Попаданцы в стране царя Петра (СИ) - Белоус Олег Геннадиевич - Страница 65

  Двадцать минут спустя, хмурые и неразговорчивые после осознания чудовищных потерь бандиты заканчивали грузить на арбы погибших и легкораненых, тяжелых они сами прирезали. Молодой бандит в перепачканном землей халате обладал самым чутким слухом или, возможно, обостренной 'чуйкой' на опасность. Он неожиданно остановился, из-за чего напарник, тащивший вместе с ним труп, споткнулся о камень и отчаянно засквернословил. Не обращая внимания на ругань, молодой несколько мгновений с видимым недоумением наблюдал за горизонтом. С хмурого неба на грани слышимости доносится отдаленный гул, а на севере появилась постепенно растущая точка. Наконец он уверился что это ему не кажется, протянул руку на север и гортанно выкрикнул. В коротком бою не выжил ни один выходец из двадцать первого века, прибившийся к шайке, поэтому объяснить кочевникам, что это летит к ним неотвратимое возмездие в виде вертолета МИ - 8, было некому, но угрозу разбойники и сами смогли понять. Когда стремительно приближающегося небесного дракона увидели остальные бандиты, их охватила нарастающая паника. Громкие тревожные крики, испуганное ржание коней. Бросая арбы с трупами и легкоранеными, бандиты спешно садились в седло. Горстка всадников, изо всех сил нахлестывая камчой лошадей, отчаянно и стремительно понеслись на юг. Но попытка обогнать на лошади металлического небесного дракона заранее обречена на неудачу. Вскоре окрашенная в светло-серый цвет туша винтокрылой машины с большой красной звездой на корпусе, выросла до размеров корабля, плавающего по морю, которое потомки назовут Каспийским. Понеслась низко над землей вслед за беглецами, пригибая степные травы к земле. Грохот газотурбинных двигателей, давил физически, стал почти невыносимым.

  Невыразимый ужас проник в черные сердца степных всадников. Одни, часто оглядываясь на догоняющего их дракона, продолжали мчаться, оставляя камчой кровавые полосы на лошадиных боках. Другие соскакивали с коней и бросались ничком на землю, моля всех богов чтобы небесный дракон не обратил на них внимания. Все тщетно! Над всадниками машина немного приподнялась вверх. Горохом полетели вниз небольшие, размерами с гранату, осколочные бомбы.

  Бах! Бах! Бах! - невиданные огненные цветы распустились над степью, молотом ударив по барабанным перепонкам, разметав взрывами изломанные, окровавленные тела людей и туши ни в чем не повинных лошадей. Все, там остались в лучшем случае раненные и оглушенные. Вертолет резко сбросил скорость, повис на месте, затем неторопливо направился вниз. Вздымая к небу пыль бешено взбивающими воздух винтами, приземлился посреди местного филиала ада. В открывшуюся в корпусе узкую дверь упала лестница. Один за другим десяток экипированные в броню бойцов торопливо спустились вниз. В спецназ города набрали воинов, прошедших суровую школу Чечни, так что крови они не боялись. С казачьей шашкой в одной руке и надежным ПМ - ом в другой, они пробежались по выжившим бандитам. На безнадежных и тяжелораненых пули не тратили, молниеносный взмах казачьей шашки и очередной душегуб отправлялся в ад. В любом случае городской суд знал лишь один приговор убийцам - смерть, так зачем заниматься бюрократизмом? За прошедшие после Переноса месяцы, горожане ожесточились сердцем и зверскую расправу с геологами прощать не собирались. Легкораненых бандитов пинками согнали в кучу. Потом с ними поработают дознаватели. Для города жизненно необходимо выяснить все обстоятельства нападения бандитов на геологическую партию. Между тем вертолет не стал дожидаться бойцов, вновь поднялся в небо, совершив крутой вираж, приблизился холму, на котором принял последний бой Сергей. Над вершиной машина сбросила скорость, тарахтя двигателями зависла неподвижно в каком-то метре от поверхности. По степному ковылю ударил ветер, прижимая стебли к земле, из открывшегося люка спрыгнули пара вооруженных бойцов, тут же изготовившихся к обороне, за ними женщина-медик в белом докторском халате. Вертолет вновь поднялся вверх и полетел в сторону кочевья. Там оставалась охрана и рабы. Каждый должен получить то, что заслужил.

