Ассистентка антиквара и город механических диковин (СИ) - Корсарова Варвара - Страница 94

Пендельфедер потоптался на месте, развел руками и произнес:

– Прости, кузен, ничего не попишешь. Сдается, ты зашел слишком далеко. Давненько напрашивался на такой исход, откровенно говоря. Говорил я тебе… эх! Ладно, пойдем-ка в кутузку.

Но не успел он сделать и шага, как Ангренаж произнес:

– О нет, дорогой мой Ромуальд, не сегодня!

«Надо же, полицейского зовут Ромуальд!» – только и успела подумать Аннет, как события принялись разворачиваться с ошеломительной быстротой.

Ангренаж прыгнул вперед – его плащ мелькнул, как черная молния. Миг – и жесткие пальцы больно впились в горло Аннет, затем ее развернуло и прижало к твердой груди механика.

Она тщетно царапала его кисть, пытаясь освободиться: он легко сжал ее горло, и она перестала сопротивляться, чтобы сохранить возможность дышать.

– Ни шагу или ей конец! – сказал механик игривым тоном.

– Отпустите ее, Карл, – спокойно попросил Максимилиан, однако его глаза сузились и сверкали холодной яростью. – Что за глупости? Право дело, не стоит так себя вести. Прятаться за девушкой… давайте поговорим лицом-к-лицу, как подобает мужчинам. Уверен, мы придем к компромиссу.

– Нетушки! – весело ответил Карл. – Стоит мне отпустить ее, как вы используете свой талант сенситива. О, я о нем знаю, мой любезный трижды одаренный господин! Обо всех трех знаю! Наивная милашка Ванесса из вашей конторы и дурак Вальвазор мне много чего рассказали!

Максимилиан укоризненно покачал головой.

– Что мне мешает использовать мой талант сейчас? – мягко сказал он, и в тот же миг Карл издал сдавленный звук, часто задышал, а потом в руке механика, как по волшебству, появилось длинное тонкое лезвие. Под подбородком у Аннет царапнуло холодным.

– Бросьте ваши штучки, любезный! – прохрипел Карл, втягивая воздух со свистом. – Или я пущу ей кровь! Луиза! Помоги! Подави антиквара. Пусть не мешает.

– Нет, – ответила Луиза угрюмо. – С меня хватит. Катись к дьяволу, Карл, со своими махинациями. Больше ты от меня помощи не дождешься.

– Луиза? – удивленно переспросил Эрми. – Что значит – подави антиквара?

– Эй! – очень грозно произнес Форс и сделал шаг вперед, как бы желая закрыть библиотекаршу хилой грудью.

– Я тебя сдам, Луиза! – пригрозил Карл.

– Одна моя тайна уже всем известна, пусть и о второй узнают. Семь бед один ответ.

– Как скажешь, – вздохнул Ангренаж и пояснил в толпу: – Это Луиза у нас незарегистрированный глушитель. Она, голубушка, мне во всем помогала, лишь бы я ее тайну не рассказал. Видите ли, за лунатизм у нас не наказывают, а вот за сокрытие такого дара не поздоровится. Давай, Ромуальд, арестуй ее, раз уж со мной не вышло. А вы, господин антиквар, больше не огорчайте меня, пожалуйста. Видите, где мой нож? И видите ли вы, как дрожит госпожа Вик?

– Прострелите ему коленную чашечку, офицер! – азартно предложил Эрми и потеребил Пендельфедера за плечо. – Доставайте ваше оружие!

Пендельфедер растерялся. Он сделал шаг назад, потом вперед, потоптался на месте и растерянно опустил руки. Эрми, не выдержав бездействия, сам дернул за застежку кобуры на боку полицейского и через секунду извлек из нее длинный круглый предмет, ничем не напоминающий пистолет. Он поднял его двумя пальцами в воздух и принялся изучать с глупым видом.

Пендельфедер покраснел и опустил глаза.

– Это призовой редис сорта «Восточный рубин», – виновато пояснил юный помощник полицейского, – Шеф собрал урожай на днях и носит лучший экземпляр с собой, чтобы не свистнули конкуренты накануне сельскохозяйственной выставки.

Максимилиан скрипнул зубами и вновь попросил:

– Ангренаж, отпустите Аннет. Уберите нож.

– Ладно, уберу, – неожиданно легко согласился Карл.

Он сделал молниеносный жест; нож исчез, и вместо него в руке механика появились его удивительные часы.

