Время проснуться дракону - Ганькова Анна - Страница 164

Вик, с интересом поглядел направо, в сторону оставленной ими гостиницы. Там, на высоком крыльце, пугая народ, стояли несколько стражей и останавливали каждого, кто пытался выйти или войти в охраняемый ими дом.

Увидев, сколь серьезны намерения служивых выполнить приказ молодого лорда, Вик, от греха подальше, накинул на голову капюшон. Краем глаза он заметил, что тоже самое сделала и Эль, укрывая свои приметные волосы, и Тай, который к тому же указал на это и эльфятам.

« – И правильно. Много ли в городе темных эльфов, светлых полукровок? Так ведь и бросаются в глаза их белобрысые головы!» – одобрил это дело Вик, спускаясь по ступеням и вливаясь в людской поток на улице.

Он было хотел направиться к центральному входу Храма, что выходил на площадь, но Иво, который уже успел каким-то образом сменить свой приметный лакейский сюртук на темненький простой кафтан и прикрыть беловолосую голову таким же невзрачным колпаком, потянул его в обратную сторону.

– Зачем рисоваться перед всеми?! Храмовая лестница высится над всей площадью – мы на ней будем как на ладони! – эмоционально увещевал он принца, протискиваясь меж какой-то теткой с корзинами и мальчишкой разносчиком. Слушая его, Вик быстренько сообразил, что и дальнейший путь для них давно уж просчитан ушлым гномом.

И точно, они прошли всего-то десяток саженей вдоль стены огораживающей угодья храма, как в ней показались высокие ворота, а рядом маленькая калитка. Ворота, правда, были закрыты наглухо, но вот на калитке висел бронзовый молоток.

Не успел гном и пары раз стукнуть им по пластине, как в двери открылось маленькое окошко, в которое выглянуло любопытное розовощекое лицо – видно Брат привратник, приставленный сегодня к задней двери, ужасно скучал на посту.

Он с интересом, минут пять, разглядывал их. Иво уж по третьему кругу успел ему объяснить, что бы они от него хотели, а тот все лупал глазами, осматривая их колоритную компанию. А долго стоять посредь улицы, перекрывая движение такой-то толпой, не следовало – на них уж стали обращать внимание прохожие!

Наконец-то, служка наглазелся на них и выдал срывающимся на фальцет голосом:

– Что бы ни искали господа в Доме Многоликого – этот вход для посторонних не предназначен, – как будто и не слышал, что ему говорили!

– Нам срочно нужен Отец Настоятель! Живо открывай! – рыкнул в своей коронной манере Тай, настороженным взглядом окидывая улицу.

Служка вытаращился на него испуганно, но быстро вспомнив, что он за дубовыми воротами и грозный незнакомец добраться до него не сможет, захорохорился:

– Прям так и самого Отца Настоятеля?! А идите вы господа в храм, через общий вход, как и положено всем ходить, и там ищите встречи с Отцом. Если, конечно, он пожелает с вами разговаривать! А мне недосуг тут на вас время тратить! – и хотел было окошечко захлопнуть.

Но тут вперед ступила Эль и, укоризненно глянув на Тая, улыбнулась служке лучезарно:

– Мой охранник не хотел Вас обидеть, уважаемый служитель. Он человек простой, грубый, понимает только силу! Но вы же не такой – вы не сможете отказать женщине, которая вас так просит! – и заглянула ему в глаза уже жалобным просительным взглядом, на котором, кажется, даже слеза навернувшаяся блеснула. Слеза была, конечно, небольшой, но служке хватило – утонул тут же и отказать категорично не смог, только заблеял неуверенно:

– Г-госпожа-а, я не мог-гу пустить… нельзя тут…

Эль поднажала – захлопала влажными ресницами, как будто собираясь разрыдаться:

– Ну, господин начальник охраны! – еще и польстила ему, отчего щеки того довольно покраснели. – Мне только два словечка Отцу Настоятелю сказать! Вот увидите, он вас ругать не станет, а я пожертвование храму хорошее сделаю. И вас отблагодарю… – и просунула в окошко восьмушку серебра.

Подобному служка противостоять уж точно не смог. Женские слезы, помноженные на хорошую денежку – такой довод, знаете ли, убедит кого угодно!

