Гарри Поттер и новая семья. Третий курс (СИ) - "DVolk67" - Страница 13

— Может быть, произошло что-то, что заставило его передумать? — предположил Гарри.

— Вы оба совершаете одну и ту же ошибку, — покачала головой Элин, — когда предполагаете, что Блэк должен действовать рационально. Но сами посудите, что бы сделал разумный человек, освободившись из тюрьмы, если он был невиновен? Написал бы друзьям? Рассказал бы им, что Петтигрю жив? Встретился бы с Дамблдором, который уж точно его бы выслушал, прежде чем сдавать властям? Нет! Он отправился к нам домой, причем не для того, чтобы поговорить с Гарри, а просто для того, чтобы на него посмотреть! Все-таки, как ни защищай свой разум, но Азкабан — это Азкабан. Даже в обычных тюрьмах те, кто проводит много лет в одиночке, становятся не вполне адекватными, а тут дементоры...

— Ну, если смотреть с такой точки зрения... — задумчиво произнесла Гермиона. — Вообще-то он и до Азкабана вел себя неразумно. Вместо того, чтобы сообщить о предательстве Петтигрю, зачем-то ринулся его искать...

— Но Дамблдор... — начал Гарри.

— Дамблдор отлично понимает, с кем имеет дело, — перебила его Элин. — И я ни секунды не сомневаюсь, что он знал, как на самом деле поступит Сириус. Вопрос лишь в том, входил ли в его план побег Петтигрю или он хотел, чтобы Сириус его убил.

— Можем спросить его, когда приедем в школу, — сказала Гермиона.

— Разумеется, мисс Грейнджер, я обо всем вам расскажу, но потом, — копируя голос директора, ответила Элин. — А пока что вы сами можете попробовать разобраться в происходящем. Считайте это частью вашей учебы.

Она вздохнула.

— Вот ни секунды не сомневалась, что этот год в школе у нас будет таким же веселым, как прошлые. Надеюсь только, на этот раз мы останемся на поверхности земли. Подвалы мне, если честно, уже надоели.

Ответить Гермиона не успела. Дверь купе распахнулась и на пороге появилась Луна в мантии, небрежно накинутой поверх серого мешковатого платья с бахромой, и в совершенно невообразимых цветных очках, закрывающих пол-лица. За последующие полчаса ребята узнали все подробности сто восемнадцатой внеочередной конференции охотников за редкими существами, прошедшей этим летом в Кении; о том, что новый профессор — лапочка, хоть и странный; об ужасных дементорах, которые будут охранять школу; о том, что «Пророк» совсем скатился, а число подписчиков «Придиры» за год выросло на сто сорок шесть процентов; и, наконец, о том, что Невилл во время каникул несколько раз приезжал в Нору,[8] а Джинни, соответственно, в поместье Лонгботтомов, и, кажется, у них уже все серьезно, и скоро будет любовь, хотя это большой секрет, о котором никому нельзя рассказывать.

На этом месте Элин возвела глаза к небу и искренне возблагодарила Мерлина и всех богов, в которых она не верила, за то, что те вняли ее молитвам и избавили от одного из поклонников. Вот если бы еще и Драко в кого-нибудь влюбился, было бы совсем хорошо.

Выговорившись, Луна как ни в чем не бывало закинула ноги на сиденье, примостила голову на коленях у Гарри (про то, чтобы спросить у него разрешение, она как-то забыла) и спокойно заснула.

Профессор Люпин в купе так и не вернулся — то ли избегал разговора с Гарри, то ли не хотел смущать детей своим присутствием. Погода окончательно испортилась, густая пелена облаков закрыла солнце, так что уже в три часа дня в вагоне зажглось освещение. Порывы ветра то и дело бросали в окна волны дождя, заставляя ребят ежиться при мысли о том, что скоро им придется покинуть уютное купе и бежать к каретам.

Вскоре после прохода тележки со сладостями в купе объявились близнецы, выцепившие Элин на секретный разговор. О чем они шушукались, никто из ребят не знал, а сама Элин в ответ на расспросы лишь хихикала.

— Они обнаружили огромную незанятую нишу на рынке, — поясняла она. — А я их консультирую. Вот увидите, лет через десять магическая Британия скажет мне спасибо.

В этот момент поезд начал замедлять ход, Гермиона оторвалась от книги и удивленно посмотрела на часы.

