Гарри Поттер и новая семья. Второй курс (СИ) - "DVolk67" - Страница 6

— Рональд, ты гений! — радостно воскликнула Элин. — Вовсе он не далеко, тут всего десять минут на метро. Пойдем, у нас есть магловские деньги, мы купим тебе билет. В «Дырявом котле» наверняка найдется кто-то, кто нам поможет...

Она осеклась, увидев, что лицо Рона вдруг приобрело какое-то злое выражение.

— Ну конечно! — бросил он. — Вы-то можете сорить деньгами, покупать книги за кучу галлеонов, менять метлы, как перчатки... А я полечу на машине! Не хотите со мной — ну и не надо.

Он с силой захлопнул багажник и сел за руль. Фордик фыркнул, испустил из выхлопной трубы облако дыма, и, мелко завибрировав, начал взлетать. Гарри и Элин, отойдя в сторону, следили, как машина поднимается в воздух и разворачивается в сторону вокзала.

— Какой-то он агрессивный, — задумчиво произнесла Элин. — Наверное, не надо было при нем о деньгах говорить.

— Хм-м-м... Эль, — прервал сестру Гарри, — как ты думаешь, мы эту машину видим, потому что мы — волшебники, или...

Элин посмотрела на застывших с раскрытыми ртами прохожих.

— Думаю, «или» тут больше подходит, — кивнула она. — Пошли-ка отсюда, а то обвинят еще в незаконном колдовстве, и доказывай потом, что ты не двурог.

Через двадцать минут Гарри и Элин уже сидели в «Дырявом котле», наслаждаясь горячим какао и сэндвичами с беконом. Бармен Том, выслушав их историю, сочувственно покивал, объяснил принцип действия каминной связи и за несколько мелких монет разрешил воспользоваться установленным в трактире камином.

Ровно в полдень ребята, едва не расставшись с недавним завтраком, вывалились из камина в «Трех метлах». На их счастье, посетителей в трактире еще не было, а мадам Розмерта давно привыкла к студентам, нелегально пробирающимся в Хогсмид, и не стала задавать лишние вопросы. Выйдя на задний двор, они оседлали метлы и, держась на самом краю облачности, направились в сторону замка.

— Знаешь, Эль, что-то мне не хочется отвечать на лишние вопросы, — сказал Гарри после приземления. — Давай до вечера спрячемся у Хагрида в хижине, а то еще на Снейпа нарвемся...

— Хороший план, — вздохнула Элин, показывая рукой на знакомую фигуру в черном, стоящую в дверях. — Жаль, что невыполнимый.

[2] Судя по тому, что короткая поездка из Литтл Уингинга в центр Лондона обошлась Гарри в целых 11 сиклей, «Ночной рыцарь» — удовольствие не из дешевых, и не только по меркам Уизли.

— Итак, Хогвартс-экспресс уже недостаточно хорош для нашей школьной легенды, — ядовито произнес Снейп, заведя ребят в свой рабочий кабинет.

— У нас была уважительная причина, — ответил Гарри. — Мы не смогли пройти через барьер на вокзале Кингс-Кросс.

— Как интересно, — протянул Снейп. — И почему же это могло произойти? Дайте подумать... Уж не потому ли, что вам не терпелось опробовать свою новую метлу?

— Сэр, но я же не настолько идиот! — возмущению Гарри не было предела.

— Вы, мистер Олсен, не идиот, вы высокомерный остолоп, полагающий, что устав школы написан не для него! — взорвался Снейп. — В точности, как ваш отец, который тоже полагал, что успехи в квиддиче и кубок школы делают его особенным. Вы, как и он, полагаете себя кем-то исключительным, стремитесь привлечь к себе внимание... Хотя должен признать, что в чем-то вы его даже переплюнули. Джеймс Поттер, насколько мне известно, не додумался до раздачи автографов, хоть и был самодовольным напыщенным болваном...

— Как вы можете так о нем говорить?! — разозлился Гарри. — Каким бы он ни был, но он спас вам жизнь!

Лицо Снейпа, обычно безжизненно-серое, пошло розовыми пятнами.

