На круги своя (СИ) - Романовская Ольга - Страница 99

Решилась бы? Вряд ли. Я слишком ценю Эллана, чтобы завести любовника. Может, всего один раз, и кончено.

Эллан, мой лорд.

Улыбка тронула губы.

Пока он валялся в постели, мы много говорили. К счастью, не об этикете. Эллан успокоился, стал прежним, каким я его знала при жизни Элизы. Оказалось, он вовсе не подкаблучник. И собственник — гордо представлял, как станет хвастаться такой красавицей и умницей-женой. Собственно, я и приехала к Соланжу, чтобы объявить о помолвке и передать приглашения на прием. Подспудно надеялась: некромант наконец раскроется, заговорит о чувствах, и одновременно страшилась признания. Так не нужно выбирать, а тогда?

И Соланж действительно заговорил, только о другом.

— Полагаю, тебе интересно поболтать с демоном, — озадачил виновник тяжких дум. Сколько ночей из-за него не спала! — Тем самым, который помогал Твейну Онору. Ты ведь в курсе, что Твейн — отец пропавшей королевы?

Кивнула и поежилась. Демон не вызывал ничего, кроме страха. Вместе с тем, когда еще представится случай прикоснуться к Сумеречному миру? Вряд ли Соланж предложил что-то опасное, хотя, памятуя его прошлые авантюры…

Некромант развеял сомнения. Мне ничего не грозит, он не позволит причинить вред матери его будущего сына.

Закашлялась и осторожно напомнила:

— Я не собиралась никого рожать.

— Природа сама обо всем позаботится, — самодовольно улыбнулся Соланж и покосился на мой живот. — Может, ты уже тяжела.

Покачала головой и с легким звоном поставила чашку на блюдце.

— Мы уже на «ты»? Не слишком ли фамильярно?

Похоже, некромант не ожидал подобного ледяного спокойствия, потому что стушевался. Он — смутился!

Воодушевленная, продолжила наступление:

— Так вот, минутная слабость ничего не значит. Спасибо за все, особенно за Эллана, — лицо Соланжа дернулось, как от пощечины. — Если долг слишком велик, я заплачу. И, — выдержала паузу и встала, намекая: время визита подошло к концу, — я очень хотела бы видеть вас другом.

— Только другом? — рот некроманта кривился в улыбке.

Отвернувшись, помолчала и глухо промолвила:

— Я выхожу замуж за другого. Помолвка — восьмого января. Наши встречи нужно прекратить, от них и так нет проку. Вы мечтаете обладать, я — понять. Леди Марон мужу изменять не станет, так что…

Скомкала перчатки.

Тяжело, безумно тяжело! Столько раз репетировала, а, как дошло до дела, стушевалась. Виной всему Соланж — зачем он так смотрит!

— Дария, не надо лгать.

Он подошел и положил ладони на плечи. Не спешила скидывать их, так и стояла, слушая его биение сердца.

— Ничего не выйдет. У нас только постель… Я приезжаю, ты молчишь, — слова вырвались на свободу, обвинительные, горькие. — Только сын, пара. А я? Я тебе нужна, Соланж? — развернулась и сжала его руки. — Не как последнему из рода Альдейнов, не как мужчине, а как человеку?

Некромант медлил с ответом, подтверждая худшие опасения.

— Вот видишь, — с сожалением заключила я и отступила к двери, — одно тело. А любовь — это душа. Как у нас с Элланом.

— И что же он такого делает? — зло выплюнул Соланж.

Он стоял мрачнее тучи и, казалось, готов разнести весь дом. Кулаки сжимались, глаза выцвели, жилы на шее вздулись.

Во рту пересохло от страха: вдруг обрушит гнев на меня, но я ответила. Прошло время, когда Дария Эрасса молчала, позволяя мужчинам творить историю. Ее историю.

— Слышит, видит и хочет понять.

— Он Чувствующий! — в устах Соланжа дар любимого казался проклятием. — Вспомни, Геральт Свейн тоже «понимал».

Сколько горечи, сколько злобы! Только причина ее — чувства. Теперь ясно видела их. Некромант сбросил панцирь, и под властностью проступила человечность. Верила, ему больно, только и мне не легче. Однако пойду до конца. Хватит жалости! Двое стоят на одной доске, а тут меня упорно с нее сгоняли. Соланж, как Геральт, повелевал и требовал безоговорочного подчинения. Пусть спустится и услышит.

