Медиум для банкира (СИ) - Мор Дэлия - Страница 40

Глава 16. Случайность шестнадцатая – ревность и её последствия

К вечеру жизнь в отеле набирала обороты. Гости возвращались с дневных прогулок и шли в ресторан отдыхать от трудов праведных. Солидные мужчины медленно тянули дорогой коньяк из пузатых бокалов, а женщины отламывали маленькими вилками кусочки десерта. Разговоры звучали чуть тише, чем приятная музыка и если не вслушиваться, то чужие проблемы пролетали мимо сознания, не задерживаясь. Были те, кто молчал и просто пришел поесть. Для них официанты приносили блюда высокой кухни на квадратных тарелках с очень широкими бортами. Видимо, чтобы крошечные порции в них выглядели на свой ценник.

Хостесс проводила нас с Контом в дальний конец зала к столикам на двоих и роскошному виду через стеклянный фасад на ночной город. Я с тоской вспомнила о том, что общага закрывается в десять, и потом даже взятка вахтерше в размере особо крупной шоколадки не поможет попасть домой. Ни разу еще не ночевала на улице? Сегодня придется.

– Ваш официант скоро подойдет, приятного вечера, – вежливо сказала Хостесс и улыбнулась настолько профессиональной улыбкой, что она выглядела естественно.

– Спасибо, – ответил патриций одновременно со мной и открыл меню. – Наталья Игоревна, вы ведь не ужинали. Может, закажем что-то серьезнее латте?

От запаха кофе из бара и вида проносимых мимо блюд у меня живот подвело. Дома в холодильнике ждали две сосиски, если Машка или Катюха их не съели, и полпачки майонеза. А вместо латте, макиато и фраппе – черный чай, со всем известным профилем индийской принцессы.

– Я не голодна, спасибо, только кофе.

– Вы на своих диетах ничего, кроме гастрита, не заработаете, – нахмурился Сергей Геннадьевич, – а засыпать на голодный желудок – вообще вредно. Кушайте, пока молодость позволяет ни в чем себя не ограничивать. Потом начнет донимать давление, придется отказаться от кофе, алкоголя, жареного мяса и жизнь станет преснее вегетарианского меню.

Я прикусила язык, чтобы не съязвить на его заботу. Кофе патриций пил, с коньяком я его пока не видела, значит, не о себе говорил, сетуя, что нельзя мясо. А у меня была особая диета. Безденежная. Очень эффективная, кстати. Нет лишних денег – нет лишних килограмм.

– И все-таки латте, – настояла я. – Позвольте мне хотя бы здесь не оправдываться и не сочинять причины. Я сыта этим по горло.

Прозвучало резко, но банкир сделал вид, что не заметил. Сам устал и не мог внутренне собраться для разговора. Я понимала, почему готов обсуждать проблемы со здоровьем, разглядывать соседей или страницы меню. Маяться дурью и тянуть время лишь бы не слышать, что нарыла на переговорах стажерка-экстрасенс. Важная сделка сорвалась. Теперь он как ролик на репите бесконечно проигрывает сцены, фразы, реакции. Где он ошибся, что не сделал? Мало ему размолвки с Франко, еще и я собралась рассказывать про бумажку Вальшевского с тремя счетами. Иногда паранойя богатых, что все против них и только мечтают разорить, оказывалась правдой. Их окружением двигала зависть, выдаваемая за чувство справедливости. «Ни умом, ни талантом, ни фантазией не вышел, а денег куры не клюют. Чем я хуже? Почему я не богат?»

Потому. Я давно перестала задаваться этим вопросом и поверила, что на все есть план свыше. Стало спокойно и интересно наблюдать, как нити вероятностей переплетаются, рождая удивительные совпадения. Они вели меня всю неделю от объявления на фонарном столбе до столика в ресторане гостиницы «Сибирский дом». Настал момент понять, зачем все это было нужно.

– Сергей Геннадьевич, я начну, если вы не против. С отчетом и фотографиями мы, надеюсь, разобрались. В договоре меня смутил только крайний срок расчетов и то, вместе с запиской в папке Антона Вальшевского.

Индис очнулся и начал помогать с номерами счетов, суммами и получателями платежей. Память духа не нуждалась в тренировке, а моя, наоборот, с таким количеством цифр никогда бы не справилась. Конт сначала удивлялся, потом порывался что-то записать на салфетке, а под конец почти не выходил из прострации. Не знала, что будет звучать настолько впечатляюще. Не хотела театральных эффектов, они отвлекали от сути.

