Сквозь инферно: За инфинумом забвения (СИ) - "Стефаний" - Страница 84

– Спасибо тебе. – С легко промелькнувшей улыбкой обессилено произнём Рафаэль.

– Да ладно тебе. Так за что ты там хотел меня убить?

– Да успел я поговорить с ней, прежде чем она впала в кому. Ты мог ей помочь так, чтобы она в тебя не влюбилась?

– Что? – Голосом, полным удивления спросил парень, и в сию секунду по его телу и душе пробежала ползущая волна неудобства и смятения.

– Да ладно, не говори, что не знал. За то всё время, что я её знаю, это первый такой случай.

– Даже не представляю…

И увидев тот сноп сомнений, разногласий с самим собой и просто неуверенности, Рафаэль сказал своему другу:

– Эх, скажу тебе так, если то конкретное надумаешь, ты сможешь нас найти в поместье.

После этого разговора Азариэль и Рафаэль по–братски попрощались и их пути разошлись. Бывший наёмник стал искать спасения для своей сестры, а прошлый рыцарь отправился к Танету, где оставался ещё один оплот сектантов.

Весь поход Азариэль держался в стороне от остальной группы и, избегая даже своих друзей, с которыми раньше беспрерывно общался. Парень полностью погрузился в собственные размышления о потаённой и неконтролируемой злобе. Его разум днями терзали самые различные версии и теории от банальной психопатии до проклятий. И видя самоистязания парня, Айк’Аран решил помочь.

Чародею недолго пришлось уговаривать бывшего рыцаря. В дороге маг провёл не один десяток обрядов и смог выяснить только, что «источник столь сильной злобы не един. Первый, весьма обычен: это ярость к культам от жизненных потерь, которые понёс парень. Первая проблема крылась в банальной психологии. Н второй источник наиболее ужасен. Он покрыт мраком и тьмой. Он бездонен, ибо его суть – пустота».

Азариэль чуть было с коня не свалился, когда услышал результаты исследования, которые чародей решил ему преподнести в дороге. Но Айк’Аран поспешил успокоить парня и протянул ему кольцо, которое позволяет держать под контролем свой дух и волю. И Азариэль охотно его взял, ибо не хотел, чтобы от его злобы пострадал невиновный.

Но поимо всего прочего, в дороге они встретили целый легион, который перебирался их Хаммерфелла к портам Морровинда. Никто не стал восхищаться им и его мощью. Но Рихард, имя на руках «указ Императора», поспешил приобщить целый легион к делу очищения Тамриэля.

Главнокомандующий легиона долго рассматривал указ, после чего всё же оказал помощь остаткам Ордена по уничтожению той скверны и ереси, что собиралась накрыть целый мир. Целый легион выступил против чумного культа под Танетом, позволив Рихарду продолжить путь к последнему оплоту еретиков.

И пара суток назад от главнокомандующего легионом пришёл ответ, скорописью изложенный на кусках пергамента. В письме говорилось, что они встретились с хорошо укреплённым поселением. Его окружало несколько рядов деревянных стен, собранных из прогнивших досок, а в самом центре имелась большая площадь. Предварительная разведка выявила, что строения в этом поселении носят одинаковый характер: двухэтажный жилой блок, собранные из покрытого мхом и плесенью камня. И в этом поселении нет управления. Там каждый равен и каждый сам по себе. Офицеры Империи пришли в шок, когда во время штурма они столкнулись с хорошо организованным сопротивлением, лишённым командованием, словно сектанты имели коллективный разум. В письме командира был описан и внешний вид сектантов: «облачённые в тяжёлые рясы, пропитанные чёрным гноем, лишённые всякого чувство боли и сострадания и покрытые язвами, волдырями и наростами, без страха кидаются в бой». Командир рассказал, что битву они выиграли и предали чумное поселению огню, но часть сектантов смогла уйти на север.

Последние строчки письма гложили Азариэля. Его пугала возможность встретиться сразу с двумя чемпионами Даэдра, благословлёнными своими повелителями на чёрные деяния. Если чумной лорд, повелитель отчаяния и верховный вождь смертных сил Периайта и Намиры сбежал к своему собрату по служению, то сегодня их ждёт воистину тяжёлый бой.

