Удар. Мир Теллы (СИ) - Борн Иван - Страница 134

- Гадать не будем, – отрезал я. – Пробуем. Не получится – попробуем что-то ещё.

На удивление всё получилось. На четвёртом по счету пуле, когда никто из рейдеров не ошибся, не умер от абилок Архадауга и случайно не сагрил на себя шамана, Гишар действительно слился. На это понадобилось целых девять минут боя. Только после этого здоровье минотавра-командира начало стабильно уменьшаться.

- Пахнет победой, - довольно оскалился Пепел. И как он не устаёт десять минут подряд отмахиваться щитом от этого монстра? Танком может быть не каждый. Иногда это бывает очень нудно.

Оставшись без маны, Гишар, побегав в смятении по своему кругу, вдруг завопил:

- Во имя Канута! Мы не можем проиграть! Высший, яви свою мощь! Время пришло! Червей надо давить!

- Сейчас что-то будет, - крикнул Дарк, - Выступать начал! Ждём сюрприз.

Сверху в нас полетели стрелы. Я сперва не понял, но другие рейдеры криками подсказали куда смотреть. Стрелял в нас бегающий по верхнему карнизу эльф. Очень знакомый эльф – Фуриэл.

- Фуриэл, зараза! – воскликнул Свирель.

- Вы узнали меня, черви! – звонкий голос эльфа раздавался под сводами зала, под аккомпанемент тренькающей тетивы. – Тем хуже! Слишком большая честь, для бесхребетных, умереть от руки представителя высшей расы. Убейте их, слуги!

Эльф бросил вниз что-то напоминающее пузырьки. Тот, что ударился об Гишара, окутал его голубым туманом, после чего Гишар снова начал махать конечностями, кастуя лечение – у него восстановилась мана. Тот, что ударился об Архадауга, выпустил красный туман, с тем же эффектом, с которого начинался бой в нижнем зале – минотавр вырос в полтора раза, стал сильнее и злее. Эльф смеялся звонким смехом главного злодея, Гишар вторил ему, мерзко хихикая, Архадауг в бешенстве ревел. В рейде царил хаос, рейдеры гибли. Эльф превратил стрелять, он тоже жестикулировал как Гишар.

- Черви! Ваш прах, станет кормом для божественных растений! – крикнул он. Стены зала, в котором, убивший Пепла Архадауг, гонялся за ещё живыми членами нашего рейда, на глазах покрылись лозой. Сквозь трещинки в камнях проникли усики, налились силой, удлинились и, сплетаясь, медленно поползли от стен к центру зала. Стоявшие у стен рейнджи, отчаянно кастующие в босса свои умения, попались первыми. Стоун, Пламя, Тирейнджер, Айс были сначала обездвижены, потом оплетены лозой и, наконец, распяты на стенах зала. Шевелящаяся лоза скрутила их конечности, покрыла их тела, и, в конце концов, накрыла лица. Рейдеры полностью исчезли под живым шевелящимся покровом.

Когда Архадауг добивал меня топором, я отметил про себя, что все три босса были полностью здоровы. В общем, в тот момент, когда запахло победой, нпс мобилизовались и разгромили нас наголову.

- Охренеть! – первое, что я услышал на респе, в эмоциональном обмене мнениями между Стоуном и Дарком. – Мало нам было хила! Я просто не верю, что их реально как-то убить! Их три. Даже если закрыть хила, лучник расстреляет нас сверху, как цыплят.

В подобном пораженческом духе обсуждение происшедшего велось минут пять, пока рейдеры не выдохнули, избавившись от переполнявших эмоций. Оттого, что победой реально запахло, усложнение задачи только усилило горькое разочарование от поражения.

Отдохнув и привыкнув к мысли, что теперь нам противостоят не два босса, а три, мы сделали ещё десяток пулов. Если до момента слива Гишаром маны нам удавалось дойти несколько раз без глупых смертей, то с момента призыва Фуриэла всё шло наперекосяк. Или он действительно расстреливал нас, пока мы разбирались с наземными боссами, или призывал лозу, которая постепенно покрывала всю свободную площадь зала, убивая всё живое на своём пути. В один их пулов, я, Пепел и Тирейнджер, последние, оставшиеся в живых, сражались в конце боя буквально на пятачке свободной от лозы поверхности. А самый безнадёжный для нас факт заключался в том, что он всегда после призыва усиливал Архадауга и восстанавливал ману Гишар. Гишар с маной мог отхилить любой урон, который наносил наш рейд. Мы бились об этот факт как волны об утёс. Безрезультатно.