— Нам же еще почти час ехать? — она прильнула к окну, стараясь понять, где находится поезд, но за стеной дождя ничего не было видно.

Заскрипели тормоза, поезд окончательно остановился, лампы начали тускнеть и через пару секунд погасли.

— Что там такое? Электричество кончилось? — Элин засветила люмос.

— Что-то тут не так, — спокойным голосом произнесла проснувшаяся Луна. — Что-то совсем не так. Мне это не нравится.

Гарри достал палочку и выглянул из купе в коридор.

— Там то ли авария, то ли... — не договорив, он вдруг отшатнулся от двери, едва не сбив поднявшуюся на ноги сестру.

— Ой, — сказала Луна все таким же спокойным голосом. — Ой-ей-ей. Мамочка...

Ее глаза закрылись, и она повалилась навзничь. Люмос погас, но в последнем отблеске света Элин успела заметить появившуюся в дверях фигуру в плаще, от которой веяло холодом. Она вдруг очень четко осознала, что единственный способ согреться — подойти к этой фигуре и дать ей себя обнять... поцеловать...

Она попыталась сделать шаг вперед, споткнулась об осевшее на пол тело Гарри, машинально протянула руку и схватилась за хвост Живоглота. Кот возмущенно взвыл и махнул лапой, расцарапав ее ладонь, Элин вздрогнула от боли и пришла в себя.

— Сириуса Блэка здесь нет, — совсем рядом с ней произнес чей-то уверенный голос. — Убирайся.

Фигура в плаще издала протяжный всхлип.

— Я сказал, убирайся. Здесь нет того, кого вы ищете.

Серебряное сияние осветило купе, тварь явственно вздрогнула и поспешно отступила в сторону тамбура.

— Вы в порядке? — профессор Люпин бросил быстрый взгляд на лежащего на полу Гарри. — Я сейчас вернусь, только проверю, что они действительно ушли.

— Это б-были д-дементоры, — Гермиону била крупная дрожь. — Я ч-читала о них, это с-самые оп-пасные в-волшебные с-существа. Н-надо знать з-заклинание п-патронуса, оно есть в д-дополнительной программе с-седьмого к-курса...

— Он ушел, — Луна пришла в себя так же быстро, как до этого потеряла сознание. — Гермиона, не бойся, он не вернется. Волк профессора его прогнал. Серебряный волк, странно, правда? Я раньше таких не видела.

[8] Напомню, что по канону Лавгуды и Уизли — соседи, а Джинни и Луна — близкие подруги. Соответственно, Луна вполне могла быть в курсе личной жизни Джинни.

— Очнулся? Съешь, полегчает, — Люпин открыл свой чемодан и достал из него огромную плитку шоколада. — Как ни странно, но это самое действенное средство для того, чтобы преодолеть последствия встречи с дементорами.

Гарри машинально откусил от плитки кусок и почувствовал, что сковывающий его тело холод постепенно отступает.

— Стало лучше? Вот и отлично! — обрадовался профессор. — А теперь извини, мне надо проверить остальных детей и послать в Хогвартс сообщение.

Сунув в карман еще несколько шоколадок, он захлопнул крышку, закинул чемодан на верхнюю полку, улыбнулся ребятам и вышел из купе.

— Долго я провалялся? — спросил Гарри, жуя шоколад.

— Минут пять, — ответила Элин. — Ты отключился, едва к нам приблизился дементор... Ну и жуткая же тварь! Мы тут все от страха чуть не опи... испугались, в общем. Не знаю, что бы со мной было, если бы Живоглот не цапнул меня за руку.

Живоглот бросил на Элин косой взгляд, развернулся на коленях Гермионы, демонстративно поднял заднюю лапу и занялся личной гигиеной.

— Он и мне тоже помог, — сказала Гермиона, поглаживая кота. — Когда подошел дементор, мне стало очень холодно... Я пыталась вспомнить, как надо от них защищаться, но мне показалось, что я все забыла и вообще разучилась колдовать. А потом Глотик замяукал, и я пришла в себя.

— И никто из вас не потерял сознание, — пробормотал Гарри.

— Я тоже потеряла, — заявила Луна. — Но потом пришел профессор, и я его быстро нашла.

— Я читала, что дементоры сильнее всего действуют на тех, кто потерял своих близких, — сказала Гермиона.