Время проснуться дракону - Ганькова Анна - Страница 186

Начал с гнома, потом продолжил темным – по всей форме, со всеми прилагающимися к ним титулами. И уже после них, с улыбкой, представил Эль:

– А это моя жена – Эльмери. Это в доме ее семьи мы все время и прожили. И это она меня выходила.

Рой с улыбкой подошел к девушке и поцеловал руку, с которой она едва успела сдернуть перчатку. А от слов Светлейшего и от его такой искренней симпатии, столь отличной от раздражения королевской пары, она и того больше засмущалась и покраснела.

– Сестрица, я так рад нашему знакомству! И могу сказать без преувеличения, что вы прекрасны! Не могу поверить, что у моего тихони-братца оказался такой хороший вкус, – при этих словах он отступил на шаг и отвел руку девушки, как бы любуясь ею со стороны.

– Так, заканчивай! Сейчас не время для твоих галантных ужимок! Позже познакомишься с невесткой поближе. А пока скажи мне, что здесь происходит? Что с Ричем? Где Владиус? – прервал его Вик.

– Тихо, ты! – тут же рявкнул на него брат, сразу перестав улыбаться. Он напряженно, с прищуром, посмотрел вокруг, задрал голову и не менее внимательно оглядел потолок. Потом полез в мешочек, висящий у него на поясе, и достал щепоть какого-то порошка.

– Твои люди должны подойти к нам поближе, если ты желаешь, чтоб и они участвовали в нашем разговоре, – тихо произнес он.

При этих его словах оборотни направились к ним, а Рено с Иво переглянулись, и гном ответил:

– Вик, мы недавно с тобой, поэтому лучше пока отойдем, чтобы вы могли поговорить свободно. Все, что ты посчитаешь нужным, ты сам потом нам скажешь, – и направились в коридор, что вел к комнатам свиты принца.

Льнянка, угукнув под их слова, двинулась за ними.

А Ли не знал, что ему предпринять. До жути хотелось остаться, но новое жизненное понимание, приобретенное им в раздумьях в дороге, опять, как и тогда на пороге библиотеки в маленьком замке, нашептывало ему, что направиться сейчас к Вику и Светлейшему будет неправильным решением. Почему? Потому что это неделикатно? Некрасиво? Потому что взрослые, и пусть раздражающие его, но по-житейски более мудрые гном и эльф, так поступили? Кто ж это знает? Но эльфенок пересилил свое любопытство и тоже направился к двери.

А в это время принц Ройджен подкинул вверх пыль, что держал в руке, и одними губами прошептал какое-то заклинание.

– Я теперь вынужден всегда это с собой носи… – все, что услышал Ли после этого. А пыль, чуть искрясь, куполом оседала вокруг стоящих людей.

Когда парень оглянулся, перед тем как ступить в коридор, ни одного слова было уже не слышно. Только и увидел он, как беззвучно шевелятся губы то Вика, то Светлейшего. И то, как-то неявно, смазано…

Неудовлетворенное любопытство, еще непривыкшее к таким ограничениям со стороны хозяина, свербело, ныло и скреблось, где-то в области затылка. Чтоб заглушить его Ли решил найти себе занятие на ближайшие час-два.

А что нужно человеку после долгой тяжелой дороги? Правильно! Помыться нормально – с душой и толком. Ибо грязь, которую он насобирал на дорогах Эльмерии, давно уж не отмывалась тазиком воды и не оттиралась влажной тряпкой. Нет, он, конечно, не грязнуля и с удовольствием бы принимал ванну на каждом постоялом дворе! Но, когда компания из восьми человек заваливает в простой деревенский трактир, а подходящая лохань там одна, естественно, она в первую очередь достается девушкам. Так что мужчинам, что бы ни растягивать банные процедуры до утра, приходилось, как правило, обходиться кувшином воды и тазиком. Вот и весь секрет слипшихся волос в косе, заскорузлых пузырей, оттопыривающихся на коленях кожаных дорожных штанов, и чешущейся спины.

Но Ли боялся, что тут будет таже проблема – в личную спальню принца не попрешь, а доступная для всех остальных ванна – одна единственная, и в ней, скорее всего, уже полощется Льнянка. И, если по смыслу… то гном с эльфом в очереди перед ним. Да, это не старые добрые времена – теперь-то народу в покоях Вика ровно вдвое больше.

