Блестящий шанс - Лейси Эд - Страница 39

- Какого Обжору?

- Это кличка Боба Томаса. Он вечно что-то жевал, вечно хотел жрать. Так вот я и говорю, я видел его всего несколько раз - да и то в раннем детстве, но у нас в семье знали о всех его художествах. Честно говоря, он совсем вылетел у меня из головы, как вдруг я увидел его случайно на Таймс-сквер - он шел на работу. Я не стал к нему подходить. Зачем - это ни к чему хорошему не привело бы. Я решил по-быстрому накропать о нем романчик... И тут услышал про криминальный шоу-сериал на "Сентрал". Мне не составило никакого труда настряпать сценарий за одну ночь. Сценарий приняли, и все двери передо мной распахнулись... Мне вдруг привалила удача. Мир стал для меня полным радужных обещаний и розовых надежд. Я считал, что после передачи Обжору вряд ли поймают. И забудут по него через три дня. Ведь он же никто - лицо в толпе. Рано или поздно он все равно угодил бы в тюрьму. Словом, для меня это был идеальный вариант.

Кей кивала , медленно затягиваясь сигаретой. Она либо была отличной актрисой, либо и впрямь считала его рассуждения вполне нормальными и вполне объяснимыми.

Стив затушил сигарету и тут же закурил новую - одним натренированным движением руки.

- Но когда ты рассказала мне, что вы выбрали Обжору для своей рекламной кампании, я запаниковал. На первый взгляд, был один шанс из тысячи, что он увидит эту передачу, и ещё меньше шансов, что он обратит внимание на титры и заметит там мое имя. Но если бы его арестовали, из газет он наверняка бы узнал - не мог бы не узнать! - что автором шоу являюсь я. А терять ему было бы нечего, Он бы рассвирепел, решил бы отомстить и наверняка бы выложил все про нашу семейку. Тогда мой карьере на ТВ пришел бы конец. Вот я и отправился к нему домой в тот вечер, выложил ему все начистоту и предложил пятьсот долларов - чтобы он удрал из города. Он взвился, мы подрались... Уже не помню, как все получилось, но вдруг в моих руках оказались окровавленные клещи, а он лежал на кровати мертвый. Если бы я его случайно не убил, он бы убил меня.

- Самооборона, - заметила Кей чуть ли не сочувственно.

- Ну конечно! После этого я сразу понял, что поднимется большой скандал... Но мне не надо, наверное, повторять избитые трюизмы насчет инстинкта выживания. Мне надо было соображать очень быстро. Я ушел и, изменив голос, позвонил твоему черномазому сыщику и назвался тобой. Это было несложно: я же когда-то играл в театре. Но у меня чуть все не сорвалось: его дома не оказалось. Однако парень, который снял трубку, уверил меня, что сможет ему все передать. А уж потом все произошло в считанные минуты: я позвонил в полицию как только увидел, что Мур вошел в подъезд. Я наблюдал за домом из углового магазина. Сказать по правде, мне самому это было противно, но этот негр так здорово вписывался в сюжет убийства, а у меня выбора не оставалось. Да и что там было выбирать, черт побери, у меня на карту поставлено дело всей жизни, а ему дали бы всего несколько лет за непреднамеренное убийство. Подумаешь - несколько лет жизни вшивого ниггера! Ну вот, дорогая, теперь ты все знаешь, даже эту последнюю главу моей печальной повести.

- Угу.

Он встал и снова сделал большие глаза.

- Мне очень жаль, что все так нелепо получилось, Кей, потому что ты вообще-то забавная малышка. Нет, правда, я не шучу. Но вместе с тем я слишком глубоко увяз и, опять же, у меня нет выбора. На всякое действие есть противодействие - я должен теперь убить тебя.

- Это хорошо, Стиви, что ты вспомнил о своей игре на сцене. Я вижу, ты обожаешь дешевые мелодрамы!

Тут я услышал три отрывистых гудка с улицы.

Макдональд пожал плечами.

- Дорогая, только не надо сейчас уверять меня, что я могу тебе доверять, что ты никогда в жизни не раскроешь рта. Я не могу тебе доверять.

- Ты прав! - Кей была великолепна - у неё ни один мускул на лице не дрогнул. А Стив вдруг вышел из роли: как заправский уличный громила, внезапно выхватил из заднего кармана брюк огромный складной нож, и только он им встряхнул в воздухе, из ножа вылетело длинное лезвие.

