Три грани круга (СИ) - Воск Степанида - Страница 56

Я только в мыслях начала возвращаться в прошлое, как в комнату вновь заглянули. Теперь уже Лилит. Как же без нее?

— Можно? — спросила мама.

— Да. Заходи, — раз был один, то почему бы и Лилит не разрешить посещение?

Женщина сразу же приблизилась к кровати, на которой спали малышки и внимательно принялась разглядывать девочек. Смотрела долго, пристально, словно что-то желала увидеть в крошечных личиках моих красавиц. Может пыталась найти схожесть с собою?

— А они очень разные, — сделала Лилит заключение, глядя на моих дочурок.

— Конечно, — подтвердила. — У них и характеры разные. Одна гораздо спокойнее другой. Да и отцы у них разные. Это тоже внесло свою лепту.

— Я про другое. Одна обычная, а другая…, - женщина не договорила.

— Нет. Они обе нормальные и не стоит как-то на этом заострять внимание. Стефан сказал, что он лишь исправил то, что было нарушено и ничего более, — кинулась я на защиту своих крошек. Для меня они были одинаковы, пусть что-то в их прошлом было не совсем обыденно.

— А ты стала другая. Совершенно, — сделала заключение Лилит.

— Если тебе так хочется, то пусть. А я такая, какая была всегда, — оборвала мать.

Лилит поджала губы, чем выдала свое недовольство, но ничего не сказала по этому поводу, лишь сообщила:

— Там для тебя есть новость.

— О чем?

— Пойдем в общую комнату, там все и узнаешь.

Мне ничего не оставалось делать как отправиться туда, где меня уже ждали мужчины.

В гостиной же мне сообщили одну новость, к которой я не знала как относиться. То ли плакать, то ли радоваться.

С этого дня в моем доме должен был жить еще один мужчина, который обязан обеспечивать мою безопасность и безопасность девочек.

Азарий.

Именно ему выпала такая честь.

Как оказалось, мужчина имеет надлежащую подготовку и в состоянии отразить внезапное нападение, если такое вдруг произойдет. Тем более в отсутствие Стефана и Гевора. Одному надлежало преступить к дальнейшим исследованиям по изучению генома линов, чтобы вновь повторить эксперимент. А у Гевора намечался новый проект по строительству трубопровода, чему я не очень то и обрадовалась.

— Ну что, детка, опять мы с тобой остаемся вдвоем? — поинтересовался у меня мужчина, после того, как мне стала известна эта ошеломляющая новость.

— А отказаться я никак не могу? — задала вопрос.

— Нет. Даже не обсуждается, — твердо произнесла Лилит. — Либо он, либо совершенно незнакомый лин, но кто-нибудь обязательно будет с тобою рядом, причем постоянно. Ты у нас теперь практически народное достояние. Ты и твоя дочь.

— Дочери, — поправила я мать. — У меня две дочери. И одна от другой ничем не отличается, — сделала я ударение.

Если я не ошиблась, то во всех мужских глазах я увидела одобрение своим словам.

Удивительно, но мужчины не меньше меня стремились защитить девочек. А ведь как правило отцы даже не знали кто от них родился. Или может быть у меня устаревшая информация?

— Хорошо. Пусть будет так. Дочери, — поправила себя Лилит. — Так твое решение?

— А одной я быть не могу? Так? — взглянула прежде всего на Гевора. Именно его мнение меня интересовало больше всего.

— Так будет лучше, — коротко и ясно сообщил мне мужчина.

После такого у меня не осталось слов для возмущения. Если уж Гевор считает, что мне и девочкам гораздо спокойнее будет в присутствии Азария, то стоит ли возмущаться дальше?

Вот так я обзавелась личным телохранителем.

Который на самом деле очень даже пригодился в ближайшем будущем. Ведь после заявления, сделанного Стефаном, интерес ко мне и моим девочкам возрос в разы. Чего мне только не предлагали, чтобы я отказалась от воспитания малышек, чего не сулили, но я была непреклонна. Ни богатство, ни обещания скорой карьеры, ни теплое место где-то в государственном аппарате не заставило меня променять моих девочек на блага, которые так щедро мне прочили.

