История разведывательных служб Израиля - Мелман Йосси - Страница 106

Шпиглер (Бен-Op) переехал в Мексику, стал шофером и телохранителем Катца. Молодой израильтянин быстро постиг все хитрости торговли оружием. Бен-Op ждал своего момента, и он представился в 1980 году, когда Соединенные Штаты наложили эмбарго на поставки оружия в Гватемалу. Гватемальский режим также поссорился с Катцем, и Бен-Op, энергично работая локтями, оттеснил своего бывшего работодателя в сторону и стал главным поставщиком оружия самой жестокой хунте в регионе. Продавая оружие правительству, грубо нарушавшему права человека, он стал миллионером.

Бен-Op купил себе роскошный дом в израильском пригороде, который выглядел как крепость, и вложил свои деньга в сеть ресторанов. Его имя упоминалось в связи с некоторыми сделками по продаже оружия в Латинской Америке, в том числе никарагуанским «контрас».

Помимо резидентуры «Моссада» в Мехико, являющейся важным опорным пунктом израильской разведки и базой для всякого рода «бывших», Израиль также имеет крупные резидентуры в Рио-де-Жанейро и Буэнос-Айресе. «Моссад» наблюдает за безопасностью местных еврейских общин и отслеживает сотрудничество этих стран с арабским миром. В 1981 году израильские источники обвиняли Бразилию в том, что она сотрудничает в ядерной области с Ираком, и они сделали все возможное для того, чтобы в 1988 году убедить Аргентину отказаться от участия в совместном иракско-египетском проекте создания новой ракеты «земля — земля» под названием «Кондор».

Израильское разведсообщество чувствует себя в Латинской Америке более свободно, чем в какой-либо другой части мира, в том что касается предоставления возможностей «бывшим» работать на иностранные правительства и частные группы. Большинство режимов в регионе чувствуют угрозу со стороны своих соседей и внутренней оппозиции. Короче говоря, они хотят вооружаться до зубов. Для израильских торговцев оружием возможности наживы в этом регионе выглядят необычайно привлекательно.

Некоторые правительства использовали израильских консультантов в вопросах безопасности, и эти консультанты, по утверждениям активистов зашиты прав человека, давали «грязные» советы о том, как лучше подавлять политических оппонентов. Официальная политика Израиля в отношении гражданских конфликтов в Центральной и Южной Америке чаще всего остается нечеткой, но считается установленным фактом, что «бывшие» в ряде случаев осуществляли подготовку «контрповстанческих» подразделений в этих странах.

Гватемала, Сальвадор и досандинистская Никарагуа — все с энтузиазмом обратились к Израилю за военными «товарами», после того как США в ответ на нарушения прав человека уменьшили свою военную помощь этим странам. Циркулируют настойчивые слухи, что США тайно оплачивают часть поставляемой Израилем помощи, поддерживая таким образом антикоммунистические режимы в Латинской Америке сверх пределов, установленных конгрессом. Некоторые лидеры «контрас» заявляли, что они получали оружие от Израиля, в том числе захваченное у ООП.

Среди наиболее «горячих» предметов экспортной номенклатуры Израиля, поставляемой секретным службам наиболее жестоких режимов, были компьютеры. Частные предприниматели с экспортными лицензиями «Сибат» предоставляли этим странам программы для учета и розыска партизан и электронные подслушивающие устройства, созданные на основе образцов «Шин Бет».

Израильские «бывшие» работали инструкторами в полицейских и военных подразделениях Гватемалы, Гондураса, Сальвадора и Колумбии, и «жирные» контракты, которые они там получали, ставили Израиль в неловкое положение. Так, подполковник Яир Кляйн, офицер запаса, командовавший антитеррористическим парашютным подразделением в Израиле, открыл свою собственную фирму по предоставлению услуг в области безопасности под названием «Ход хе-Ханит» («Клин»). В августе 1989 года по телевидению была показана видеозапись Кляйна и других израильтян, занятых подготовкой вооруженных отрядов колумбийцев, в которых опознали наемных убийц медельинского кокаинового картеля.

