Испытание вечностью - Храмов Виталий Иванович - Страница 41

— А мордвин?

— Что — мордвин?

— Мордвин — русский? Это что такое? Я тут разговаривал с одним, он сказал, что он — мордвин.

— Есть у нас такой народ финно-угорской языковой группы. Они с такой охотой ассимилировались с русскими, что меж собой мы — рязанские, москвичи, туляки, татары, мордва, а извне — все — русские.

— Ничего я не понял, — искренне признался Пол.

— Потому что — насухую, — буркнула Маша.

— Вот! — торжественно вознёс палец Миша, — женщина — знает! Устами женщин и младенцев глаголет Бог! Это — не понимать надо. Это — надо почувствовать. Этим можно — проникнуться.

— Это — как грипп?

— Да. Русский — это заразно. Если ещё побудешь с нами — заразишься. Не сможешь жить среди нерусских. Выть будешь от тоски.

— Тогда — я уже — болен. Уже — вою от тоски, — буркнул Пол.

— Миша, самогона ихнего — не бери. Виски ещё его называют. А мне — кальвадос возьми. И этот, вкусный, на косточках вишнёвых, — сказал девушка.

— Я — понял, Малыш. Гуднём! Пока Батя долетит, пока они там провернуться — у нас уйма времени!

— А сравнение ты выбрал — не верное. Не как грипп, а как влюблённость. Пока не полюбил — не поймёшь. Кто не любил — всех влюблённых больными считает. Но, если полюбил — не понимаешь, как дальше жить без этого, — сказала Мария.

— Хм-м! Верно! Вот за что тебя люблю, что слова находишь такие, какие и не подобрать! Паш, в том магазине есть и игрушки. Пойдём, посмотрим.

— Я уже не играю в игрушки, — удивился Пол, он ещё размышлял над словами Валькирии, её ёмким и многозначным сравнением, а тут — игрушки! Вы о чём вообще?

— А зря! Зря ты забываешь про свою дочь, про её братика, про своих племянников от своих же братьев и сестёр. Дети — не виноваты в твоих ошибках.

— Моих ошибках? — вскрикнул Пол.

— А в чьих? Не ту женщину сделал женой, сделал ребёнка не той бабе, не смог сделать её счастливой, не смог удержать. А дочь — чем виновата? Она — ребёнок. И из-за тебя, валенка — безотцовщиной растёт!

— А ты что это мне высказываешь? Кто дал тебе такое право — лезть в чужую жизнь? — разозлился Пол.

— Жизнь. Жизнь мне дала такое право. И гордое звание Отца.

— Это — не твоё дело! Воспитывай своих детей!

— Я так и делаю. Слышь, Маш, говорит — не лезь! А это — идея! — повернулся Маугли к жене. Та от него лишь отмахнулась.

— Чё докопался до человека? Со своим уставом в их пендосстанский монастырь лезешь, — проворчала она, — у них всё, не как у людей. Всё — наизнанку. Всё — зеркально. Не зря Виктор Иванович называет их Обратной Стороной и Теневой Стороной Земли.

Полу стало обидно. И он пошёл с этой парочкой в отдел игрушек магазина при торговом представительстве консульства СССР. Видя улыбочки на их лицах, Пол понял, что этого они и добивались. Спровоцировали его. Не договариваясь. Не зря русские говорят: «Муж и жена — одна сатана!» Но, уйти он уже не смог. Разинул рот, как мальчик-дошкольник.

Какая выставка военных технологий? Зачем? Если есть игрушечный вертолёт на соосной схеме винтов, на радиоуправлении. Неужели не ясно, что он перелицован с реального вертолёта? Что, у русских дела с радиоуправляемыми снарядами и ракетами настолько массово обстоит, что радиотехнических комплектующих для бесполезных игрушек не жаль? А источник питания, что в игрушке? Он очень мал, но достаточно ёмок, чтобы продолжительное время питать электродвигатели игрушки. И если есть такие маленькие, но настолько оборотистые эл/двигатели, то вопрос по рулям управления ПЗРК — можно не задавать. А материал винтов — лёгкий, прочный! Игрушка?!

А игрушечная машинка под названием Умка, что натыкаясь на препятствие, сама искала путь объезда?