– Не убивайтесь так госпожа. Я пущу вас и мальчиков. Они же, кажется, светлые полуэльфы? А эти – пусть отойдут, когда я калитку открою, – зло глянул он на мужчин, стоящих за спиной Эль.

« – Ха, а он не только жадный, но еще и злопамятный, гаденыш!» – усмехнулся про себя Вик, глядя на мстительное выражение лица служки. Рядом раздалось утробное урчанье, такое, какое обычно издает рассерженная кошка – это Тайгар начинал выходить из себя. Но сорваться ему не дала Лёна, которая быстро подошла и, погладив его по руке, шепнула:

– Отойдите и ждите.

И точно, не прошло и двух минут, как служка грохнул дверью, закрывая ее за женой и эльфятами, а створка открылась вновь и в нее просунулся Ли, подзывая их.

Сразу за воротами пролегала короткая дорога, упирающаяся в явно хозяйственные постройки. Лион же потянул их вправо, в низкий проход в еще одной стене.

Когда Вик нырнул в него, следом за остальными, он оказался в маленьком садике из подстриженных вечнозеленых кустов, еще голых деревьев и не засаженных клумб, за которым виднелись жилые постройки храма. Посередине же этого уютного патио, на площадке окруженной каменными вазонами, стояла беседка из резного камня, и в ней он увидел девушек и еще кого-то…

Вик поспешил туда.

Но оказалось, что этот «кто-то» – всего лишь тот злопамятный служка, который, кто бы мог подумать, сладко спал сидя на каменной лавке.

– Молодой, а тяжелый какой! Чуть не надорвались, пока дотащили его сюда. Знатно отожрался на храмовых-то харчах! – прокомментировал развалившееся толстопузое явление Ли.

В жилых помещениях им, опять же по счастью, никто не встретился, и по пустым переходам они двинулись в направлении храма, ориентируясь на звук пока еще еле слышимого пения.

Очередная дверь вывела их в правый неф Божьего Дома. Отделенный от основного пространства стрельчатыми арками, он был затенен, и только свет послеполуденного солнца, сочась сквозь витраж над главным входом, кое-где высвечивал цветными бликами мозаичный пол.

Где-то над ними хор уже принялся читать «Жития», а десятка полтора прихожан толклись у входа – значит, близилась предвечерняя служба. Юноши и мальчики в разноцветных рясах служек зажигали свечи в больших напольных канделябрах. Пока в главном нефе, но вскоре можно было ожидать, что придут и сюда.

Находчивая Льнянка, откинув капюшон, выставила напоказ свои острые ушки и белоснежные волосы, и шикнула ближайшему парнишке, подзывая его. Тот засеменил к ним.

Светлых эльфов в этих землях видели редко, и подошедший к ним мальчишка, не скрывая своего интереса, восторженно пялился на нее и возникшего рядом Ли. Сам он был явно от темной породы – черноволосый, хорошенький и остроухий… но, наверное, не так близок к первородным, чтоб ощущать сущность других, так как совершенно не обратил внимания на остальных, стоявших за спинами этих двоих. Они, скорее всего, казались ему простыми людьми и внимания его не привлекали.

Уловив его интерес к ним, эльфята взяли парнишку в оборот – что-то тихо заговорили, улыбаясь мальчику и поощрительно хлопая его по плечу. Тот обрадованный таким вниманием редких гостей что-то в ответ кивал и поддакивал. Через несколько минут такого бойкого разговора он развернулся и убежал куда-то в дальний предел. Эльфята повернулись к остальным и довольно сообщили, что их новый друг сейчас приведет Отца Настоятеля.

Главный служитель, которого вел к ним мальчик, оказался сухоньким невысоким старичком с добрыми всепонимающими глазами. Как и парнишка, да и большинство народа, населяющего эльфийские королевства, он имел какую-то толику их крови. Но все-таки человеческого в нем было больше: и невысокий рост, и рыжеватые с проседью волосы, и явные признаки преклонного возраста, все, кроме слегка заостренных ушей в его облике говорило об этом.

Он, не выражая ни малейшего недовольства, что какие-то пришлые хотят его видеть в преддверии службы, с мягкой улыбкой шел им навстречу. А подойдя, с неподдельным интересом спросил:

– Что привело гостей нашего города в Дом Многоликого, и что хотят они от Его смиренного служителя?