  Уже к вечеру стало известно, что костяк группы, вырезавшей геологическую партию, составили посланные повелителем Джунгарии в Казахские степи разведчики и диверсанты, к ним за время пути к Южному Уралу прибились разноплеменные бандиты и отщепенцы. К сожалению, главари банды и примкнувшие к шайке попаданцы погибли в бою, так что ничего больше следователям ФСБ узнать не удалось.

  Узкий, шириной десять километров и плоский коридор, ведущий из Джунгарии в Казахстан, не раз выплескивал на евразийские равнины орды жадных завоевателей. Тауке-хан, владыка казахов, знал об очередном вторжения чужеземцев и принял ответные меры. На его приказ о сборе войска откликнулись все казахские роды. На заросшей буйной степной травой равнине, раскинувшейся за Джунгарскими воротами, стоял гигантский войсковой стан прибывших для защиты своей земли отрядов. Клонящееся к горизонту солнце окрашивало алым ограниченную с двух сторон вздымавшимися в небеса вершинами горных хребтов: Джунгарский Алатау и Барлык а с тыла озером Алаколь плоскую равнину - будущее поле кровавой битвы. Тысячи разноцветных юрт, палаток беспорядочно теснились на очень небольшом для многочисленного войска - десятки тысяч человек, месте. Впрочем, хаос был лишь кажущимся. Даже сейчас казахи разбили становища строго по племенам, ближе к озеру, одному из самых больших в Казахстане, кереи, найманы, аргыны и кипчаки, ближе к горному проходу все остальные. Между станами племен паслись многотысячные табуны коней, блеяли, мычали бесчисленные стада овец и коров, оставляя после себя вытоптанную, взлохмаченную копытами землю. В воздухе стояла смесь из запахов конских лепех и человеческого общежития, смешавшихся с ароматами степных трав.

  Экспедиция попаданцев, направленные в помощь казахам, после долгого путешествия достигла конечного пункта маршрута. Стан разбили на краю орды Тауке-хана. На берегу озера Алаколь, одного из самых больших в Казахстане, внутри круга из фургонов стояли четыре пятнистых, цвета летней степи палатки. Между ними вздымалась в небо разборная мачта радиостанции, негромко тарахтел движок электростанции. Из полевой кухни вился дымок, порывистый ветер с озера разносил аппетитный запах мясного, заставляя часовых, прогуливающихся вдоль охраняемого периметра сглатывать голодную слюну. Открыв крышку кухни, повар в застиранном фартуке, торопливо помешивал половником варево. Бойцы с фортификационных работ скоро должны вернуться. Второй день они рыли окопы под взводный опорный пункт и позиции для минометной батареи. Александр сегодня дежурил и поэтому оставался в лагере. За последние дни и недели он очень изменился. Не только внешне: загорел до черноты, волосы побелели на южном солнце, взгляд стал уверенным и непреклонным, он поменялся внутренне. Из юноши, в меру честолюбивого и в то же время довольно легкомысленного, готового лететь туда, куда подует ветер, вылупился на свет человек, твердо знающий, что именно он хочет и умеющий добиваться поставленных целей. Война, огонь сражений, гибель товарищей опаляют не только тело человека, но и душу. Жизнь бросила ему вызов и, он принял перчатку. Ради целей, коль они поставлены и признаны жизненно важными, он был готов идти напролом, не обращая внимания на любые ограничения, запреты и трудности, ломая об коленку мешающих и сопротивляющихся. В настоящий момент две цели вели его по жизни - долг офицера защищать и любовь к далекой Оленьке.

  Александр лежал на галечном берегу и бездумно смотрел на накатывающиеся на пляж волны и близкие, выжженные безжалостным светилом горы. Просто было приятно лежать на спине, подставив заходящему солнцу лицо, прислушиваться к шелесту степных трав, смотреть на небо и вспоминать; за время похода ему нечасто выпадали такие минуты, а завтра возможно бой. По донесениям разведки войско повелителя джунгар стоит лагерем у озера Жаланашколь, ближе к выходу из джунгарских ворот и, если завтра враги двинутся вперед, приблизительно к обеду они наткнуться на преграждающее им путь казахское войско.