А пластмассовая модель Терминатора, танка, что «следил» за тобой стволом, голосом оповещая, что «Цель захвачена!», «Орудие — заряжено!», «Пли!», стреляло пулей из плотной резины, выталкивая её сжатым воздухом. «Цель — поражена!». Потом «танк» жужжал, накачивая воздух для следующего выстрела. Игрушка? А если из броневой стали и боевые снаряды? Какая начинка у них в боевых машинах, если игрушки способны различать такую малоконтрастную цель, как силуэт человека в полутьме магазина? А силуэт самолёта в чистом небе — намного более контрастная цель. И если такой блок наведения уместился в такую маленькую игрушку, то в зенитную ракету — встанет и подавно. А это — непроницаемый купол над любым объектом русских. А ракеты строить они — умеют. Все средства, пушенные на производство флота стратегических бомбардировщиков — оказались слиты в унитаз. Игрушка?

А эта супружеская пара русских — посмеивались, видя лицо Пола.

— Мальчишка! — заявила ему Валькирия, в лёгком летнем платьице выглядящая так, что Пол стеснялся опустить глаза с её лица, чтобы не оконфузиться. Это она — жиром заросла? Если да, то только в нужных местах. А у Пола — давным-давно не было женщины. Поэтому присутствие этой женщины было для него — экзаменом на самообладание!

— Что ты вцепился в эти машинки? Пошли, куклу будем выбирать дочери твоей.

Кукла была — восхитительная, красивая, говорящая. Но, воображение Пола было убито «игрушками» для «мальчиков». Будто услышав мысли Пола, Михаил ему говорит:

— Ты своим коллегам — не показывай. Опять — сломают.

— Как к нам это ещё не попало? — сокрушался Пол, — в свободной ведь продаже!

— Очень просто — сюда вход есть каждому. А выход — не каждому. Кроме того — ну что забыл такой важный и умный агент такого грандиозного ЦРУ в магазине игрушек? Не твои ли слова — «в игрушки давно не играю». А мы вот — играем. Вся наша жизнь — Игра. Большая Игра. Да и — цены. Не каждому по карману.

Пол не обратил внимания на стоимость игрушек. Стоимость была в рублях — поэтому и не обратил внимания. В доллары перевести было не возможно — не было курса обмена долларов на рубли. Как невозможно было купить рубли за доллары. Рубль — не продавался. Неправильная советская экономика.

— Как мне приобрести рубли? — спросил Пол.

— Никак, — пожал плечами Маугли.

— Тогда мы зря приехали сюда, — махнул рукой Пол. Он не будет занимать деньги у этих диверсантов. В долгу быть перед ними? И не будет на них работать, не будет ничего им продавать. Он — не предатель.

— Тебе не надо приобретать рубли, — сказал Маугли и обратился к девушке за прилавком, — Позовите управляющего.

Когда явился парень лет 20-23-х, Маугли показал ему на Пола и сказал:

— Мой друг испытывает временные трудности с рублями. Но, ему очень понравились эти игрушки. Он хочет порадовать подарками дочь и племянников. Его зовут Павел Алексеевич Турбин. Орден Достоинства.

Парень кивнул, ушёл, через пару минут вышел и кивнул девушке — продавщице, что заодно исполняла обязанности кассира. Потом управляющий сказал Полу на хорошем английском:

— Я получил подтверждение о наличии у вас личного кредитного счёта.

— Что это значит? — повернулся Пол к своим спутникам.

— Что у тебя есть кредит. Беспроцентный. И безлимитный. Кредит на твоё имя.

— А если я его — не верну?

— Вернёшь. Не вернуть — ниже твоего достоинства. Так? Каждый кавалер Ордена Достоинства имеет личный кредит.

— Как я смогу вернуть долг? — спросил Пол уже у управляющего.

— Вот буклет. Тут указаны банки-операторы, расположенные на территории США, вы же — американец? Эти банки имеют лицензию и осуществляют переводы в «Империум-бэнк». Возвращать можно в долларах по курсу обмена через золото. Прямого курса обмена — нет. Надеюсь — не будет.

Управляющий немного манерно склонил голову и ушёл. А девушка стала упаковывать выбранные Полом подарки, записав адреса, куда их надо доставить.

— Прямо вот так? Сразу и до места?

— У нас имеется собственная курьерская служба, — гордо ответила продавщица, — вот открытки, вы подпишите их? Или всё же пожелаете лично вручить подарки?

— Отправляйте! — махнул рукой Пол, потом повернулся к Маугли, — курьерская служба? Не из Сумраков, случайно?

Маугли улыбнулся и пожал плечами.