Время проснуться дракону - Ганькова Анна - Страница 122

– Ну, что? Прочувствовал? – раздался насмешливый голос дамы. И тут же волшебство момента схлынуло, оставив в руках ощущенье обычных мягких щекотных ворсинок.

– Только дары земли остаются по своей сущности изначально постоянными, а вот все, что живым когда-то было, со временем напитывается черной энергией смерти. А кто из нынешних магов блюдет, когда там были собраны растения для их опытов? Или, к примеру, крыло бабочки… червяк сушеный. А уж с кровью, что пользуют они для усиления заклинаний, и того хуже дело обстоит – склянок полных впрок накупят и чуть ни год льют, куда не попади! Малограмотный аптекарь ее от порчи-то укроет, так что может и не завоняется она, а вот свойства свои кардинально поменяет, точно!

– Да я вроде слышал, что они ее от вполне здравствующей живности берут… – встрял с дополнением Вик, вспомнив мышей в клетках в башне у брата, где однажды побывал.

– Да, некоторые так поступают, но и эти портачат. Там ведь и надо-то всего каплю для усиления действия заклинания. Так ведь нет бы, использовать какую крупную скотину, которой маленький порез не повредит, если уж своей крови жалко, а они все мышей да хомяков пользуют! Понятно, для коровы или свиньи хлев нужен, а для мелких тварей и клети достаточно, что в любом помещении помехой не будет! Так ведь порежут живность и бросят, спеша свои дела доделать. А мышка создание хрупкое – погибает тут же. И вот тебе и пятно на ауре, да еще и заклинание видоизменяется, потому что это уже не Магия Крови, а Жертвенная получается. И не могут ваши горе-маги не то что деток иметь, но и больших высот достигнуть! Потому что должно во всем порядок и строгую закономерность соблюдать! – все больше расходилась волшебница, жестко клеймя нерадивых магов:

– Все ж свою основу имеет, а им лишь бы денежки капали и слава возрастала! Вот, к примеру, прыщи свести красотке какой или там родинку уродливую – это пожалуйста, действуй, а вот приворот – уже не смей! На себе чей прочувствовал – дело-то черное. Роды принять – для знахарки это достойно, а зелье на выкидыш сотворить – это смертный грех уже! Вот и получается, что колдуньи по деревням, как бы сильны небыли, но век свой в одиночестве оканчивают!

Ну, а что Вик? Он понял вдруг, что ничего таинственного и непознанного в этой сфере и нет, а просто, как и в любом деле, свои закономерности есть и законы, которые блюсти надобно. И в первый раз задумался о том, что ничего плохого может и не случиться, если он свой Дар примет…

***

А в это время, пока Вика, где-то аккуратно, а где-то за шкирку и носом, подводили к пониманию, что от даденной Судьбы не уйти, Ли на заднем дворе отрабатывал навыки в эльфийской магии. За прошедшие три десятницы он хорошо подтянулся в азах и теперь потихоньку начинал осваивать более сложные элементы.

Пока их принц был совсем плох, Лион, как и все, отсиживал возле него положенные часы, а остальное его время заполнял занятиями нервозно-энергичный Тай. Не имея возможности повлиять на состояние Вика, он, исходя невыплеснутым напряжением, старался максимально занять и себя и других делом. Так что свободного времени практически и не было ни у кого. Те, кто в данный момент не сидел у постели больного, все равно были чем-то заняты – тренировались до седьмого пота с оружием, несли повинность на кухне, так как Тай сильно переживал, что они такой ордой «свалились» на головы хозяек, и ухаживали за лошадьми. Вручную! Потому что раскомандовавшийся Тигрище, что называется, легких путей не искал… и другим не позволял.

В общем, когда открылось, что в нем, Ли, проснулся дар, и он требует пристального внимания и развития, то Тай почему-то решил, что и это дело без него не прокатит. И стали они с Лёнкой с того дня заниматься под пристальным взглядом Тигра. Оно, конечно, для дела может и лучше… недаром Ли такие успехи теперь выказывал, но вот ни поцелушек, ни обнимашек поощрительных в сей процесс обучения больше не входило.

А в последние дни, когда принц стал поправляться, Тигра, видать, попустило, и он разжал свои лапищи, в которых крепко держал и себя, и друзей последние недели. Вон, давеча, даже утреннюю трапезу проспал – о, как расслабился!