Так что, собрав чистенькое бельишко, прихватив мочалку пожестче да мыло с любимым хвойным запахом, парень отправился в общие бани. Да, а что тут такого? Он тоже вроде как не господин. Невелика должность – пажик принца. Вон королева их сегодня и вовсе «челядью» назвала. А уж за возможность полить на себя вдосталь горячей воды Ли и подавно был готов последним поваренком прикинуться.

Конечно, баня для прислуги это не медная ванна в принцевых покоях, в которой растянешься в полный рост и будешь возлежать, возможно, еще и винцо попивая! Это большое забранное в камень помещение в полуподвальном этаже, куда к концу дня набивается куча голых мужиков и парнишек, где толчея и шум несусветный. А мыться ты будешь в деревянной шайке, которую надо неоднократно набирать и тягать до того места, где успеешь пристроиться. Но вода там также горяча и льется также щедро, как и в господских покоях, а вот компания, с которой ты рядом мостишься, еще и плюсом пойдет, если посчитать за это сплетни, которых наслушаешься.

Впрочем, сегодня Ли повезло. День, хоть и клонился к вечеру, но еще не был закончен, так что, бани встретили его совершенно пустым гулким залом. Ли, конечно же, по этому поводу расстраиваться не стал. Подхватил шайку побольше и почище, выбрал место поукромней – за колонной в уголке, на случай если народ все-таки подтянется, и, окатив каменную скамью кипятком, принялся намываться.

Он даже в парилку заставил себя сходить. Раньше-то Ли эти жаркие радости недолюбливал, видно сказывалась его нежная эльфийская натура. Но сегодня, после дальней дороги, ничего так, пошло… по началу. Тело, окутанное горячей влагой, расправилось и набухло, как бархатная тряпка, брошенная в воду, и задышало в полную силу каждой открывшейся порой. Он прямо чувствовал, как въевшаяся в кожу пыль, отмокая, вместе с потом, наконец-то, покидает его. Но, опять же, трепетная эльфийская кровь, непривычная к столь простецким удовольствиям, вскоре напомнила о себе, постучавшись в виски и прихватив дыхание.

Парень с трудом вывалился из парилки, кое-как добрался до своего места в зале и чуть ни со стоном повалился на лавку. А отдышавшись, вроде даже приснул.

В себя, после толи сна, толи забытья, он пришел от того, что в помещение кто-то зашел.

Бани растопили недавно, так что большой жары в общей зале не наблюдалось, и та прогретая влага, что была в ней, висела туманом, отталкиваясь от теплого пола и стремясь поближе к холодному потолку. А прохладный ветерок, что заныривал с улицы в чуть приоткрытое окно, делал эти клубы еще плотнее. Это потом, когда в залу набьется толпа народа, который будет двигаться по ней, разгоняя стоячий туман, а помещение прогреется равномерно, вот тогда и воздух станет прозрачен, а помещение начнет проглядываться вдоль и поперек. А пока, все что увидел Ли четко это две пары ног до бедер, а вот все что выше уже терялось в молочной мути. Ну, а плечи и голова, и того хуже, вообще неявными сероватыми контурами виднелись. Увиденные же ноги были жилистыми, с шишковатыми коленями, что говорило о том, что мужчины те были немолоды:

« – Скорее всего, старшие слуги. Пришли в бани, чтоб на воле, без лишних глаз… да и ушей тоже, помыться спокойно…», – подумалось Ли.

Его они, лежащего пластом на лавке в углу, скорее всего, тоже не приметили. Да и расположились мужики, как раз за колонной, что подпирала потолок, так что, и для эльфенка они остались только голосами

А вот звуки как раз в гулком, как и положено забранному в камень пустому помещению, были ему слышны хорошо. И шлепки босых ступней по влажному полу, и плеск воды в шайках, и тем более те самые голоса.

Сначала парень мужчин почти и не слушал, занятый собственным болезненным состоянием. Но, как известно, это только считается, что одни бабы любят языками трепать, но под кружечку пива или как вот сейчас – в баньке, мужечки-то им, как правило, в этом деле и не уступают. Так что, уже фразе на пятой Ли разговором заинтересовался и свои длинные ушки навострил.