Ассистентка антиквара и город механических диковин (СИ) - Корсарова Варвара - Страница 69

– Почему? – в отчаянии вскрикнула Аннет. – Кому я помешала?

– Не спрашивай у меня. Погоди немного, скоро придет заказчик, все тебе объяснит.

Швиц выколотил трубку о каблук, вздохнул, потянулся, а затем рассеянно запустил руку в сумку Аннет, которую все еще держал на коленях.

– У тебя перекусить не найдется? Конфетки хотя бы? С утра во рту росинка маковой не было, – пожаловался он.

Аннет, часто дыша, смотрела на него вытаращенными глазами и лихорадочно размышляла.

«Старик – это, должно быть, доктор Вальвазор, – сообразила она. – Наверное, с ним расправились. Он был хронолог, как и я. Этому самому заказчику мешают хронологи, но нужен репликатор. Я должна потянуть время!»

– Послушайте, господин Швиц, у меня есть предложение – вежливо начала она, но Швиц ее прервал:

– А это что такое? – спросил он, вертя в руках книгу, которую вытащил из ее сумки. Поднес к носу и с выражением прочитал:

– «Книга сладких сновидений, сочинение господина Дормируса, морфеоманта». Не знаю такого писаку. Из новомодных, чтоль? Которые пишут ни в склад, ни в лад, и задницу в каждой строке поминают?

– Я обещала отдать книгу Луизе Соннери, – пробормотала Аннет и, не веря в успех, попробовала закинуть удочку:

– Может, вы отнесете ей эту книгу? Она очень ее ждет.

– Луиза Соннери, – Швиц причмокнул и вздохнул. – Для этой дамы я готов на многое. Обещаю, она ее получит, – он зловеще хохотнул и раскрыл книгу на первой странице: – Ну-ка, посмотрим, о чем тут пишут.

Аннет приободрилась: в голову пришла блестящая мысль.

– Это очень интересная книга, – сказала она как можно равнодушнее. – Такому тонкому ценителю изящного слога как вы, господин Швиц, она понравится.

– Не пудри мне мозги, голуба, – отрезал Швиц, однако послюнявил пальцы, перевернул первую страницу, прищурил глаза и начал читать, бормоча под нос. Аннет следила за ним в волнении. Ну же, господин Дормирус, морфеомант, не подведи! Сейчас Швиц начнет клевать носом, а потом его сморит сон и она получит шанс сбежать!

Швиц перелистнул страницу, широко раскрыл рот и зевнул, издав собачье поскуливание. Аннет радостно встрепенулась. Ее затея начала приносить успех!

– Что за чертовщина! – рявкнул Швиц. – Как можно читать такой бред? Льет, льет воду, а все без толку! Поучился бы у Горациуса или Викториуса, пес бездарный!

Швиц с треском захлопнул обложку, и сердце Аннет упало. Ничего не вышло! Но вдруг Швиц ойкнул, поднес палец к глазам и уставился на него, как на ядовитого скорпиона:

– Кровь!

От волнения его голос сорвался на фальцет, а лицо стало белым как бумага.

– Я порезался! – взвизгнул он истерически, уронил книгу на пол и затряс рукой. – Кровь, кровь! Не выношу крови!

С этими словами Швиц закатил глаза и повалился с ящика на землю как набитое соломой чучело. Несколько мгновений Аннет смотрела на него, пытаясь понять, что произошло. Швиц не шевелился. Он лежал, откинув руку, и на указательном пальце алела крошечная капля крови.

Не может быть! Страницы книжки изготовлены из толстой мелованной бумаги. Швиц порезался о край страницы и от этого упал в обморок! Он говорил, что боится крови.

Ну, дела! Неслыханная удача, что ей попался преступник с такой чувствительной нервной организацией!

Аннет быстро вскочила на ноги. Нельзя было терять не секунды. Она подавила порыв бежать куда глаза глядят и заставила себя приблизиться к валяющемуся в бессознательном состоянии любителю поэзии.

Брезгливо ткнула в бок носом туфли: Швиц не шевелился. Вряд ли такой обморок продлится долго: Аннет приготовилась отскочить при первых признаках опасности. Вздрагивая от напряжения, она быстро сорвала с шеи Швица платок чудовищно-пестрой расцветки, сдвинула руки преступника вместе, торопливо обмотала запястья и завязала концы бантиком. Узел вышел не ахти, но избавиться от пут одним махом Швиц не сможет. Пока Аннет возилась, он не подавал признаков жизни: уж не помер ли? Аннет прислушалась. Дышит. Жаль.