Ну, и сегодня, только махнул им рукой издали:

– Давайте сами, мелкие! – и куда-то потрепал. Ха! Как будто они раньше без него не управлялись!

Вот только мысли теперь всякие разные лезли в голову и захотеть положенного никак не получалось.

Юный эльф как раз отрабатывал добычу воды из тучки осенней, что тяжелым низким пологом висела над их головами. Но, как было сказано, мысли Ли от непривычной вольности скакали сегодня как блохи. Ну, а эмоции, как водится, за ними следом. Так что и водица, которая должна была по замыслу течь в ведро ровной струйкой, никак не хотела этому самому замыслу следовать, то падая редкими мелкими каплями, то собираясь в мощную косую струю, а то и вообще, плюхаясь ляпками, обдавала его брызгами с головы до ног.

– Лион, будь внимательней, ты так больше воды расплескиваешь, чем собираешь! – возмущалась Льняна, отходя подальше от них с ведром – это, значит, чтоб и ее заодно не замочило. – Мне что, Тая позвать, чтоб ты смог задание закончить? – строгим учительским тоном грозила она, выглядывая из-за решетчатой шпалеры с уже по-зимнему голыми плетями роз.

– Да ладно, Лёночка! Мы первый раз, после того как оказались в Долине, можем поговорить свободно без лишних ушей и глаз! Давай лучше договоримся встретиться где-нибудь в тихом местечке, а? – отвечал ей Ли, бросив ведро и напрочь забыв о туче. А пока он это произносил, ноги сами несли его к девушке, а руки, соответственно, тянулись к ней. А когда и те и другие достигли цели, то и губы вступили в дело.

– Ой! Ты что, меня на свидание приглашаешь?! – хихикнула девушка, быстрым взглядом окидывая двор – все ж не хотелось бы, чтоб их застукали за поцелуями.

« На свидание-е?!» – удивился Ли. Да нет вроде… свидание, в его понимании, это ж там всякие платья красивые, нюни-слюни, цветы да сладости, а он так предлагал, как раньше – по-простому, без сложностей этих…

Тут до него дошло, что он уже лишнего затягивает с ответом и Лёна на него смотрит как-то растерянно.

– Да, на свидание!

А что? Если ей хочется, пусть их встреча свиданием называется. Вон на кухне стырит из вазочки засахаренных фруктов – вот и сладости. «Нюни-слюни» как-нибудь изобразит, раз такое дело, а цветов уже нет, чей иней по ночам выпадает – так что не обессудьте. Ну, а красивые наряды – это вообще, ее забота! Так что пусть будет свидание – ему-то что с того названия? А девочка вон заулыбалась…

– Давай встретимся в лесу за деревней, на южном склоне – там полянок укромных много… – предложил он, вспоминая их вполне уютные встречи во время поездки по Валапийской долине.

– Ну что ты, Лион! Мы же в горах сейчас, не забывай, холода здесь рано наступают. Вон и заморозок случается по ночам, а потом листва сырая весь день лежит, – ответила девушка, как будто тоже вспомнила их хорошие деньки во время путешествия, и прекрасно понимая, почему он ее тянет в лес.

– Тогда я к тебе в комнату поднимусь. Тебя ж одну на третьем этаже поселили, вот никто нас там и не увидит! Я приметил, что кроме котов там и не ходит никто, – выдвинул следующее предложение Ли.

– Да ты что, не знаешь?! Ха-ха-ха! – развеселилась вдруг девушка: – Если хочешь, чтоб тебя не заприметили, котов и надо остерегаться! Они же фамильры волшебниц, ха-ха-ха! – не унималась она.

– Кто это? – недоуменно протянул Ли, немного обиженный реакцией подруги на свои слова – ну, не знает он, что такое эти самые фамин… фамиляры!

– Правда что ли ни когда не слышал о них? – спросила девушка отсмеявшись. И дождавшись его набыченного угуканья, стала объяснять: – Фамильяр – это живое существо, на которое волшебница частичку собственного духа переносит. Он помогает ей в жизни, особенно в детстве важен его вклад, когда происходит становление колдуньи. И потом, только с помощью фамильяра она сможет исцелить себя сама. Там много всего, сейчас и не упомню, но тебе главное знать, что каждая волшебница способна видеть глазами своего помощника – вот так-то!