44-летний Кляйн бежал из Колумбии, прежде чем израильские власти успели выдать ордер на его арест за деятельность, которая, как он утверждал, была разрешена соответствующими властями. «Клин» имел экспортную лицензию от «Сибат», однако израильские власти утверждали, что лицензия касалась только контрактов с правительствами, а не с криминальными милицейскими группами. Кляйн, со своей стороны, заявлял: «Я тренировал фермеров, которые защищали себя от террористических организаций, в первую очередь от группировки М-19, которая хочет превратить Колумбию в Кубу или Никарагуа».

Огласка этой связи с наркодельцами сильно компрометировала Израиль. Были отданы новые распоряжения «Сибат» усилить контроль за выдачей лицензий на торговлю оружием и предоставлением израильскими гражданами услуг военного характера.

Ситуация выглядела так, что Израиль заключал секретные сделки практически везде. Посетитель, оказавшийся у одного из «бывших», например, в Европе, мог застать у него богатого саудовца или представителя какой-то другой арабской страны, который, удобно расположившись в кресле, с выпивкой и шутками мог вести с израильтянином деловые переговоры. В Африке, Азии или Латинской Америке эти частные предприниматели порочили имя Израиля и создавали плохую репутацию его вооруженным силам и разведывательным службам. Порой это выглядело так, что почти любая неприятность или какое-то непонятное событие в мире относилось прессой и даже министерствами иностранных дел на счет израильских спецслужб.

В судах по всему миру слова «израильская разведка» или «Моссад» часто использовались в оправдание обвиняемых, как будто судьи могли оправдать все, если будет установлено, что преступник работал на Израиль. Репутация израильского разведсообщества была сильно «подмочена» торговцами оружием, наркодельцами и похитителями людей в ряде судебных процессов от островов Карибского бассейна до европейских столиц.

Одно из таких дел возникло в Великобритании, когда служащие таможни обратили внимание на очень нервничавших служащих нигерийского посольства. В аэропорту Стенстед, к северу от Лондона, нигерийцы готовились погрузить в самолет авиакомпании «Найджириен эйруэйз» два больших деревянных ящика. Британским служащим были хорошо знакомы обычные мешки с нигерийской дипломатической почтой. Эти ящики показались им довольно странными, а от одного исходил запах больницы.

Чиновники спросили, что находится в ящиках, но нигерийцы отказались ответить, ссылаясь на дипломатический иммунитет. Не обращая внимания на протесты, британцы молотками и ломиками вскрыли ящики.

В одном ящике оказались два потных — было 5 июля 1984 г. — белых человека, которые выглядели виноватыми и не оказали никакого сопротивления арестовавшим их полицейским. В другом ящике тоже находился белый мужчина, который немедленно заявил, что он врач, и темнокожий человек в костюме, в руку которого был введен внутривенный зонд с капельницей. Темнокожий мужчина был без сознания и лежал свернувшись на дне ящика.

Так провалился довольно сложный заговор с целью похищения, который стал известен как «дело Дикко». Жертвой оказался Умару Дикко, бывший министр Нигерии, который после произошедшего в стране военного переворота находился в розыске. Новый режим утверждал, что Дикко бежал в Лондон, прихватив с собой миллионы долларов государственных средств. Нигерийцы хотели вернуть его в Лагос и предать суду. Они нашли трех израильтян, которые были готовы сделать эту грязную работу.

Организатор этой акции Александр Барак в тот день находился в ящике вместе со своим сообщником Феликсом Абутублем — оба вышли из израильской криминальной среды. Они покинули Израиль в начале 1980-х годов, и следы их затерялись.

Третьим человеком был доктор Лев Шапира, советский еврей, переехавший в Израиль и получивший репутацию отличного анестезиолога в небольшом госпитале около Тель-Авива. Он делил второй ящик с Дикко и вводил ему снотворное.

После ареста все трое израильтян повторили дежурное объяснение, что они делали это в интересах Израиля. Их английский адвокат заявил, что они исполняли приказ «Моссада». Израильское правительство полностью опровергло эти утверждения.