Но Азариэль разогнал мрак, повисший в его сознании, вызванный свинцовым прессом тяжёлых и неприятных воспоминаний. Он снова потормошил палкой трескающий костёр и среди плясок искр и вихрей пламени увидел подобие лика Аквилы, выплывшего из его сознания.

Философские размышления о жизни и спор с самим собой подступили к его сознанию, уже скребя в дверь. Бывший рыцарь даже не представлял, что делать дальше, когда закончится вся эта безумная погоня за частицами бывшей славы Ордена. Да, именно тот древний долг и священная задача, сделали из уцелевших в той грандиозной битве больше двух лет назад, продолжение сути и естества Ордена. Но задача близка к выполнению. Всего несколько часов и священный долг иссякнет. И что тогда? Азариэль всегда задавал себе этот вопрос и находил два ответа. С одной стороны он мог продолжить поиски Аквилы по всему Тамриэлю, в надежде, что после стольких лет, отношение их друг к другу может измениться. Но в эту красивую сказку он не верил. После пройденных сражений и познания жизни, парень впервые готов был совершить правильное действие в своей жизни – отказаться от этого затлевшего безумного чувства и внемлить голосу разума. И второй вариант ему нравился намного больше, нежели вновь бросаться в гнилые объятия затхлого и прогнившего чувства.

Внезапно от его собственных размышлений парня отвлёк хруст листвы и шелест зелёной травы. Азариэль обернулся, схватившись за рукоятку своего меча.

– Это я. – Прозвучал столь знакомый голос.

– Ты что-то хотел, Готфрид. – Механически холодно вымолвил Азариэль.

– Хватит тебе тут сидеть, пошли лучше в лагерь. К тому же, скоро вернуться разведчики легиона. Надо будет послушать, что они расскажут.

– Хорошо. – С тяжестью произнёс Азариэль и, оперившись на клинок, с кряхтением поднялся и присоединился к Готфриду, по пути отряхивая свою одежду от грязи.

На бывшем рыцаре всё так же был чёрный кожаный камзол, опускавшийся ему до колен, только в него парень вшил несколько металлических элементов, образующих лёгкую нагрудную пластину. Теперь это хоть как-то напоминало лёгкий доспех.

Буквально за пять минут лёгкой ходьбы через леса южного Хай Рока Азариэль дошёл до того лагеря, где расположилась ставка сил Тамриэля.

Он был максимально прост и приспособлен только для командирского состава, ибо основные ударные силы должны были ждать к востоку и северу от того места, где должна была состояться последняя битва за контроль над Тамриэлем.

Лагерь был разбит прямо посреди леса и представлял собой несколько простых лежанок с нехитрыми маленькими палатками, составленными вечно бдящими патрулями и большой командирской палаткой в центре. Лагерь полностью был составлен по имперским лекалам, которые практически никогда не менялись.

Азариэль, пройдя через нехитрые баррикады, вошёл в лагерь и увидел его быт воочию. В небольших палатках расположились солдаты имперского легиона, которые составляли свиту рыцаря-протектора Империи. По лагерю ходил небольшой патруль, смотревший за дисциплиной. На вертеле готовилось мясо кабана, от которого исходил приятный запах, заполнивший весь лагерь, а где-то в сторонке расположилась полевая кузница за которой работал квартирмейстер.

Бывший рыцарь огляделся и вновь убедился, что лагерь командиров коалиции находится в глубокой лесной чащобе и еретикам Люция сюда не добраться.

– Нам сюда. – Указав на большую, раскинувшуюся посреди лагеря красную палатку, сказал Готфрид.

И Азариэль покорно направился к той самой палатке вместе со своим другом.

– Стоять. – Прозвучал грубый голос. – Кто вы?

Бывший рыцарь увидел перед собой двух охранников, что стояли у входа перед палаткой. И каждый из них был далеко не прост, как банальный солдат легиона. Прекрасная выправка, примерная осанка, бесстрастие в глазах и искусно выполненное оружие, представленное катанами, с превосходными акавирскими доспехами. Без сомнения это были воины из службы Клинков.

– Пропустите, это я его позвал. – Послышался изнутри палатки знакомый голос чародея погибшего Ордена.