружи непередаваемый колорит архитектуры времен развитого социализма. Сейчас цеха тоже строили квадратными и не баловались изысканным декором, но на глаз все равно старые постройки безошибочно отделялись от новых. Не знаю, по каким признакам. По запаху времени, наверное.

– Оборудование несколько лет не обновлялось, – рассказывал патриций, – некоторые линии морально устарели. Франко занижал цену за фабрику, понимая, что сюда придется вложиться. Но потенциал есть. Не смотря на кризис, удалось сохранить квалифицированные кадры. Обеспечить фабрику – договорами на поставки, людей – работой – и дело пойдет. Административное здание, конечно, совсем никуда. Я хочу построить рядом новое, но сейчас денег мало. Ограничусь пока ремонтом и обновлением мебели.

Экскурсия получилась короткой. В пищевой цех без спецодежды и санкнижки нельзя, склад и место погрузки машин Конт счел неинтересным, поэтому сразу повел в административное здание. У двери начальника встречал управляющий Антон Вальшевский. Рыжий ирландец с хитрым прищуром и загубленными мечтами обзавестись итальянским боссом. У меня сердце в пятки ушло, стоило вспомнить, с каким скандалом мы расстались. Но он смотрел будто мимо меня. Не узнал в очках, пластыре на лбу, старой блузке и с другой прической? Хоть бы!

– Сергей Геннадьевич, – поздоровался он, пожав Конту руку.

– Наталья Загорская, – представил он меня, – наш новый помощник экономиста.

Ох, зря. Вальшевский дернулся и уставился на меня в упор. Значит, память на имена лучше, чем на лица.

– Из переводчиков в экономисты?

– Антон, – осадил его Конт. – Ты хочешь объясняться еще раз?

Все-таки состоялась после гостиницы взбучка от начальника. Вальшевский ссутулился, покаянно опустил голову, но взглядом сверкал исподлобья. Злобу затаил? До сих пор считал эскортницей, которую хотели подложить под Франко? Будут еще у меня с ним проблемы, я уже поняла.

– Нет, что вы, я все понял, – управляющий поднял руки в извиняющемся жесте и открыл дверь. – Прошу. Сергей Геннадьевич, я начальников собрал на совещание, ждем вас.

– Да, хорошо, провожу Наталью до рабочего места и приду.

От взгляда Вальшевского в спину у меня чуть блузка не задымилась. Даже Индис прервал молчаливый бойкот и прокомментировал:

«Мало ему Конт всыпал. А скорее всего, ограничился устным предупреждением. Эх, Наташа, плох тот мужик, что не может защитить свою женщину от хама».

«Тот, что душит её и роняет на лестницу, награждая раной, которую потом в травмпункте зашивают – еще хуже».

Дух фыркнул и снова исчез из моих мыслей. Ненадолго его страданий по Констанс хватило. Язвительность оказалась привычней и естественней. Я уже не верила в историю с мертвой возлюбленной и нетерпеливо ждала шамана.

Ремонт внутри здания и правда был «не айс». Серо-желтые стены, обшарпанные двери все в том же советском стиле. До интерьера ТФКБ, как до фабрики пешком от остановки. Зато здесь мне было гораздо уютнее. Напоминало чем-то коридоры родного ВУЗа. Конт завел меня в кабинет с табличкой «Экономический отдел» и представил пожилой, но очень элегантной женщине.

– Инесса Игоревна, знакомьтесь. Это – Наталья, я говорил вам о ней утром.

Розовый брючный костюм, очки в металлической оправе и неправдоподобно высокие каблуки у светлых туфлей. Совершенно белые волосы Инесса собирала в аккуратный валик на затылке, а дневной макияж делала так профессионально, что Елизарова бы сдохла от зависти.

– Добрый день, – улыбнулась женщина, а Конт продолжил ритуал знакомства.

– Наташа, это старший экономист и заместитель начальника отдела Ливинская Инесса Игоревна. Я попросил её помочь тебе освоиться с работой.

– Приятно познакомиться.

– Мне тоже. Ваш стол, Наталья, располагайтесь. Вы какой чай любите?

– Черный, – удивленно ответила я.

– Прекрасно, – просияла широкой и совершенно искренней улыбкой Инесса, – значит, сработаемся.

Конт ушел, а мне первым делом показали «чайную тумбочку». Верхнюю полку занимали чашки, сахарница, а на нижней уютно расположились пачки с чаем и коробки с печеньем. Совершенно невозможные вещи в ТФКБ, где чай гоняли пить в специально отведенное место, а в тумбочках у сотрудников лежали только необходимые для работы вещи.

Мне стало совсем хорошо. Сладкое я любила, а без «чайно-кофейных перерывов» в банке сильно страдала. Значит, режим здесь мягче, чем у римских рабов на галерах. Вообще отлично.

– И все-таки, Инесса Игоревна, – сказала я, запивая чаем овсяное печенье, – чем вам может помочь студентка очного отделения экономического факультета? Без опыта, но с огромным рвением и желанием учиться.

– С архивом, конечно, – лукаво улыбнулась начальница.

Черт! Так я и думала. Куда же я денусь от бумажной работы? Видимо, эту стадию никак не миновать.

Глава 6. Неслучайность шестая – шаман Изга

Увиделись мы с Контом снова только к концу рабочего дня. Он не вылезал из совещаний и переговоров, а я не выныривала из архива. Инесса Игоревна чтила «Перечень типовых управленческих документов с указанием сроков хранения» и часть отчетов хранила вечно. Их требовалось вносить в опись, раз в год проверять сохранность, т.е. пересчитывать и отмечать, а описи потом тоже хранить вечно. В отличие от банковских документов, где почти все хранилось не дольше пяти лет, здесь чувствовалась история. Я дивилась на огромные цены в миллионах конца девяностых и с улыбкой читала старые канцелярские формулировки.

– Как прошел день? – спросил патриций, открывая дверь машины.

– Понравилось, – честно ответила я, – завтра еще раз приеду.

Сергей улыбнулся и сел на водительское место. Всю дорогу до моста мы делились впечатлениями. Энтузиазм деятельного Конта, ожидаемо, тормозили мелкие текущие проблемы.

– Поставщиков сырья в регионе по пальцам можно пересчитать, и те – постоянно смотрят в соседние области, – рассказывал он. – Спрос на молоко выше, чем предложение. Прежние объемы отдают легко, а чтобы нарастить производство нужно побороться, поуговаривать, соблазнить высокой ценой закупки. Ты не устала меня слушать?