– Если бы я сам не уговорил вас помогать, то сейчас принял бы за сотрудника ФСБ, как минимум, – наконец, ответил Конт. – Или одного из гениев, которых они якобы опекают. Феноменально. Я могу сравнить данные, но уверен, что вы нигде не ошиблись. Однако, что вас смущает? Да, деньги с общего счета перераспределяются на три других, и?

Я опешила, если честно. Немного другой реакции ждала. Доход от продажи бизнеса Конта пролетал мимо его кармана, а он удивлялся, что не так. Ум за разум заходил, стоило попытаться это осознать и возвращался обратно в одном единственном случае.

– Вы знали, да?

– Знал, – подтвердил Конт, покручивая в пальцах край бумажной салфетки. – Это моё распоряжение. Сделка с Франко – часть длинной цепочки. Одно из её звеньев. Не самое важное, кстати говоря. Я представить не мог, что здесь будут проблемы. Все упирается в срок, вы верно заметили. Из-за некоторых тонкостей я не могу указать в контракте сразу те счета, которые нужны, приходится пользоваться условно транзитными. Я понял ваше сравнение. Деньги там не задержатся, а сразу пойдут дальше. И если Франко завтра опоздает с решением, я просто не успею их перечислить. Цепочка прервется, все будет зря. Собственно, это я и обсуждал во время того срочного звонка. Время, Наталья Игоревна, единственная валюта, чей курс может взлететь до потолка за считанные секунды и всех резервов не хватит, чтобы выкупить себе хотя бы пару минут.

Я ничего не поняла, хоть он и подтвердил часть моих догадок про конечного получателя, которого не захотели показывать в контракте Франко. Вот только я подозревала аферу старшего Конта против собственного сына, а на деле патриций всем заправлял. Крутил деньгами, как уличный мошенник колпачками. Всех запутал.

Индис притих в моих мыслях. Не до комментариев было духу, разглядывал что-то? Я катала на языке слово «время» и не могла распробовать. Конт жадничал до подробностей. Придется самой разгадывать ребус или уйти ни с чем. Про развод он мне рассказал на итальянском ужине в кафе, это я про нового мужа Марии Изабеллы сама узнала. И про любовника тоже. Так, сейчас нужно аккуратно разделить мысли на «можно говорить» и «нельзя».

– Жесткий срок перечисления денег из-за решения суда? Вы ведь в судебном порядке имущество с женой делили, верно?

– Да, Наталья Игоревна, – с тоской в глазах кивнул банкир. – Не удивлюсь, если вы мне сейчас номер дела назовете и фамилию судьи. Но, то решение давно выполнено, я с последствиями пытаюсь разобраться.

Нас прервала официантка на обязательный ритуал заказа кофе и пирожных. Конт сказал, что без них бодрящий напиток ему в горло не полезет. Чизкейк и булочки с корицей нам принесли сразу, а над латте колдовал бариста. Я смотрела на лимонную дольку поверх ровного треугольника чизкейка и думала, что еще могло подгонять Конта? Он сказал про длинную цепочку сделок. Кто торопил всех и закручивал гайки? Точно не Франко, ему отвели эпизодическую роль. Мария Изабелла? При всем уважении к её красоте, хитрости и деловой хватке, умноженной на отсутствие совести, бизнесом ей бы никто заправлять не дал. Хотя, после развода она явно что-то получила от Конта. Долю? Акции? Их он пытался выкупить обратно, продав бизнес в моем городе?

Наконец, принесли латте в крошечных чашках и поставили перед нами. Полчаса как минимум официантка беспокоить нас не будет. А то и дольше, если медленно отламывать от чизкейка по одной крошке. Я поняла, зачем Конт взял паузу. Не хотел, чтобы кто-то посторонний подходил к столу на середине разговора.

– Мой брак не задался с самого начала, – заговорил банкир. – Мария долго не могла выбрать, куда ехать на медовый месяц, откладывала поездку из-за косметических процедур и связанного с ними запрета долго находиться на солнце. Потом поссорилась с подругой, которая собиралась на те же острова, и в итоге мы остались дома. Не скажу, что сильно расстроился. Я не люблю светские тусовки и шумные компании. Скучно становится. Неофициальная официальная часть в первые пару часов, где заводятся полезные знакомства, быстро заканчивается, а дальше начинается банальная гулянка. Приглашенные артисты, громкая музыка, танцы. Мария могла веселиться всю ночь, а потом спать до вечера следующего дня, но я делами занимался. Все совещания утром, поездки до обеда. Это не институт, где можно проспать пару на дальней парте, накрывшись учебником. Здесь нужно думать, вникать и принимать правильные решения. Я названия всех энергетиков выучил, кофе уже не помогал. Приезжал вечером домой, мечтая упасть на кровать, а Мария тянула в очередной клуб.