Кей перевела взгляд на нож, но по-прежнему, вроде бы, от души наслаждалась происходящим.

- Как тебе известно, я никогда не страдал недостатком сообразительности. И теперь все продумано: у нас был несчастный роман, что я уверен, не является тайной ни для кого на телестудии, и вот ты пришла ко мне в попытке начать все заново. Естественно, соответствующим образом одевшись. Ну и опять у тебя ничего не вышло со мной, ты ужасно расстроилась, потому что опять поняла, что сама во всем виновата. Я напьюсь и засну, а ты примешь целую коробку снотворного - и привет. Назавтра газеты, конечно, будут задаваться сомнениями, так ли оно было, но в общем и целом, все обойдется.

Я уже решил действовать, но меня остановил спокойный голос Кей:

- И ты намерен заставить меня участвовать в твоем спектакле под угрозой этой сырорезки? - Он держалась так невозмутимо, точно все ещё играла свою роль.

Стив кивнул.

- Ну же, милая, давай, тебе известно, как много есть участков женского тела, которые можно отрезать. Я предлагаю тебе безболезненный исход. Но я ведь могу изменить сценарий - прежде чем принять снотворное, ты в припадке истерики себя сильно порезала... Это вполне укладывается в сюжетную линию самоубийства.

- Стиви, надо было тебе все-таки остаться в папином универмаге. Ты каким был провинциалом - таким и остался. Весь наш разговор записан на пленку. Дом окружен полицией.

Он захохотал - пронзительным нервным смехом.

= Э, малышка Кей, ты могла бы придумать что-нибудь получше. Я-то рассчитывал, ты будешь брать меня на понт байкой о пистолете в сумочке.

- Стив, брось свой нож - ты только усугубляешь свое положение. Под сиденьем этого кресла приколот маленький радиопередатчик. Это я его туда приколола. Смотри! - С этими словами она приподняла и расставила ноги. Серебряная ткань взметнулась, обнажились чулки - и тут я заметил прилепившуюся снизу под сиденьем коробочку;

Я сошел с перил пожарной лестницы, на секунду навалившись всем своим весом на кондиционер, и он начал медленно проседать. Я понял, что ещё мгновение - и я полечу вниз. Вытянув руки и прикрыв ладонями лицо, я отчаянно изогнулся вперед, оттолкнулся обеими ногами от металлического куба и прыгнул сквозь стекло. Раздался звон разбитого окна. Я грохнулся на пол гостиной, так что у меня помутилось в голове, а из глаз посыпались искры, и тотчас ощутил острую боль от десятков порезов на щеках и ладонях.

С пронзительным воплем Стив развернулся и кинулся на меня. Я перекатился по полу вбок и вскочил на ноги, едва не поскользнувшись на лужицах собственной крови. Я размахнулся правой. Он полоснул ножом мне по предплечью - но у меня на теле было столько порезов от разбитого стекла, что я не понял, достал он меня или нет. В эту же секунду я с силой врезал ему в живот левой сбоку. Но удар пришелся чуть выше - в грудную клетку. Он на мгновение замер, открыв рот, и рухнул на пол.

- Вы в порядке? крикнул я Кей. Она кивнула. - Я слышал все, что он вам сказал. Естественно, эти разговоры про самооборону - вранье. Когда я пришел в комнату, кровь Томаса ещё не запеклась... Стив прежде позвонил мне, а уж потом пошел его убивать. Сначала он, наверное, оглушил его во сне, а потом добил клещами... Вы куда? - С лестницы донеслись тяжелые шаги взбегающего по ступенькам Теда.

Кей взялась за телефонную трубку

- Надо позвонить этому репортеру... Туи, берегитесь, сзади!

Стив снова был на ногах, уже без ножа. Едва я повернулся к нему, как этот худосочный слабак нанес мне сильный удар в подбородок правой, от которого я пошатнулся, а мои ноги изобразили бешеную чечетку. Ударь он меня ещё раз, я, возможно, был бы в нокдауне. Но он вместо того бросился на меня, выставив вперед ногти и пытаясь ударить коленкой в пах. Тогда я обхватил его по-медвежьи вокруг груди и сильно сдавил. Его лицо стало бледно-желтым, а глаза едва не вылезли из орбит. Когда я разжал объятья, он съехал на пол - и на несколько минут успокоился.