Осторожней с желаниями (СИ) - Цымбал Людмила - Страница 17

-У меня не так много сил, не хочется тратить их впустую. Надеюсь, тебе этого хватит?

- Ты так спрашиваешь, как будто я слон, - «нет, ну в самом-то деле!» - Между прочим, и плова вполне бы хватило. - Я, конечно, это что бы Альмира не обидеть сказала. Знаете ли, на свежем воздухе аппетит, просто волчий открывается.

После ужина, перед нами встал вопрос о ночлеге. Конечно, это сейчас еще светло, но уже через полчаса будет темнеть. И мы решили не заморачиватся по этому поводу, а просто расстелили свои одеяла (которые нам дал маг) на землю возле костра и улеглись. Спать хотелось зверски, тем более что за всей этой возней с устраиванием на ночь, она таки и настала. Сначала все было хорошо, но вот ближе к полуночи костер потух, и мне стало холодно. Я ведь была одета, так как ходила в лампе. Даже кофточка была с коротким рукавом. Я не говорю уже о том, что она была длиной - под грудь. Это теплоты моему телу естественно не добавляло никакой. Ну, я девушка не стеснительная, поэтому сильно много думать не стала, а просто перестелила свое одеяло рядом с парнем и прижалась спиной к нему. Не знаю, что там подумал Альмир, но не сказал ни слова. Хотя уверенна, что в тот момент он уже не спал. Согретая его теплом я быстро заснула.

Наутро нас ждал сюрприз. Какой? Не очень, я вам скажу. Я б добавила - неприятный, как минимум. В смысле нас не собирались убивать или что-то в этом роде. Пока! Но те харчи, которые мы оставляли с Альмиром на утро, бережно замотав в скатерть, с упоительным видом, ДОЕДАЛ, какой-то пушистый зверек. Размером с небольшую собаку. Был он серебристо-белого цвета и очень смахивал на кота с милыми рожками во лбу. Честно сказать за такую милую внешность мне было не жалко отдать наш ужин. Съев все, он встал на задние лапы и стал умываться. Какая прелесть, при этом он очень мило урчал от удовольствия. Я собиралась встать и подойти к этому чуду. Но почувствовала, как рука Альмира, без резких движений, но настойчиво обняла меня сзади и его шепот над самым ухом заставили меня остановиться.

- Не стоит! Это милое животное вскроет тебе живот своими рожками и начнет трапезу по новой.

От такого заявления мне не то чтобы вылезать, дышать расхотелось. Вот и миленький «котенок». Как все-таки природа обманчива. И ведь, действительно, как только это «милое» дитя природы, почуяло, что мы проснулись, резко вскочило на дыбы и стало сильно шипеть. А затем он выпустил свои когти сантиметров так десять, которым, скажу я вам, позавидовала бы Анька, моя подружка. Она любила носить их чуть ли не километровыми.

Мне стало совсем уж страшно. Еще и потому, что, оказывается эта КИСЯ, когда чуяла опасность, вырастала в размерах как минимум в три раза. Вы меня понимаете - В ТРИ РАЗА!!! Обалдеть. И что вы нам прикажете делать? Отбиваться мелкими сучками, валяющимися рядом. НЕ смешно! Никогда не думала, что я такая страшная, особенно спросоне, что меня всерьез можно считать угрозой для жизни. Но как мне пояснил позже джин, это существо (зовущееся, кстати, кхаром), разновидность диких кошек, которые чуют магию и чисто инстинктивно воспринимают ее враждебно. Это ты потом, если конечно соберешь все что от тебя осталось, будешь объяснять ей, что ты так, просто - мимо проходил... В данном случае мирно спал.

И только эта милая, во всех отношениях кися, собиралась прыгнуть на нас, невероятно быстрым движением, Альмир вскочил с «постели». Не знаю, откуда у него такая прыть. Я бы точно пока вставала, эта тварюга доедала бы мою бедренную кость. Одним резким рывком джин, оказался сзади и, закинув руку ему на шею начал душить взбешенную и оглушительно ревущую кису. У меня отпали сомнения в равносилии сил Альмира и кхара, пока я не начала соображать, что парень таки сильнее, казалось бы, почти в полтора раза превышающего его самого противника. Я видела, как закатываются глаза у этой могучей кошки, а ведь она просто защищала себя. Нет, я, конечно, понимаю либо мы, либо она и тут сомнений нет, куда клонятся мои симпатии. Но мне стало жуть, как жаль ее.