Спасибо мужчинам, что стоически помогли выдержать все нападки не только журналистов, но и представителей спецслужб, которые прикрывались высокими заявлениями и мнимыми жетонами. Пришлось официально подписать разрешение на проведение исследований феномена Лайзы, как его в последствии назвали, и добро на изучение было дано только ее отцу, то есть Стефану. Все же он оказался не одинок, за ним нашлись достаточно весомые силы, которые смогли оградить нас от чрезмерной настойчивости квазиученых. Кроме того, со мной почти постоянно находился Гевор. Как он умудрялся совмещать руководство проектом и работу я не знаю, но тем не менее у него все получалось. Мне показалось, что он даже стал значимее выглядеть и вести себя несколько иначе, стоило появиться на свет Аните.

Азарий же тем более не отлучался от нас ни на мгновение, проводя все время рядом. Было ли это приказанием Лилит или у мужчины появились и внутренние порывы в отношении дочери я затруднялась сказать, но то, что он менялся лицом, стоило взглянуть на девочку, это было безусловно.

А потом на свет вытащили старое и совсем неиспользуемое в последнее время понятие семья. Кто это сделал я не знаю, скорее всего это произошло с легкой руки журналистов, сующих свой нос куда только можно и нельзя. В итоге нас стали именно так и называть.

Ведь в моем доме присутствовали семь линов. Я, мои две дочери, Азарий, Стефан, Гевор и Лилит, которая при каждом удобном случае появлялась в гостях. И если вначале ее визиты сводились к проверке и сообщению необходимой информации, то позже она приезжала лишь только для того, чтобы поиграть с Анитой и Лайзой, к которым она прониклась теплыми чувствами. Вначале мне было дико видеть играющую с детьми Лилит, но потом я вспомнила какой она была в моем далеком детстве, до того как ушла в большую политику.

А дальше было больше. Меня обозвали троемужницей. Откуда это слово появилось неизвестно, но из-за того, что со мной все время рядом находилось трое мужчин я и получила такое прозвище. Мне стали поступать предложения от других женщин по обмену мужчинами Вначале это были полунамеки, а потом и вовсе стали присылать предложения открытым текстом. Я заявляла, что никого не держу, что если мужчины желают найти себе других партнеров, то они могут это сделать в любой момент, хотя сердечко и щемило после подобных заявлений. Но что самое интересное, чем чаще мужчинам поступали подобные предложения, тем сильнее они противились, заявляя, что столь глобальный эксперимент, от которого зависит судьба общества в целом, испортить нельзя ни в коем случае… и оставались верны мне, если можно назвать наше совместное проживание под одной крышей экспериментом.

В конце концов я настолько привязалась к каждому из мужчин, что уже не представляла иной жизни, как жизни скопом.

Жили мы теперь не вдали от цивилизации, а в самом ее центре, правда, после обитания в одиночно стоящих домах нам не захотелось переезжать в бетонные коробки, потому выбрали жилье на окраине мегаполиса, там как раз освободилось подходящее по размеру для нашей большой компании.

Мои девочки подросли и стали пробовать садиться, чем безумно умиляли всех нас. А в это время наше семейство вызывало вопросы у всех окружающих, интересовавших как мы умудряемся уживаться вместе. Все же подобных союзов не существовало в природе.

Когда-то я думала, что до катастрофы линам было гораздо проще в выборе пар. И тайно мечтала создать в своей жизни нечто подобное. Однако жизнь повернула совершенно иначе, да так, как я даже не могла и предположить. Вместо одного мужчины, с которым бы я хотела провести если не всю жизнь, то большую ее половину, судьба свела меня с тремя. И теперь без них я не представляла своего существавания.

Однажды, спустя некоторое время после громких событий по разглашению тайны рождения моих девочек, в гостиной собрались почти все взрослые: Азарий, Гевор и Стефан, в том числе и я. Вначале велся разговор как бы ни о чем. Как покушали малышки? Что новое появилось в их поведении? Как они спали? А потом беседа плавно перетекла к отношениям мужчин и женщин и повел ее не самый опытный в этом вопросе, но самый наглый по поведению. Азарий.