— Это вам директор рассказал? — прошипел он. — А он не уточнил, при каких обстоятельствах ваш отец это сделал? Нет? Ну конечно, кто бы сомневался. Так позвольте вас просветить, мистер Олсен. Ваш драгоценный отец с друзьями просто решили сыграть со мной веселую шутку... Шутку, которая почти закончилась моей смертью. Лишь в самый последний момент они опомнились и вытащили меня из... Оттуда, куда они меня заманили. Конечно, им было плевать, останусь я жив или нет, они просто спасали собственные шкуры от Азкабана. После этого родителям вашего отца пришлось изрядно раскошелиться, чтобы замять дело.

Он посмотрел в растерянные глаза Гарри и хрипло рассмеялся.

— Вероятно, вам будет не очень приятно это услышать, мистер Олсен, но ваш отец не был рыцарем в сверкающих доспехах. Высокомерный сынок богатых родителей, вечно разгуливающий по школе в окружении друзей и поклонников и считающий, что правила написаны не для него.

— Получается, у вас нет долга перед семьей Поттеров? — спросила Элин.

— Хвала Мерлину, никаких долгов перед Джеймсом Поттером у меня нет и не было, — злорадно ухмыльнулся ей профессор. — А теперь, если вы удовлетворили свое любопытство...

— Тогда почему вы меня спасли? — перебил его Гарри.

— Потому что гибель ученика плохо скажется на репутации школы, — Снейп поднялся из-за стола. — Ждите здесь.

Едва профессор вышел из кабинета, как Элин вскочила на ноги и подбежала к столу, на котором красовалась здоровенная запаянная колба со слизью, которую Гарри принял за сваренные в молоке сопли.

— Это же жир Vulpes Lagopus! — восторженно прошептала она. — Да еще и от одной особи, посмотри, он почти светится! Я и не представляла, что бывают настолько толстые экземпляры...

— Охота тебе аппетит портить, — проворчал Гарри, которого от обстановки снейпова кабинета начало мутить.

— А, ничего ты не понимаешь в колбасных обрезках! — отмахнулась Элин. — Но если тебя не привлекает красота имеющихся тут ингредиентов, то просто закрой глаза и подумай о том, что сказал Снейп о твоем отце.

— А что тут думать? — пожал плечами Гарри. — И Хагрид, и профессор Макгонагалл говорили, что Джеймс Поттер был хорошим и его все любили. Им я верю больше, чем Снейпу. Хотя они также говорили, что он часто нарушал правила...

Гарри задумался.

— Не знаю, — сказал, наконец, он. — Может они со Снейпом и поссорились из-за какой-то глупой шутки. Но я уверен, что отец сделал это не со зла. И потом, он же вовремя опомнился, это даже Снейп признал. Но вряд ли мы узнаем, что там между ними было на самом деле. Столько лет уже прошло, никто и не помнит, наверное.

— Я вообще-то имела в виду кое-что другое. Ты что, не понял? — удивилась Элин. — Он же сказал... Хотя... Хм. Вот что, Гарри, раз ты ничего не заметил, то я пока сама подумаю. А потом вы с Гермионой свежими взглядами на мои рассуждения посмотрите.

Достав из сумки блокнот, Элин уселась так, чтобы Гарри не видел, что именно она там пишет, и постаралась сосредоточиться.

«Снейп ненавидит Гарри, Снейп спасает Гарри...» — она нарисовала по краям большие буквы С и Г, соединив их двумя линиями, подписав первую «ненависть», а вторую «спасение».

«Допустим, что ненавидит он его из-за отца... — над линией ненависти появилась большая буква «Дж». — Следовательно...»

Некоторое время Элин смотрела на схему, а потом нарисовала над линией спасения букву «Л» и большой знак вопроса.

«Так вы говорите, профессор, что перед Джеймсом Поттером у вас долгов нет?»

— Вопиющее нарушение дисциплины, господин директор, — произнес Снейп, когда ребята пересказали свою историю Дамблдору. — Студенты Хогвартса обязаны прибывать в школу только на поезде, Устав очень строго регламентирует этот вопрос. Возможно, запрет Олсену играть в квиддич заставит его с уважением относиться к школьным правилам...

— Устав школы допускает исключения в случаях, когда использование Хогвартс-экспресса невозможно по независящим от ученика причинам, — возразила Элин. — Соответствующая поправка была принята после того, как директор Моул в 1875 году по рассеянности забыла уведомить учеников о том, что экспресс отправляется с новой платформы.[3]

— Это если допустить, что вы говорите правду, — скривился зельевар, — в чем лично я сомневаюсь.