— Не надо наговаривать на Эллана, — укоризненно качнула головой. — Лучше вспомни, сколько раз мы обсуждали любимые книги? Какой цвет я люблю, чего боюсь, о чем мечтаю?

Некромант задумался и нехотя признал: нам недоставало общения. А дальше пошел в атаку:

— Я женюсь на тебе!

— Я сделала предложение Эллану. Он станет моим мужем не позднее марта.

Вот так, плата за самоуверенность.

На всякий случай напомнила:

— Брак, заключенный по принуждению, не имеет силы. Только друзья, Соланж.

— Издеваешься?! — взревел он и прижал к стене, не давая пошевелиться. — Ты хочешь меня, Дария, сама не выдержишь, придешь. Это предопределено.

— Выдержу. Желания плоти проходят, любовь остается. Отпусти, пожалуйста, не хочу дуэли.

— Скажешь? — брови некроманта поползли вверх.

— Разумеется. У нас с Элланом нет секретов.

— Хорошо, — подозрительно улыбнулся Соланж и отступил на шаг, — посмотрим. Отныне я к тебе не прикасаюсь, сама попросишь.

— Не попрошу.

Мне бы собственную уверенность!

Распробовав лакомство, трудно от него отказаться. Казалось бы, есть Эллан, только вот Соланж все равно вторгается в мысли, смущает покой. С каждым разом все сложнее просто пить чай, отказываться от вина и прогулок на крышу. Некромант, безусловно, догадывался, иначе бы не торжествовал. Только он не учел женского упрямства и силы женской же верности. Ради Эллана я переборю натуру наиви. Может, светлые и многолюбки, в моем сердце останется один мужчина.

Видимо, нечто промелькнуло на лице, раз улыбка сошла с губ некроманта.

— Выходи за меня!

Соланж порывисто опустился на одно колено.

Оторопело уставилась на него.

Сердце сжалось и подпрыгнуло к горлу.

Замуж за Соланжа? Он сделал предложение? Сам? Ущипните, Хозяин смерти, некромант его величества с осанкой и замашками императора не станет унижаться перед какой-то леди, будь она трижды его парой и единственной светлой на свете.

Соланж смотрел с надеждой. Пальцы сжали безвольно повисшую ладонь.

Облизнув губы, мучительно медленно подбирая слова, попросила:

— Не надо! Я уже дала слово другому и почти его жена.

Внутри царила странная неразбериха. Одна половина сопротивлялась, другая отчаянно желала ответить согласием.

— Плевать! — некроманта подобные мелочи не волновали. — Я же не прошу его бросать. Раз так нужен, оставим.

Что?!

В ужасе смотрела на коленопреклоненного Соланжа. О чем он говорит? Нельзя иметь двух мужей! Пусть местные законы разрешают, единственный на то и единственный, что ни с кем тебя не делит.

— Нет, — теперь ответила твердо и вырвала руку.

— Хорошо, — с тихой злобой прошипел некромант и вскочил, сверкая глазами, — я сам переговорю с Элланом Мароном. Учти, Дария Эрасса, — пригрозил он, — к январю я заручусь согласием, и ты не отвертишься.

— Он от меня не отречется. — Ни на мгновение не усомнилась в Эллане. Как только Соланж мог подумать, будто лорд предаст? Не иначе, гордыня застилала глаза. — И не смей с ним говорить!

Щеки горели, грудь вздымалась от частого дыхания.

Не стоило приезжать, но мне захотелось увидеть Соланжа, справиться о его здоровье. Справилась! Нужно попросить Эллана ускорить помолвку. Некромант настроен слишком решительно, как бы чего ни выкинул.

Вопреки ожиданиям, Соланж не пошел провожать, даже не попрощался. К лучшему. Может, оскорбленное самолюбие заставит забыть обо мне?

Очевидно, так и вышло. Соланж больше не появлялся. Наверное, обиделся. После унизительного отказа мало какой мужчина согласится видеться с оскорбившей его женщиной.

Сначала я в страхе ждала, что Соланж сдержит слово и нанесет визит Эллану. Тот пока слаб, на него можно надавить, убить, в конце концов, или соврать, будто я сама желаю брака, но стесняюсь сказать. Однако время шло, а некромант не приходил. Эллан тоже ничего не говорил, и я успокоилась. Правда, ненадолго.

Никогда бы не подумала, что стану так тосковать по Соланжу. Ворочалась по ночам, зажимала между ног подушку — без толку. Стоило закрыть глаза, вспоминались его руки, а простыни благоухали вербеной. В итоге мучилась от бессонницы, практически не ела и таяла на глазах.