Секрет фермы (СИ) - Сойфер Дарья - Страница 28

— Вас так всех в Венере учат разговаривать?!

Свирепый взгляд Ольги заставил его замолчать.

— Давай застегну, — примирительно предложил он.

— Еще чего!

— А и правда, чего спешить? — Макс ухмыльнулся. — Лекарства все равно у меня. И до пятницы я совершенно свободен.

— Издевайся, давай…

— Правильно, делай это медленнее. Включить музыку?

Еще один свирепый взгляд.

— Застегивай. Но предупреждаю, у меня под подушкой травмат.

— Так даже веселее.

Макс на удивление ловко справился с рубашкой, не позволив себе вольностей и ни разу не коснувшись Ольги. А температура была, видно, и правда слишком высока, потому что когда он отстранился, она почувствовала нечто, отдаленно напоминающее разочарование.

— Как специально нарядилась, — он удовлетворенно оглядел результат своей работы. — Не хватает соломенной шляпы и сапог со шпорами. Пистолет-то у тебя уже есть. Завернешь с собой? Или прямо так в штаны сунешь?

— Ха-ха, — без улыбки протянула она. — Закончил упражняться в остроумии?

— У тебя вообще нет чувства юмора?

— А у тебя давно не было температуры под сорок? Могу чихнуть тебе в чай, тогда и похохочем.

— Туше, — кивнул он. — Пошли, бациллоносец.

— И имей в виду: руки будешь держать…

— При себе. Я понял. Давай быстрее, — он надел куртку и взялся за ее пуховик. — Чем больше ты испытываешь мое терпение, тем сильнее мне хочется оставить тебя в придорожной канаве и сделать вид, что так и было.

— У тебя, видно, богатый опыт на этот счет.

Она укуталась, оставив свободным только нос. От дрожи и озноба ее это не избавило, напротив, появилось ощущение, что она ввязывается в авантюру. Но не отступать же, в самом деле, именно сейчас?! А то ведь этот сельский воротила решит, что она струсила. Да и ей не помешает один разок нормально поужинать. К тому же, говорят ведь: держи друзей близко, а врагов еще ближе. Друзей у нее не было, а вот враг обрелся. И теперь появится возможность изучить его подноготную и слабые места. Эта мысль бальзамом пропитала воспаленный мозг и заставила Ольгу довольно улыбнуться.

— Господь всемогущий! — отшатнулся Макс. — Ты вспомнила рецепт яда? У тебя вид серийного маньяка на охоте. Ох, чувствую, я еще об этом пожалею…

С этими словами он взял ее под руку, подхватил сумку, и потащил их обеих на свою ферму.

Ольгу провожали недоуменные взгляды рабочих, и она едва успела прохрипеть, что скоро вернется и проверит всю работу. И с утра позвонит Анзуру. К счастью таджиков, Макс уволок ее быстрее, чем она закончила строгую тираду поручений.

Вечер был темный и зябкий. То ли от температуры, то ли от резкого похолодания, Ольгу трясло крупной дрожью, и она никак не могла согреться, несмотря на свой альпинистский пуховик и теплую руку Макса. Тело ломило, и единственным, что она видела вокруг себя, был снег. Разрозненные первые снежинки, маленькие, незрелые, но все же настоящие, они летали в черном воздухе и ласково ложились на поле.

— Завтра все заметет, — сказал Макс, перехватив ее завороженный взгляд. — Еще чуть-чуть, сейчас согреешься. Наташка малину принесла.

Ольга почти не слышала его. Все смотрела на снежинки. Ей вспомнилось раннее детство, когда папа вел ее зимним утром в садик. Было вот так же темно, и вот так же падал снег. Сбоку мелькали окна и фонари, а она торопливо переставляла маленькие ножки в неудобных валенках, с трудом поспевая за отцом. И только чувствовала его крепкую горячую ладонь. Ольга даже не помнила, как выглядело тогда его лицо, а вот руки, широкие, поросшие короткими темными волосками, видела, как наяву.

— Замечталась, снежная королева? — тихо спросил Макс. — Или совсем худо?

Она не ответила, в глазах поплыл соленый туман, и Беглов ускорил шаг. Пара минут — и он подвел ее к деревянному крыльцу.