- Альмир, нет! НЕ надо ее убивать, она защищала себя. Ты и так ее почти придушил. Давай оставим кису тут, а сами быстренько смотаемся отсюда? Ну, пожалуйста! Она так прекрасна и уже не представляет никакой угрозы для нас.

- Ты знаешь, что она нас убьет, когда поймет, что я оставил ей жизнь? - ему явно хотелось, поскорей расправится с могучим зверем. - Она вскоре придет в себя и что тогда?

- Ну, ведь мы уже будем далеко. Ты почти не оставил ей шанса на выживание. Вряд ли она очухается вообще.

- Это хищник, понимаешь? Он может и не оставить нас в покое.

- Альмир, ты и так не в лучшей форме, оставь зверя в покое и пошли отсюда, да поскорее.

В общем, спорить со мной иногда, как с асфальтовым катком - бесполезно. Я ведь не из вредности, а из-за того, что Альмиру действительно нужны были силы в дальнейшем, тем более что ЭТОТ зверь теперь точно не представлял для нас угрозы. У меня даже были сомнения в том, жив ли кхар.

Быстренько закидав весь наш нехитрый скарб в сумку, пошли прочь. Солнце уже светило во - всю. Мы с Альмиром, так и не увидев погони, спокойно продолжали свой путь. Конечно, опять были трудности с «отпаиванием» джина эликсиром (он ведь потратил нехилый такой запас энергии на зверя). Ну что за мужики, народ то такой вредный. Неужели еле плестись ему доставляло такое неземное удовольствие? Да я понимаю, это, наверное, чересчур - каждый день тратить столь драгоценную жидкость, но, а что делать. Не помирать же, прям тут и сейчас.

Солнце нещадно давало понять, что мы и так идем слишком долго, чтоб еще и не пообедать. Точно обедать, мы так не хотели еще раз встретиться с этим "очаровательным" зверьком, что просто не хотели останавливаться. И, тем не менее, мой желудок объявил о начале революции. И кишка громко заявила своей товарке, о том, что я не благодарная дрянь и столько лет они работали на благо мне любимой, почем зря.

- Альмирчик, солнышко мое лучистое. Я кушать хочу. Нет, ты не думай, что я жалуюсь, но есть хоцца, так что я б слона съела.

- Слона!!! Ты и в правду хочешь слона? - неподдельно изумился парень.

- Конечно же, нет, ты что! Я просто так выражаю степень своей голодности. Может, устроим привал? - мне действительно не хотелось ныть, но все же у всего есть свой предел и моему терпению тоже.

- Ну хорошо, - наконец сжалился мой спутник.

Мы устроили очередной привал (второй, между прочим, за сутки - всего лишь) у небольшого ручейка протекающего в роще, через которую мы в данный момент времени и шли. Как и в первый раз была та самая чудо-скатерть. И мы с вожделение начали поглощать пишу. Когда прошел первый голод, мы еще немного повалялись на травке. Ну как МЫ. Альмир на траве, а я, конечно, своей головой на его животе. А что, я, между прочим, против всяких там букашек забредающих ко мне на голову. Бррр! Не люблю этого. Тем более что джин не возражал. Все-таки он к моим выходкам уже привык.

По-моему нас разморило, и мы немного задремали. И тут, о ужас! У меня де-жавю! Я открыла один глаз и увидела все того же кхара с огромным, просто непомерным аппетитом поглощающим НАШУ еду. ОПЯТЬ! Я не знала что делать, ведь Альмир походу и не думал просыпаться. Видно сильнее моего устал, что и не удивительно.

- А ты не обнаглела ли часом кися?! - стараясь таки не сильно повышать голос. А какая разница! Вед все равно она нас нашла. Так что будем тянуть момент, пока я толкала легонько в бок джина. - Между прочим по правилам приличия, перед тем как съесть чужой обед, нужно хотя бы спросить. - Я понимаю - глупо, но ничего в голову просто не лезло. А Альмир все никак не просыпался.

Кхар повел ушами в мою сторону и начал приближаться к нам: «Ну все - конец! А я была так молода»!

Хоть и была моя жизнь коротка, но зато не многие могут похвастаться таким приключением как у меня. Что удивительно, так это то, что киса не стала, как в первый раз увеличиваться в размерах. Не слышно подойдя поближе к нам.... Она легла возле меня и, не мигая уставилась в мои глаза. Я не знаю, зачем это делая, протянула руку к морде зверя. Но ни оскала, ни даже малейшего движения я не увидела. Она позволила мне погладить себя. Оказывается, урчать от удовольствия (когда гладишь) и этой киске не чуждо.