Тогда она, пыхтя от напряжения, залезла Швицу под пиджак и сняла подтяжки. Подтяжками спутала ему ноги. Выпрямилась и полюбовалась. Преступник хрюкнул и тоненько застонал, однако в себя не пришел. Тогда Аннет осмелела и обшарила карманы клетчатого пиджака. Нашла кисет, спички, кошелек, удавку и электрический фонарик. Фонарик она сунула в карман, а удавкой обмотала руки Швица поверх платка – для надежности. Отлично. Скорее бежать!

Глава 22 Призрак Железнорукого

Аннет бросилась в темноту и наткнулась на железную дверь. Рывком открыла, понеслась вверх по узкой лестнице и выскочила в каменный закуток. Слабый свет из подвальной двери освещал кусок грязной стены и кусок не менее грязного пола. Пахло древесной гнилью, плесенью и немного карболкой. Стало ясно, что Аннет находится в старом, заброшенном здании.

Поспешно захлопнув дверь, нащупала и накинула железный крючок. Квадрат света исчез, наступила кромешная тьма. Аннет сделала пару шагов и потеряла ориентацию, но вовремя вспомнила о фонарике. Щелкнула кнопкой, дрожащий луч прыгнул в черноту и выхватил горы мусора и стены с обвалившейся штукатуркой.

Осторожно двинулась вперед. Желтый круг провалился в проем, за которым угадывалось просторное помещение. Там могли таиться новые опасности. Идти туда не хотелось, но выбора не было. Девушка отлипла от косяка, сделала несколько шагов и замерла. Пульс стучал в висках крошечными молоточками, руки заледенели от страха.

Она попала в большой зал. Сумрак здесь не был беспросветным: от высоко расположенных окон исходило синеватое свечение, словно они открывались в иной мир. На стеклах чернели мозаичные силуэты: парочка скелетов и человек в длинноклювой маске чумного доктора. Несколько секунд Аннет стояла, онемев от изумления, пока не сообразила, что видит витражи. Снаружи была ночь, сияла полная луна, она-то и заставляла витражи светиться потусторонним светом.

Что это за место? Аннет терялась в догадках. По лунной дорожке, тянущейся от окна, она прошла вглубь зала, ступила в тень и поводила фонариком направо-налево. Луч чиркнул по стене, зацепился за затянутый паутиной кособокий стеллаж, вознесся вверх и выхватил блеснувшую медью надпись. Выложенные в камне буквы складывались в слова: «Из сердца гор прими бесценный дар». Под надписью посверкивал ажурный символ размером с ладонь Аннет. Приглядевшись, она узнала механическое сердце, сплетенное из шестеренок и скрепленное винтиками — то самое, что нарисовал Лазурный поэт!

Собственное сердце Аннет застучало, как паровой молот. Швиц притащил ее в заброшенную водную лечебницу! Как пить дать, вход в тайную мастерскую где-то здесь – не зря отец города установил эту надпись и этот символ, ох, не зря!

А еще, говорят, в лечебнице водится страшный Железнорукий. Все по правилам: клад должен охраняться призраком. Впрочем, сейчас главной опасностью для Аннет был не выходец с другого света, а преступник из плоти и крови, который может в любую секунду вырваться из подвала. Нужно скорее выбираться отсюда и бежать к Максимилиану!

Аннет быстрым шагом прошла к дальней стене где, по ее расчетам, должна быть входная дверь. Дверь нашлась где положено, но оказалась надежно запертой засовом снаружи. Если бы окна находились ниже, можно было бы попробовать разбить стекло и выбраться. Опять создать реплику лестницы? Аннет прислушалась к собственным ощущениям. От гадкого средства, которым ее одурманил Швиц, все еще кружится голова и мелко подрагивают колени. Пожалуй, если она призовет талант, то свалится в обморок. Да и лестница должна быть раза в два выше той, что она сотворила вчера. Если талант подведет Аннет на середине пути наверх, она рухнет так, что костей не соберешь. Кроме того, окна снаружи закрыты решетками.

Ничего не попишешь, придется искать другую дверь, через которую ее сюда притащил Швиц. Интересно, как ему удалось пронести бессознательную жертву через весь город и не попасться? Может, он нес ее в мешке через плечо как поросенка?