Ген дракона (ЛП) - Рейн Амира - Страница 42

Я даже не дала Мэтту шанса закрыть входную дверь, а теперь оглянулась вокруг его плеча и увидела, что идет снег. На прошлой неделе было так не по сезону тепло, что весь снег на земле растаял, но теперь, если тяжелые серые облака, плывущие по небу, были каким-то признаком, Мэтта и мое первое Рождество вместе будет белым.

***

Через три недели после нашего первого блаженного Рождества мы получили неожиданный поздний подарок в виде положительного теста на беременность. Верная своей обычной слезливой форме, я плакала прямо там, в кабинете акушерки, в тот момент, когда она вышла из комнаты, чтобы дать Мэтту и мне немного уединения после того, как рассказала нам наши счастливые новости. Хотя я не была удивлена своим собственным слезам, однако, немного шокирована, увидев, что глаза Мэтта стали немного блестящими и розовыми, когда он взял меня за руки и заговорил низким голосом, полным эмоциями.

— Вот оно, Кайли. Это начало нашей счастливой жизни.

Не в силах говорить, я только кивнула, дав понять, что верю ему.

В течение следующего года оказалось, что я была права. Эми и я устроили торжественное открытие спортзала немного позже, чем мы собирались — в феврале, как только я преодолела худшую утреннюю болезнь. Даже через неделю наша регистрация на все занятия, включая гимнастику, пилатес и йогу, была уже выше, чем когда-либо в то время, когда мы владели тренажерным залом в Моксоне.

Помимо молодой женщины из деревни, расположенной около десяти милях от нас, которую Эми и мне пришлось нанять, чтобы преподавать йогу и пилатес, пока у нас не было детей, нам пришлось нанять одного опытного тренера по гимнастике из той же деревни, а также нанять и обучить молодую женщину из Гринвуда, которая хотела стать тренером дошкольной гимнастики. В приподнятом настроении мы с Эми согласились, что этот этап нашей мечты, вероятно, будет успешным.

В конце лета Эми родила прекрасного здорового мальчика, которого они с Маком назвали Эштон Майкл. В начале осени я родила красивую, здоровую девочку, которую мы с Мэттом назвали Брианна Даниэль. Мы выбрали Брианну только потому, что нам понравилось, и Даниэль должна была почтить дядю Дэна.

За год, прошедший с момента нашей встречи, он стал для меня кем-то вроде мистера Декера, часто говоря мне, что я настолько умна и сообразительна, чтобы быть совладельцем такого успешного бизнеса, и что он очень гордится мной. Он также делал такие вещи, как приносил домашнюю выпечку из июньских рецептов, по крайней мере, один раз в неделю, и он часто говорил мне, что я могу рассчитывать на него во всем, и я действительно чувствовала, что могу.

Он плакал открыто, когда мы с Мэттом познакомили его с новорожденной Брианной и сказали ему ее второе имя. Он заплакал еще сильнее, ему пришлось снять очки, чтобы вытереть глаза, когда мы спросили его, все ли будет в порядке, если Брианна будет единственной в деревне, кто не назовет его дядей Дэном, а дедушкой Дэном.

Казалось бы, полностью открыл свое сердце для любви снова в течение нескольких месяцев после нападения «Порожденных кровью», Мэтт также стал чем-то вроде мистера Декера, хотя и не только для нашей драгоценной новорожденной дочери. Он фактически стал мистером Декером для собак, балуя их так же сильно, как и я. Он давал им маленькие объедки после обеда, наблюдал за ними, пока они играли во дворе, а иногда даже играл с ними, казалось, особенно наслаждаясь игрой с Чарли, который не потерял ни грамма своей щенячьей энергии.

Однажды, когда Мэтт сидел на диване с Брианной в одной руке, а Чарли свернулся калачиком рядом с ними, я услышала, как он что-то сказал Брианне, что растопило мое сердце.

— Послушай, Брианна. Посмотри. Это твой «меховой брат», Чарли. Он очень дикий, но очень умный мальчик.

Не давая Мэтту знать, что я подслушала, в случае если это может смутить его, я вскоре присоединилась к нему, Брианне и Чарли на диване, где быстро уснула. Почти сразу же я начала мечтать о паруснике в открытом море, что было странно, потому что я никогда раньше не плавала и не интересовалась лодками.

Что было еще более странным, так это то, что лодка двигалась в довольно хорошем темпе, направляясь к красивому розово-оранжевому небу, несмотря на то, что вода была совершенно спокойной, и не было даже малейшего ветерка, чтобы наполнять паруса. Туманно пытаясь решить это, все еще во сне, у меня в конце концов «получилось», и это имело смысл. Парусами двигала любовь.

КОНЕЦ