– До свидания, господа! – произнес Ангренаж язвительно. Ловко, большим пальцем нажал на кнопку сбоку и сильным движением швырнул часы, а затем, потянув за собой Аннет, нырнул в укрытие за карусель.

Толпа ахнула, кто-то взвизгнул. В ту же секунду Максимилиан с непостижимым проворством метнулся вперед.

Наверное, он двигался очень быстро, но ей казалось, что все происходит как в замедленной съемке. Вот его лицо искажается яростью, вот он делает рывок… в последний миг изменяет направление движения, закрывая собой зевак.

Раздался резкий хлопок, звон стекла и пружин: часы взорвались в воздухе, разметав осколки и острейшие миниатюрные лезвия. Одно из них с комариным звоном впилось в обшивку карусели прямо перед глазами Аннет.

– А теперь побежали! – азартно сказал Ангренаж, как школьник во время игры в салочки.

Он потянул ее за собой, на ходу доставая нож. Аннет умудрилась вывернуть голову и увидеть потрясенные физиономии горожан и Максимилиана, опустившегося на одно колено, с белым как мел лицом. Его правая щека и шея были алыми от крови; тяжелые капли срывались с плеча и падали на пыльную землю.

Глава 29 Часовая башня, часть 1

Ангренаж грубо дернул Аннет за плечо. Механик двигался на удивление прытко, продолжая твердой рукой удерживать нож у горла пленницы. От прикосновения холодного лезвия она вздрагивала и сжималась.

Площадь Роз пересекли в одно мгновение. Перепуганные горожане молча расступались. Здоровяк Эрми выпятил грудь колесом, свирепо свел брови, и шагнул было вперед, но остановился, когда Карл на ходу бросил весело:

— Не стоит, приятель. Ты же не хочешь, чтобы я сделал нашей милой барышне больно? То-то же.

Охваченная ужасом Аннет часто спотыкалась, и тогда Карл рывком ставил ее на ноги. Она не сопротивлялась. В голове панически метались мысли.

Что она наделала! Вздумала играть в детектив, устроила публичное разоблачение... глупая, глупая! Максимилиан! Что с Максимилианом? Что если Карл… убил его?

– Мне можно не опасаться твоего дара, верно? – проговорил Карл ей в ухо, часто дыша. – Думаю, после фокусов в мастерской ты будешь не способна воспользоваться им сутки, а то и двое. Хоть в этом повезло! А ты талантливая девчонка. Я найду тебе хорошее применение, не сомневайся.

Он притащил ее к узкому переулку у задней стены ратуши и заставил нырнуть в кусты. Острые шипы больно царапнули ноги. Механик спрятал нож и сбросил плащ, нагнулся, не отпуская руки Аннет, нащупал в траве крышку люка и рывком поднял.

– Вниз, красотка! Пошла!

Она приготовилась завизжать, изо всех сил ударить негодяя локтем в нос и рвануть прочь, но он опередил ее: больно толкнул в спину и Аннет едва не рухнула в черный проем. В последний миг увидела ступени лесенки и, обдирая ладони о шершавые железные поручни, кое-как спустилась в царство плесени и сырости. Следом спрыгнул Карл и принялся задвигать тяжелую крышку.

Аннет огляделась, вздрагивая от холода. Тоннель уходил в черноту. Рискнуть? Да! Другого случая может не представиться...

Она затаила дыхание, шагнула раз, второй. Приготовилась нестись со всех ног, но тут ее больно схватили за волосы и потянули назад. Карл безжалостно запрокинул ей голову, так, что в шее что-то хрустнуло, и направил в глаза резкий луч фонаря.

— Еще раз вздумаешь улизнуть, дорогая, и я буду вынужден наказать тебя, — сказал он с сожалением. — Пожалуйста, веди себя хорошо, не то вырежу на этих румяных щечках свои инициалы.

Ослепшая Аннет покорно кивнула. Карл крепко ухватил ее за локоть и повел по темным узким коридорам, где постоянно что-то капало, плюхало и шелестело. Пахло здесь отнюдь не розами.

– Канализация, – пояснил Карл. — Жакемаров лабиринт ниже. Туда мы не будем спускаться. Нам недалеко.

– Когда вы узнали про существование жакемаровых тайных ходов? — спросила Аннет тоненьким голоском. Надо отвлечь его внимание. Поддерживать разговор, быть любезной, не спорить.

— Всегда знал, – равнодушно ответил Карл. Он прислушивался к глухим крикам, доносящимся через отверстия стоков. Наверху шла погоня, но, судя по досадливым возгласам и отчаянной ругани, найти преступного механика и его пленницу горожане пока не могли.