Ольга едва держалась на ногах, но ревностный взгляд профессионала уже оценочно прощупывал дом. А ведь не зря говорят, что по жилищу можно судить о его хозяине! Никакого изящества, добротный сруб, массивные широкие ступени. Громоздкий, неотшлифованный, но крепкий и теплый. Такое же впечатление произвел на нее Макс при первой встрече, если не считать страха за жизнь, который внушала его небритая физиономия.

— Каков будет вердикт? — ехидно осведомился он. — Снести к едрене фене?

— Пусть пока стоит, — сипло проговорила она, превозмогая боль в горле.

— Заходи. Только не держи долго дверь открытой, у меня натоплено.

На нее разом обрушились свет, тепло и целый букет незнакомых запахов. Настолько сильных, что даже она различила их даже с заложенным носом. Нет, по отдельности, она, пожалуй, узнала бы и мясную подливку, и уютный аромат псины, и еще чего-то… То ли сена, то ли коз. Но все вместе они составляли тот неповторимый запах, который у каждого дома свой. И пусть он был непривычен, Ольга не могла сказать, что ей не нравилось.

Шагнула вперед, и чуть было не наступила на что-то живое и юркое.

— Терри! Пшел на место! — тут же крикнул Макс.

Это, правда, никакого действия не возымело, собака продолжала неистово вертеться в ногах Ольги, вращая задом.

— Ой, а вы и правда жутко выглядите! — Никита подхватил питомца на руки от греха подальше.

Талант к комплиментам он явно унаследовал от отца. Но в отличие от Макса, парень еще не утратил обаяния детской непосредственности.

— Спасибо, что позвали, — прохрипела она с улыбкой.

— Не за что, — послышался слева недовольный женский голос, и следом в прихожей появилась его обладательница. — Можете чувствовать себя, как дома.

Перед Ольгой стояла невысокая и если не полная, то далекая от фитнеса черноволосая девушка с тонкими, выщипанными дугой, бровями. Фартук, полотенце, перекинутое через плечо и чересчур хозяйский взгляд, — все в ней говорило о готовности защищать свою территорию.

Ольга вздохнула. Нет, она определенно погорячилась, когда приняла приглашение Макса. Вечер только начался, а врагов уже двое. Что ж, по крайней мере, скучно не будет.

Глава 12

Если начистоту, Макс рассчитывал, что Ольга, сбитая с ног болезнью, доставит ему меньше проблем, чем обычно. Надеялся, что если не алкоголизм Сидорова, то хотя бы грипп обезвредит ее на какое-то время. А в результате вляпался по самые ноздри.

Понятно, что он ей был ничего не должен. Отъявленным человеколюбцем и благодетелем Макса было трудно назвать. Заболей кто-то из его соседей, Беглов вызвал бы скорую и на следующий же день об этом забыл. Но Ольга впряглась за Никиту. Глупо, поспешно, с тем фантастическим идиотизмом, на который способны только женщины, дети и шизофреники. Спустила парню с рук выходку с забором, сдержала свое слово и позволила ему за свой счет выпендриться перед одноклассниками.

Это означало одно: какой бы стервой она ни была в рабочем состоянии, чем бы ни расплачивалась за карьерный рост, что-то человеческое в ней все же осталось. И Макс не смог бросить ее в бреду, лихорадке и окружении пылких южан. Отправить в областную больницу? С такой температурой Ольге была прямая дорога в инфекционку, так фельдшер со скорой и сказала. А там к соплям и кашлю весело бы присоседилась дизентерия.

Макса и без того терзала совесть за запой Сидорова. Лажа вышла, чего уж кривить душой. Думал, на день-два мужик уйдет в невесомость, за это время Ольга убедится, что с деревенскими сотрудничать не получится. Разочаруется в своих планах по подъему колхоза на новый уровень жизни и займется своей несчастной гостиницей. А Ваня упился в такую несознанку, что его отправили в Тверь, в частный вытрезвитель. И теперь соседи смотрели на Беглова косо, а авторитет Венеры Рояль скакнул вверх. Черт, сам виноват.

Чтобы как-то угомонить внутренний голос, который зудел бесконечными упреками, Макс пошел на добрый поступок. Решил купить индульгенцию здоровьем врага. Увидел Ольгу слабую, охваченную горячкой, и подумал: вот оно! Поможет ей по-человечески, загладит вину и прекратит взаимное сование палок в колеса. И черт бы с ней, с этой землей, пусть строят там, что хотят.