- Перерыв, ребята! – сказал я в какой-то момент. – Мы застряли. Нужно подумать.

- Нужно поспать, а не подумать, - сказал Пепел. – Мне кажется, я уже туго соображаю, от постоянной долбёжки в мой щит.

- А если отключить клиент и выйти из капсулы, я сюда вернусь? – спросил Айс.

- Нет, – ответил Пепел, - Поэтому не вздумай так сделать. Мы должны пройти этот грёбаный инст.

- Как мы его пройдём? – завопила Пыль, как только она умеет. – Ты видел, что творится. Я просто не могу смотреть, как эти ветки меня душат. Мне кажется, я задыхаюсь в этот момент по-настоящему. Я просто боюсь туда подниматься. Мне хочется убиться об шамана, лишь бы меня не поедала эта хищная трава.

- Тише, тише, малыш, успокойся, - Пепел начал утешать её. Я смотрел на них с удивлением. Всё-таки их отношения были мне непонятны. – Скоро всё закончится. Мы обязательно пройдём дальше.

- Это ты нас подставил, - с ненавистью в голосе обратилась ко мне Пыль, - Мы бы уже давно были впереди. Не долбились бы в эту стену. Ты думал, что крутой, пройдёшь и не заметишь... Ну как тебе? Прошёл? Сам застрял и нас за собой утянул. Мы потеряем ещё неделю по твоей вине, самоуверенный придурок.

- Ты успокойся, прежде всего, - обратился Пепел к Пыли, затем обернулся ко мне, - Не обращай внимания на её слова. Иногда с ней трудно. В её словах есть доля истины, своим положением мы обязаны тебе. Придумай что-нибудь, чтобы мы всё-таки продвинулись дальше. До того, как рейд разбежится.

Он отвёл Пыль в сторону и продолжил утешать. Она по-настоящему сорвалась? Было бы из-за чего...

- Мне нужно будет выйти, – сказал Айс, - Я сожалею, но мне обязательно нужно будет выйти. Важные дела.

- Отложи, - сказал Свирель, - Если ты выйдешь, то это минус дд. У нас каждый на счету.

- Не могу. Обязательно нужно, - настаивал Айс.

- А я говорю, отложи! – построил Свирель. – Ты всех нас подведёшь.

- Я этого не хочу, но я выйду. Есть вещи, которые я не могу отменить.

- У тебя таймер на принудительный выход? – догадался Пламя.

Айс потупил глаза. Признаваться ему не хотелось, но пришлось.

- Да.

- Отменить не можешь из-за болезни? - спросил Пламя.

- Да. Обязательные лечебные процедуры. Регламент прошит в капсулу. Простите, ребята.

Вот так случайно и узнаешь, что играешь с ограниченно здоровым или функционально-неспособным человеком. Бывало такое, что я узнавал об этом, спустя месяцы игры, спрашивая знакомых в игре, куда пропал тот или иной игрок. Игроки говорить о таких своих проблемах не любят и стараются скрывать. Эх, Айс...

- Сколько у нас времени, до того, как ты нас покинешь? – спросил я, нарочито бодрым голосом.

- Два часа, - ответил Айс, - Чуть меньше.

- Значит, за эти два часа нам нужно убить этих боссов.

- Очень сомнительно, что это нам удастся. С появлением эльфа прогресса не видно, – сказал Пламя.

- Значит, мы делаем что-то не то.

- А может спуститься в подвал и ещё покрутить алтари? – предложил Свирель.

- Не поможет, - уверенно сказал я. – Победа в равенстве сил. Мы уравновесили алтари. Думаю, это все что требовалось. Хотя...

Мой взгляд упал на картину-барельеф, в стене рядом с респом, которую мы открыли с помощью пластинки с первого босса. Смутная догадка промелькнула в моих мыслях. Я подошёл к барельефу и начал внимательно его разглядывать, пытаясь зацепиться за конструктивную идею.

- Ну что? Что, хотя? – в нетерпении приплясывал рядом Дарк, сбивая с мысли.

- Смотри, на картине три сюжета, вверху три босса, внизу три алтаря – осторожно начал я, пытаясь нащупать правильную мысль.

- И что? – спросил прислушивающийся к моим словам Пламя. – Мы уже обнаружили связь и идентифицировали богов.

- А что, если подсказка глубже? - спросил я, больше сам у себя, чем у Пламени. – Почему на картине жрецы богов целятся друг друга? Они враждуют? Почему каждый против каждого, а не двое на одного, например? А ведь алтари дали нам не только репутацию. Почти каждый из нас получил там определённые умения. Что мы из них применяли - только бурсты?